ДИСКУССИОННЫЙ КЛУБ НОВОСТЕЙ

Объявление

ПЕРЕХОД НА САЙТ Fair Lawn Russian Club


Чтобы открывать новые темы и размещать сообщения, вам нужно зарегистрироваться! Это не отнимет у вас много времени, мы не требуем подтверждения по e-mail.
Но краткие комментарии можно оставлять и без регистрации! You are welcome!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ДИСКУССИОННЫЙ КЛУБ НОВОСТЕЙ » В Беларуси » Что говорит из Москвы Андрей Суздальцев?


Что говорит из Москвы Андрей Суздальцев?

Сообщений 91 страница 120 из 1000

91

«Не кормите Лукашенко…» Часть 2

Часть II.

Заблуждение не перестает быть заблуждением от того, что большинство разделяет его. (Л.Н. Толстой)

В своем традиционном новогоднем обращении А. Лукашенко ни одним словом не обмолвился об итогах первого года участия Республики Беларусь в Едином экономическом пространстве. Единственное упоминание об интеграции в выступлении белорусского президента связано с предстоящим в 2013 году председательством Минска в СНГ. Безусловно, столь откровенное игнорирование главного условия выживания белорусского государства является определенным демаршем по принципу «назло маме уши отморожу» в отношении России – главного инициатора интеграционных проектов на постсоветском пространстве. Ведь нет секрета в том, что интеграция является единственным более-менее легитимным средством, обеспечивающим финансово-ресурсную поддержку постсоветской экономике РБ. Беларусь существует благодаря интеграции.

Интеграция по-белорусски

Оставив в стороне традиционные и привычные для граждан республики и соседних держав капризы белорусского лидера, связанные, как правило, с колебаниями уровня политического доверия в российско-белорусских отношениях, необходимо отметить то, что интеграция является одним из факторов, обеспечивающих и существование режима А. Лукашенко. Именно первый белорусский президент в 1994-1995 году ухватился за интеграцию с Россией, как средство, способствующее выполнению его главного предвыборного обещания: «запустить заводы». А. Лукашенко продолжительное время претендовал на статус главного интегратора на постсоветском пространстве.

Можно сказать, что изначально интеграция воспринималась А. Лукашенко в качестве решения тактических задач укрепления его власти, для чего требовалось решить самые насущные социально-экономические проблемы: сохранить рабочие места, обеспечить регулярные выплаты заработной платы и пенсий, работу жилищно-коммунальных служб, невысокий уровень оплаты ЖКХ и т.д.

Для решения столь острых и насущных проблем республика не имела достаточных внутренних ресурсов. Вступление Беларуси в российско-белорусскую интеграцию приостановило неизбежную для постсоветского пространства деиндустриализацию и открыло для белорусских товаров российский рынок, что позволило обеспечить на десяток лет работой белорусские предприятия и, что самое главное, предоставило ресурсы для решения вышеозначенных социально-экономических проблем.

Но этого было мало для амбициозного проекта превращения Беларуси в некий островок благоденствия – новый проект, альтернативный рыночным преобразованиям в России, но обеспечивающийся за счет ее же ресурсов.

Пиар победил. Москва, естественно, была заинтересована в том, чтобы страна, выразившая в лице ее президента готовность к самой тесной интеграции с Россией, быстро ощутила выгоду от интеграции с федерацией. На этом Лукашенко и сыграл. Стоит напомнить, что белорусский президент во второй половине 1990-х годов обещал Москве огромные возможности для интеграции двух стран, вплоть до создания единого государства. Естественно, Россия в данном случае не скупилась…

Поддержка в виде интеграционных авансов была столь масштабной, что это позволило А. Лукашенко заговорить об особой эффективности белорусской экономической модели. Более того, получился политический казус – белорусский президент, оживив экономику своей небольшой республики за счет российского бюджета, т.е. за счет самих россиян, принялся в 1998-1999 годах ездить по российским регионам, задыхающимся от безденежья и пропагандировать свой «опыт» выхода из кризиса.

Теоретически развитие экономической интеграции между двумя странами должно было включать переплетение двух экономик на рыночной основе, что со временем обогатило бы республику, но объективно заставило бы белорусскую политическую систему сблизиться с российской, включая ее политическое расписание – ротация на посту президента и т.д. Это было неприемлемо для белорусского лидера.

По этой причине РБ в рамках российско-белорусской интеграции активно строило собственную экономическую модель, которая, тем не менее, изначально не была самодостаточной и была рассчитана только на освоение ресурсов партнера по интеграции. Ни о каком допуске российского капитала к белорусскому рынку и производственным активам не могло быть и речи. Республика превратилась в насос по выкачиванию из России ресурсов.

Широкая линейка экономической интеграции, начиная с сельского хозяйства, а также транспорта, металлургии, машиностроения, нефтехимии, легкой и пищевой промышленности и т.д., съежилась до проблемы доступа к российской нефти – самому конвертируемому ресурсу, контролировать который можно в рамках узкого круга «семьи».

Нефть, нефть и только нефть – это стало главным интересом республики в интеграционных проектах, инициированных Россией. Выжать из России максимальное количество нефти, так как за белорусским бензином выстроилась длинная очередь потребителей от Риги до Лондона – главная задача белорусского руководства в отношениях с Москвой.

Интеграция свелась к трубе. И нефть пошла… Возник белорусский нефтяной офшор и в белорусских СМИ заговорили о «Процветающей Беларуси». Естественно, умалчивалось за чей счет создано данное весьма условное «процветание».

Тем не менее, официальный Минск ликовал. Белорусские высшие чиновники, навсегда оседлав, как им казалось, российские ресурсы, изощрялись в унизительных оскорблениях в адрес России, самым скромным из которых была «Россия – наш сырьевой придаток». Появились даже псевдонаучные измышления о том, что РБ, чей экономический потенциал меньше российского в 40 с лишним раз, должна развиваться в качестве промышленно-технологического анклава, оставив России «почетную» роль добытчика полезных ископаемых, прежде всего нефти, т.е. сырьевой колонии.

В итоге Беларусь сама себя загнала в ловушку, уподобившись недалекому жуликоватому простаку, которого пригласили в обеспеченный дом, посадили за богатый стол и объявили о предстоящей большой работе, а он за спиной хозяев проскользнул в винный погреб, припав к бочкам и бутылкам. Но это его выбор, за который он сам в ответе. Крышка погреба захлопнулась.

Интеграция по-российски

Россия кровно заинтересована в интеграции постсоветского пространства. Только в рамках интеграции у Москвы есть возможность обеспечить безопасность огромной страны в доброй половине Евразии. Россия без собственной интеграционной группировки объективно превратится в региональную державу с огромным ядерным потенциалом.

Есть и экономические интересы – создание мощного самодостаточного рынка в 250-300 млн. потребителей, объединение трудовых и инвестиционных ресурсов, защита российских инвестиций, превращение интеграционной группировки мощный транзитный хаб между Юго-Восточной Азией, Европой и т.д.

Формат статьи не позволяет нам уделить внимание анализу всех интеграционных целей РФ и выявить среди них как вполне реалистичные, так и вряд ли выполнимые. Однако, стоило бы отметить, что практически все эти цели носят стратегический характер, способствуя укреплению экономического потенциала и внешнеполитических позиций, прежде всего, самой России, что вполне логично, так как отвечает долгосрочным интересам Российской федерации и народа этой страны.

Понятно, что российское руководство прилагало, и будет прилагать огромные усилия для создания мощного и привлекательного интеграционного проекта на постсоветском пространстве. Можно спорить о целесообразности данных проектов и их перспективности. В частности, автор этих строк всегда с большим подозрением относился к возможности исполнения данных интеграционных планов, указывая на исключительную ненадежность партнеров России по продвигаемым проектам. К сожалению, не раз публично высказанные сомнения подтверждаются практикой строительства Таможенного союза и Единого экономического пространства.

Авансы за участие РБ в российских интеграционных проектах и составляют третью часть пресловутой экономической поддержки. Стоит признать, что интеграционные предоплаты составляют основную массу всех дотаций и преференций, которые получает от России режим Лукашенко. В данном случае участие республики в интеграции представляется как постоянная страховка для белорусского руководства, которое может себе позволить почти любые экономические эксперименты на собственных гражданах, рассчитывая, что Россия, заинтересованная в имидже и развитии своих интеграционных проектов в очередной раз покроет убытки варварской экономического политики официального Минска.

Не стоит забывать и то, что, если Россия, которой, признаться, уже давно основательно надоели постоянные белорусские экономические провалы («Лукашенко и деньги – понятия несовместимые» – кулуары российской власти), то в Беларуси как по мановению волшебной палочки поднимается волна пропагандистской истерики под лозунгами: «Вот и пришла для России возможность доказать свой союзнический статус», «Что вам жалко, что ли?», «Если мы действительно братья…» и т.д. Ярким примером является выделение Беларуси в июне 2011 года, в самый разгар белорусского экономического кризиса кредита Антикризисного фонда ЕврАзЭс. Кредит был направлен на выведение республики из кризиса. В очередной раз…

Третий, интеграционный блок дотаций составляет основу противоречий между Москвой и Минском, так как интересы сторон, в отличие от первых двух блоков, совершенно не сбалансированы и находятся в формате субъективных, политически конъюнктурных решений, частично определяющихся логикой глобального перераспределения сил на планете или даже реакцией на некоторые непродуманные заявления Госдепартамента США или Еврокомиссии по вопросам развития интеграционных процессов на постсоветском пространстве. Запросы Минска огромны, находятся в иждивенческом формате и не соответствуют реальному участию РБ в интеграционном проекте.

Интересы партнеров по интеграции и не могут быть сбалансированы, так как Минск и Астана настроены на получение масштабных экономических авансов еще до запуска ТС и ЕЭП, не говоря уже о ЕЭС, а Москва ищет выгоды от создания интеграционного блока в стратегическом будущем. И пока Россия строит «лестницу в небо», два ее «помощника», шустро отпиливают и присваивают нижние «ступеньки». Ярким примером является допуск РБ к российской нефти по внутрироссийским ценам, как условие для вступления Беларуси в ТС-ЕЭП и тут же организованная белорусским руководством растворительная афера.

Россия в данных сложившихся международных условиях не может отказаться от интеграции. В тоже время она не может поставить судьбу своих проектов в зависимость от очередного скандала с вороватым Минском. Это было бы уже слишком для белорусского руководства. Много чести…

Москва не слепая, она видит данные проблемы, видит и ненадежность партнеров, но других ведь нет. Лукашенко – единственный в Беларуси политический лидер, который, пусть и с камнем за пазухой, но публично увязывает будущее своей республики с интеграционными проектами, инициируемыми Россией. Другие политические деятели и политические партии и движения в РБ жестко отвергают саму возможность участия республики в интеграции с Россией. На их фоне несменяемый президент РБ выступает единственным и монопольным «подрядчиком», который по предоплате готов подписать любые интеграционные соглашения и договоры. Предоплата, как правило, поступает незамедлительно, так как Москва заинтересована в развитии своих проектов.

Понимает ли А. Лукашенко, что он обманывает своего основного партнера по интеграции? Понимает и даже делает на это ставку, призывая свое окружение «не зевать» и пользуясь моментом, тащить из России «все что можно», пока «окно возможностей не закрылось». При этом белорусский президент периодически устраивает скандалы и обвиняет Москву в том, что она, которая, как раз и является спонсором интеграции на постсоветском пространстве, является препятствием для развития той же интеграции. Как говорится, лучшая оборона – это нападение.

Итак,

Как видим, говорить о том, что Москва «кормит Лукашенко» не приходится. В вопросах обороны и обеспечения безопасности, а также в решении проблемы транзита РФ оказывает поддержку республике, а не лично А. Лукашенко, так как лукашенки приходят и уходят, а эти жизненно важные для России проблемы остаются.

Сложнее с интеграцией. По идее, Россия с большим удовольствием имела бы дело с иным белорусским лидером, более вменяемым и договороспособным, видевшим будущее своей республики в реальной интеграции с Россией, а не действующим по принципу «сегодня здесь поспим, а завтра у соседа поедим». Но его пока нет и белорусский лидер делает все, чтобы такой политической альтернативы в республике не появилось. В этом ему с успехом содействует и реформистская часть белорусской оппозиции.

В тоже время, странно было бы требовать от российского руководства, чтобы оно, вдруг преисполнившись задачей демократизации небольшой и экономически ослабевшей соседней республики и страстно полюбив нынешнюю белорусскую оппозицию, для которой уничтожение всей России и миллионов ее граждан является страстной мечтой (для примера стоит посмотреть форумы оппозиционных сайтов), поставила бы под вопрос планы расширения влияния Москвы на региональные и мировые политические процессы.

Однако лозунг «Москва кормит Лукашенко» живет и активно используется в белорусской политической борьбе, как оппозицией, так и властью. Почему? Ищите, кому это выгодно… Ведь тупика нет.

Продолжение следует

А. Суздальцев, Москва, 06.01.2013

0

92

«Не кормите Лукашенко…» Часть 3


Часть III.

Беларусь стояла на краю пропасти, а я помог ей сделать шаг вперед. (Александр Лукашенко)

Продолжая рассматривать проблему российского дотирования Республики Беларусь, мы уже зафиксировали, что наиболее проблемным является третий, интеграционный блок оснований для российских преференций и дотаций. Третий блок почти полностью построен на авансах и рассчитан на добрую волю и договороспособность белорусского руководства, что по своей сути является иллюзией.

Стоит отметить, что в целом соотношение всех трех блоков с годами меняется. Постепенно, с наращиванием оборонной структуры на западных рубежах России и в Калининграде, снижается военно-стратегическое значение Беларуси. Обнаружившийся развал белорусской армии и ПВО поставил перед Россией очень серьезную проблему уже не использования белорусского «буферного пространства», а элементарного «прикрытия» этой территории в центре Восточной Европы.

Со строительством второй и третьей очереди Nord Stream, а также ввода в строй БТС-2 роль и значение белорусского транзита также снижается, белорусские газовые и нефтяные магистрали все больше приобретают роль запасных и аварийных, которые, естественно также важны, но уже не в статусе уникальных и единственных.

Но быстро растет влияние третьего «авансового» блока, который имеет свою динамику развития, увязанную не только с развитием проекта Таможенного союза-Единого экономического пространства- Евразийского экономического союза, но и со способностью и готовностью Беларуси интегрироваться в данный проект. Пока такая готовность не просматривается, что ставит весь третий интеграционный блок под серьезную угрозу, так проект ТС-ЕЭП –ЕЭС имеет жесткое расписание и подкреплен целым комплексом уже ратифицированных соглашений. Именно в данном блоке находится основа росийско-белорусских противоречий.

Политическая формула

Но чтобы понять, что будет с третьим блоком, необходимо выйти на политическую формулу российской экономической поддержки. Попытаемся ее сформировать исходя из нескольких составляющих:

- Россия, имея, как великая держава, собственные геополитические и экономические интересы в данном регионе Восточной Европы, использует республику Беларусь для решения части своих задач, предлагая ей взамен целый комплекс преференций, дотаций и поддержек. При этом Москва учитывает интересы Беларуси в той степени, которые отвечают ее стратегическим планам на постсоветском пространстве и регионе Восточной Европы. Учитывая экономическую слабость РБ, ее зависимость от внешних ресурсов и финансово-экономической помощи, Россия готова оплачивать участие Беларуси в своих стратегических внешнеполитических проектах авансом;

- Беларусь, при желании и на основании национального консенсуса по вопросу российской поддержки (если бы такой консенсус удалось достичь), могла бы уйти (уклониться) от финансово-ресурсной поддержки со стороны России и попытаться приступить к самостоятельному развитию, опираясь на собственные материальные ресурсы (промышленность и сельское хозяйство, транзитные мощности, место на мировых рынках, природные ресурсы), что, однако, не было сделано;

- Российские интересы в Беларуси не совпадают с интересами официального Минска. РБ имеет собственный диалог с НАТО и Грузией, сохраняет свое присутствие в «Восточном партнерстве»; почти два десятилетия занял процесс решения транзитных проблем – Минск стремился контролировать транзит российских энергоносителей на рынки Евросоюза, оказавшись от газотранспортного СП, чем стимулировал проект Nord Stream и покупку всей Белорусской газотранспортной сети; белорусские власти не приемлют ни в какой форме присутствие российского капитала в белорусской экономике, российских товаров и услуг (к примеру, авиационных) на белорусском рынке, но очень активны в продвижении своих товаров и услуг (к примеру, автоперевозки) на российском рынке; только последние два года белорусские власти не ведут постоянной антироссийской пропагандистской кампании, любезно передав «эстафетную палочку» оппозиционным СМИ и т.д.

- Белорусские интересы в России также не совпадают с долгосрочными интересами РФ, так как носят исключительно тактический, а не стратегический или, в данном случае, интеграционный характер: получить доступ к российским энергоносителям по внутрироссийским ценам (получено) и на этой основе возродить белорусский нефтяной офшор (в 2012 году получилось), завалить российский рынок белорусской продукцией (из конкурентных осталась только продовольствие) и товарами третьих стран (добились), вытянуть из России кредиты (добились). Понятно, что выйдя на очередной этап финансово-ресурсной поддержки со стороны России, Беларусь, в силу специфики своей политической системы, полученные преференции и дотации активно «проедает», что в свою очередь требует все новых и новых объемов помощи со стороны России, то есть выхода на новый этап дотирования. Возникает процесс эскалации иждивенчества.

Беларусь использует экономическую поддержку России для сохранения социально-экономической стабильности, а не для структурных экономических реформ и модернизации своей экономики, т.е. ей не нужна «удочка», а нужно только «рыба». Выйдя благодаря дотациям и преференциям со стороны России на очередной этап «процветания», белорусскому руководству необходимы еще большие ресурсы из России, так как соседние страны быстро обгоняют республику и по темпам экономического развития и по уровню жизни населения.

Со своей стороны Россия оказывается в сложном положении: в Беларусь вложены огромные ресурсы, но страна остается в числе наиболее нищих стран Европы, а аппетиты белорусской правящей элиты только нарастают. Снижение дотаций и преференций реально может привести к социально-экономической дестабилизации партнера по интеграции. Опасность третьего интеграционного блока в том, что он подобен водовороту, куда всасываются все большие ресурсы, чтобы кануть на «дно», где шустро орудует «семейка» и белорусские олигархи. При этом основная цель интеграционных усилий откладываются. Ярким примером являются третий и четвертый транши кредита АКФ ЕврАзЭс, основание для которых – приватизация, отложено на 2013 год.

Несмотря на «авансовый» характер третьего интеграционного блока, в итоге мы можем говорить, что в основе финансово-ресурсной поддержки Россией Республики Беларусь лежит сочетание российских геополитических, военно-стратегических, внешнеэкономических, интеграционных и иных интересов в Восточной Европе и готовности Беларуси эти российские интересы поддерживать и содействовать их преобразованию в четко оформленные внешнеполитические цели России в данном регионе. Понятно, что для такой поддержки республике необходимы ресурсы, которые Россия и предоставляет. Это сделка с лимитрофом. Услуги А. Лукашенко оплачиваются.

Чтобы ситуацию изменить, России необходимо добровольно отказаться от своих интересов в Восточной Европе, что, в принципе и добиваются от нее ЕС, Польша, Литва и т.д., включая белорусскую оппозицию. Россия должна уйти за Смоленск и отдать все, что западнее под контроль Брюсселя, Варшавы и, в итоге, Вашингтона. Как видим, вопрос о Лукашенко и его политическом режиме в данном случае представляет собой только предлог.

Ответственность за страну

Имеет ли Россия право на собственные региональные цели? Российские цели и интересы в Беларуси и регионе легитимны до того момента, когда кто-то будет в силах эти интересы серьезно оспорить. Но пока ни один из внешних внерегиональных игроков (ЕС, США, НАТО, Польша, Литва и т.д.) этим интересам в открытую ничего противопоставить не может, так как для этого необходимо данного лимитрофа (Беларусь) перекупить. Никто из внешних игроков на эти расходы идти не готов, как бы некоторые реформистские оппозиционеры из Беларуси не требовали этого от Евросоюза. Отсюда и весьма вялая, в большей степени эмоционально-пропагандистская поддержка со стороны Запада оппонентов режима А. Лукашенко.

Никто на Западе не хочет брать ответственность за издержки смены геополитического курса Беларуси, так как это потребует колоссальных и многолетних расходов. Более того, Запад имеет свои выгоды от наличия в Беларуси авторитарного режима, по сути представляющего из себя своеобразный насос по выкачиванию из России энергетических ресурсов. Все равно Беларусь их перепродает тому же Западу. При этом, сохраняя внешнее неприятие политического режима А. Лукашенко, но торгуя с официальным Минском (почти всю конвертируемую валюту Беларусь получает на европейском рынке), Запад уклоняется от ответственности за сохранение режима А. Лукашенко. Данный крест почти целиком доверено нести непосредственно России. Почему?

Для ответа на поставленный вопрос необходимо составить элементарную и брутально упрощенную модель. Итак: авторитарная Беларусь зависима от российской финансово-ресурсной поддержки и не в силах от нее отказаться. Это верное суждение. Поменяем «российской» на «европейской» или «западной». Это уже будет ложное суждение. Что здесь оказывается лишним? Понятно, что «авторитарная». Европейское (западное) экономическое влияния всегда сопровождается внутриполитическими трансформациями (пример Сербии). Отсюда и основные претензии к России, которая имеет неоспоримые и монопольные рычаги влияния на внутриполитические процессы в Беларуси и не пользуется ими для свержения авторитарного режима. Почему?

Во-первых, Россия все-таки не США и не Евросоюз. Она не может себе позволить идти на внешнеполитические перевороты, которые с одной стороны будут однозначно негативно восприняты на том же Западе, а с другой стороны, могут поставить под угрозу ее нынешние интересы в Беларуси (военно-стратегические, транзитные, интеграционные и т.д.). Автору этих строк не раз приходилось удивляться тому, как в диалоге с европейскими партнерами последние в наступательном формате, с одной стороны критиковали Россию за поддержку авторитарного режима А. Лукашенко, заявляли, что Россия в политическом плане ничем не лучше Беларуси, а В. Путин просто клон А. Лукашенко и тут же, как говорится, не моргнув глазом, требовали от «авторитарной» России, чтобы она свергла авторитарный режим А. Лукашенко, т.е. руками «варварской» России провести демократизацию Беларуси.

Если убрать пропагандистскую пыль, то Запад в отношениях с Россией играет с белорусской темой почти беспроигрышно, понимая, что авторитарный режим в Минске не является союзником Москвы. А. Лукашенко недоговороспособен, авантюристичен и является лимитрофом-иждивенцем, что белорусский президент со своими политическими заключенными на самом деле дискредитирует интеграционный проект ТС-ЕЭП – ЕЭС. Но только если Россия его тронет, как тут же Москва будет объявлена «самой опасной на планете империей», которая буквально в медвежьем стиле лезет в соседские «ульи». Никто Москву в данном случае не поддержит. В этом все убедились во время российско-грузинской войны, когда Саакашвили расстрелял в упор жидкую цепь «голубых касок», но Запад обвинил Россию в «агрессии» против Грузии.

Убрав Лукашенко, Россия, естественно, будет поддерживать демократические ценности в РБ, но, являясь «родителем» новой Беларуси, будет вынуждена окончательно повестить республику на свой бюджет. При этом никто не дает гарантий, что появившийся в результате переворота и демократических выборов во главе Беларуси собственный Янукович или Саакашвили (стоит напомнить, что на первом этапе между Саакашвили и Москвой были хорошие отношения, Москва содействовала возвращению в унитарную Грузию Аджарии) не спустит на Россию «всех собак». России это надо?

В итоге, Запад хочет, но не может, Россия может, но не хочет. Тупик? Тупик скорее геополитический, так как изменения в Беларуси затронут интересы как Востока, так и Запада. Но это не тупик внутриполитический. Скорее можно говорить о своеобразно сложившимся балансе интересов в отношении белорусского политического режима. Пачкаться неохота. О Беларуси вспоминают тогда, когда в росийско-европейском диалоге не хватает аргументов. Что необходимо сделать, чтобы ситуация поменялась?

Не хватает третьего

Киргизия всего несколько лет назад была в точно таком же тупике. Являясь типичным лимитрофом, Бишкек лавировал не просто между Западом и Востоком, а буквально кормился от них на собственной территории – в Киргизии находятся базы США и РФ. В принципе, это не устраивало ни Вашингтон, ни Москву, но какой-то баланс интересов был соблюден. Вне этого баланса оставался киргизский народ и более-менее политически боеспособная оппозиция. В итоге судьба режима К. Бакиева была решена в ходе российско-американских консультаций на фоне жесткого неприятия диктатора народом Киргизстана – третий «элемент» ворвался в парламент и заставил Бакиева покинуть столицу. Никто против народа, естественно, идти не решился. Один только А. Лукашенко яростно требовал из Минска, чтобы ОДКБ (понятно, что Россия) «защитил легитимное правительство», то есть русские десантники должны были расстреливать толпы граждан Киргизстана на улицах и площадях Бишкека во имя сохранения у власти К. Бакиева... Понятно, что сам белорусский президент своих парней в Киргизию не послал бы, но ему очень хочется, что если что-то случится в Минске, его бы примчались защищать российские спецназовцы. Правда А. Лукашенко не думает о том, что Москве будет проще согласовать его судьбу с Брюсселем и Вашингтоном, чем устраивать побоище на берегах Свислочи во имя человека, гордящегося тем, что обманывает своих партнёров.

Но все это может обсуждаться только в том случае, если что-то случится в Минске! А там ничего не случится. Все внешне довольны. Ни протестов, ни волны забастовок, ни массовых демонстраций, ни блокады Администрации президента или президентской резиденции. Тихий и мирный город. Телевидение говорит о рае на земле и о том, что белорусам все завидуют. Правда при этом белорусы штурмуют поезда на Москву и Санкт-Петербург, ищут работу, а иногда и свою судьбу за пределами Родины.

Оппозиция в большинстве своем занята угодными властям делами: организует выборы единого кандидата для очередного предвыборного фарса, т.е. вместо борьбы с режимом будут яростно собачиться друг с другом на потеху населения. Потом такого, «перебрехавшего остальных» кандидата предложат белорусам считать реальной альтернативой авторитарному лидеру.

Автора этих строк всегда забавляли идиоты, которые брались руководить демократическими процедурами в концлагере – типа выборов альтернативы коменданту лагеря из наиболее достойных зэков, внесение изменений в избирательные процедуры для определения кандидатов в крематорий, «праймериз» единого кандидата для людоедского банкета, составление обращений к силовикам (пулеметчикам на вышках), организация контроля над кухней, где варится баланда (по 500), солидарность с комендатурой, если ей удастся загнать в лагерь новую партию рабов (можно будет чем-то поживиться) и¸ естественно, третировать и сдать коменданту тех, кто ищет ножницы для резки колючей проволоки и готовит штурм тюремной стены, так как за стеной стоит злобная «Рашка», которая «ворвется» в образовавшийся пролом и приватизирует «фамильное серебро» -- крематории, где трудятся рабы за 300 тыс. белорусских рублей.

Естественно, для оправдания псевдо оппозиционной деятельности и политической импотенции крайне необходимо универсальное и глобальное внешнее «зло», которое за все в ответе. Лозунг «Россия кормит Лукашенко!» в данном случае универсален и подходит не только для оппозиции и населения, но вполне выгоден самой белорусской власти. Почему?

Продолжение следует

А. Суздальцев, Москва, 13.01.13

0

93

«Не кормите Лукашенко…» Часть 4

вс, 20/01/2013

«Если вы действительно хотите найти виноватых, то обратите внимание на тех, кто активней всего занимается их поисками» (правила работы Совета директоров)

«Англичанка гадит!»

Возвращаясь к теме нашего повествования, мы не уйдем от вопроса, который логично вытекает из понимания природы конфликта интересов России в РБ и Восточной Европе, и интересов белорусского правящего режима: почему так выгодно на современном белорусском политическом поле использовать в качестве аксиомы тезис о том, что Россия (Кремль) всемерно поддерживает режим А. Лукашенко? Ответ на этот вопрос не может быть однозначным.

Лозунг «Москва кормит Лукашенко» с одной стороны выступает в качестве универсального объяснения любого негативного политического процесса, проходящего в республике, а с другой стороны является вопросом веры. Примерно так («Англичанка гадит!»), во второй половине XIX века в Российской империи оценивали все внешнеполитические проблемы и кризисы, в которые оказывалась втянута Россия. Российская общественность тех лет имела в виду, конечно, королеву Викторию и Великобританию, вступившую в эпоху расцвета своей колониальной империи. В этот тезис верили, как в непорочность зачатия Девы Марии, возлагая на Лондон ответственность за все проблемы и неудачи России на внешней арене.

В нашем случае лозунг «Москва кормит (поддерживает) Лукашенко!» превратился в догмат веры, одним из обязательных постулатов белорусского неонационализма (неуклонное идейное сближение с властями; тенденции, связанные с деятельностью П. Латушко), который жестко ориентирован на противостояние с Востоком, не предъявляя, естественно, этноисторических претензий к соседям Беларуси с Запада. В данной националистической среде принято считать, что современная Беларусь является наследником Великого княжества Литовского, что по идее, учитывая унию 1569 г., предопределяет включение республики в историческое противоборство за белорусский «буфер» между Россией и Польшей.

Между прочим, это пресловутое противоборство иногда приобретает истерический характер. Яркими примерами можно считать появившееся в начале января 2013 года интервью в свое время уволенного за коррупционные тендеры бывшего вице-министра национальной безопасности Польши Ромуальда Шереметьева (http://bdg.by/news/politics/20009.html), и заявления А. Лукашенко о готовности Варшавы вернуть Западную Беларусь (30 сентября 2012 г. http://belarus.regnum.ru/news/polska/1451309.html) . Не стоит забывать и радикальную точку зрения Генерального штаба российской армии, но это отдельная тема, которая еще ждет своего исследования…

В догмате «Москва кормит Лукашенко» проявляются геополитические корни данного лозунга – демократическая Польша по идее должна выглядеть более притягательно для белорусского социума на фоне «варварской Рашки», «ответственной» за сохранение режима А. Лукашенко. Так что надо, по идее, воевать с Россией, а не с Лукашенко… Что и делается последние 18 лет, создавая первому белорусскому президенту почти идеальный условия на внутреннем политическом поле и частично обеспечивая ему политическое долгожительство. Попутно утверждается, что со временем «свободный» Минск предъявит Москве «счет» за поддержку «своей марионетки». К этому моменту мы еще тоже вернемся…

Универсальный лозунг

Универсальность антироссийской тематики, а именно к ней относится лозунг «Москва кормит Лукашенко» имеет свои исторические корни еще в советском времени. В сознание белорусского населения еще со времен П. Машерова активно вдалбливали, что «все зло от Москвы, Машерова убили по указанию Брежнева, вывезли все молоко и мясо, колбасу в Москву, если бы Москва не вмешивалась (не лезла), то зажили бы» и т.д. Политические власти республики изначально воспринимались «непорочными», а их главная задача и в советское время и сейчас, в эпоху независимой Беларуси - противостояние «имперским амбициям» Москвы. В моменты очередных российско-белорусских кризисов об этой «функции» белорусского руководства обязательно вспоминает А. Лукашенко. Понятно, что при этом официальный Минск старательно умалчивает, что за период 2000 - 2013 годов общий объем российской финансово-ресурсной поддержки республике Беларусь достиг 72 млрд. долларов… Вот такая «империя».

Стоит отметить, что ни одна реальная политическая сила в республике не выдвигает в своих программах (вообще-то, справедливости ради стоит отметить, что и нормальных партийных программ нет) хотя бы пошаговую стратегию ухода от российской экономической зависимости в совокупности с четко определенными и «оцифрованными» реформами в белорусской экономике. Встречаются только популистские лозунги, характерные для начала 1990-х годов. Возникает ощущение, что интеллектуально никто в Беларуси не может это сделать, так как переход к реальной рыночной экономике потребует огромных ресурсов, чтобы хотя бы народ не разбежался, но этих ресурсов у Беларуси нет. Проели и сейчас проедают буквально с колес (трубы) всё, что удавалось и удается высосать из России.

Вот отсюда и претензии к России. Она должна (обязана!) подстраховать и обеспечить новую Беларусь, хотя нет никаких гарантий, что республика после А. Лукашенко будет менее антироссийской, чем страны Балтии. Но в данном случае речь идет о своего рода будущей контрибуции с России за поддержку режима А. Лукашенко. Поэтому, когда говорят о дотациях и преференциях со стороны России белорусской экономике, то сознательно делают это именно в персонифицированном формате: Россия поддерживает непосредственно А. Лукашенко. Кому выгодна именно такая постановка вопроса?

Кому выгодно?

Прежде всего, по целому ряду причин это выгодно самому режиму А. Лукашенко. Стоит напомнить, что до настоящего времени основным легитимизатором в регионе СНГ остается Кремль. Именно признание со стороны Москвы открывает возможности для удержания власти. Ярким примером является появление в апреле 2010 г. временного правительства в Киргизии. Как только Розе Отумбаевой позвонил В. Путин, вопрос о легитимности прав политических сил, свергнувших режим К. Бакиева, на власть в Бишкеке мгновенно отпал.

Стоит напомнить, что практически все президентские, да и парламентские выборы в РБ были не признаны Западом, но были признаны Россией. Признания со стороны Москвы вполне хватало на то, чтобы ни одно из посольств стран Евросоюза, а также США, не выехало из Минска в знак протеста против итогов очередного всенародного голосования. Вопрос о легитимности мгновенно отходил на второй план – новые послы ЕС вручают именно А. Лукашенко верительные грамоты, за что их страны странным образом не подвергаются критике со стороны белорусской оппозиции. Почему? Враг должен быть один! В данном случае – это Москва, которая за все в ответе.

Утверждая, что «Москва поддерживает (кормит) А. Лукашенко», определенные политические силы фактически говорят о том, что в глазах Москвы А. Лукашенко легитимен. В условиях огромной политико-экономической зависимости этот вывод много стоит. Москва только раз публично напомнила о том, что признание легитимности А. Лукашенко может быть отозвано – осенью 2010 г. в ходе очередной президентской предвыборной кампании в Беларуси.

Стоит напомнить, что итоги российско-белорусского кризиса 2010 г. многому научили Москву и Минск. А. Лукашенко впервые ощутил, что Москва реально может не признать итоги выборов 2010 г., чем фактически отстраняет его от власти. Обещания Запада признать выборы ничего не стоят – республику необходимо обеспечивать ресурсами, рынками, кредитами, что Запад никогда не сделает. В декабре 2010 г. А. Лукашенко уже дал согласие на вхождение РБ в ЕЭП. Республика вступила в третий этап интеграции на постсоветском пространстве, инициированной Москвой.

Попутно, А. Лукашенко активизировал зачистку белорусского политического поля от вероятных лидеров, способных стать ему альтернативой. Белорусский президент после осени 2010 года вдруг ощутил, что любой, подчеркнем - любой, более-менее адекватный политический лидер, договороспособный и реально оценивающий региональную роль Беларуси, будет воспринят в Москве исключительно позитивно. Но у каждой палки два конца – зачищая политическое поле от возможных альтернатив, Лукашенко невольно провел селекцию. За это ему особая благодарность. Дальше пока ничего не скажем, но запомним этот момент…

Москва тоже сделала выводы, убедившись, что современный белорусский политический класс не в силах выдвинуть из своих рядов альтернативы А. Лукашенко. В ходе предвыборной кампании 2010 г. оппозиционные силы республики прошли своеобразный тест: те политические лидеры, которые вышли на выборы в самопровозглашенном статусе «ставленников Москвы», словно не поняв политику России на этих выборах, бросились создавать на этих выборах легитимность А. Лукашенко . Между прочим, именно ту легитимность, которую Москва вдруг решила у Лукашенко отнять. Любопытно то, что все эти «псевдоставленники» Москвы потом, в 2011-2012 гг. засветились своими крайне антироссийскими заявлениями, что, естественно, не осталось незамеченным в РФ.

В итоге, Россия в 2010 г. оказалась на политическом поле Беларуси в одиночестве. Обнаружилось, что Лукашенко всех, включая большую часть оппозиции, вполне устраивает. Этот вывод определил будущий интеграционный трек Беларуси, который возглавил именно А. Лукашенко – незаменимый в данном случае и для Москвы. Россия добивалась своих целей на постсоветском пространстве, и помочь ей за конкретную плату в виде всевозможных интеграционных авансов, включая доступ к российской нефти по внутрироссийской цене, вызвался именно А. Лукашенко. Белорусский президент вновь стал безальтернативен. Ведь ничего иного белорусский политический мир так и не смог предложить… Это вина Москвы?

Возвращаясь к 2010 году, стоит отметить, что Москва выборы признала, за что Россию оппоненты А. Лукашенко нещадно критиковали. Но обычно не говорится о том, что и в глазах стран ЕС белорусский президент тоже реально легитимен – он подвергается визовым санкциям, но белорусские посольства из этих стран не выдворяются, в Минск приезжают для встречи с белорусским президентом видные европейские чиновники. По данному вопросу противники А. Лукашенко тоже скромно молчат…

Перевод стрелок

Есть еще один аспект пропаганды лозунга политической формулы «Москва кормит Лукашенко», который полностью устраивает белорусские власти. Дело в том, что он позволяет переключать ненависть населения с А. Лукашенко на Москву. Белорусский президент выглядит словно марионетка, т.е. какой с него спрос. Бегает по заводам и фабрикам некий Буратино, всех увольняет, угрожает посадить, хорошо, что хотя бы не расстреливает прямо в кабинетах по примеру китайских хунвейбинов, а где-то в Белокаменной сидит Карабас - Барабас, который дергает за ниточки.

В общем, до синьора Карабаса-Барабаса далеко, да и силен он без меры, а поэтому воевать с Буратино-Лукашенко бесполезно, так как убери марионетку, так вместо Буратино появится Пьеро… В итоге, какая-либо политическая борьба теряет смысл, а население продолжает активно настраиваться против России, что и требуется и властям, и националистической части оппозиции. Ведь с годами люди могут и забыть повод, заставивший их проклинать соседнее государство и его народ, но население уже будет закодировано в антирусском формате. Понятно, что ни о каком совместном государстве России и Беларуси уже давно речи нет, что вполне удовлетворяет и власть, и ее оппонентов. Народы ссорили, продолжают ссорить и будут дальше натравливать друг на друга.

Учитывая, что белорусские власти только в последние два года отказались от открытой и массированной антироссийской пропаганды в государственных, включая электронные, СМИ, сохранив, однако, традиционный провинциальный прием: «в России все гораздо хуже, они берут с белорусов пример, не могут сами додуматься, не могут так качественно сделать и т.д.», Так как такой подход применяется практически ко всем позитивным или показушно-позитивным фактам белорусской жизни, то высказываемая частью белорусской общественности «озабоченность» тем, что Москва, «кормя Лукашенко», теряет доверие и симпатии белорусского народа, выглядит наивной. Стоит добавить, что никогда белорусские власти не подвергали давлению оппозиционные СМИ за зоологическую русофобию, никогда не отстаивали имидж своего официального союзника на собственном белорусском политическом поле.

Так что на поле симпатий и антипатий белорусского народа монополистом выглядит как раз руководство Беларуси, которое с одной стороны прилагает для натравливания населения на Россию максимум усилий, а с другой – зачастую играет на противоположных трендах:

– белорусские власти всеми силами скрывают информацию о масштабах финансово-ресурсной поддержки республике со стороны Российской федерации. Свежим примером является пресс-конференция А. Лукашенко, который отведя большую часть своего монолога выходу белорусской экономики из кризиса 2011 года, так и не упомянул о российской ресурсной помощи (доступ к российской нефти по внутрироссийской цене) и финансовой поддержке (кредит АКФ ЕврАзЭс);

– одновременно А. Лукашенко и его министры культивируют в белорусском обществе и в народной среде почти мистические иждивенческие и, конечно, негативные настроения по отношению к России, которая постоянно что-то «недопоставила», «должна», «обязана» и т.д. Стоит вспомнить любимый конек академика Рубинова, который периодически возвращается к «идее» «возврата» Беларуси тюменских нефтепромыслов, словно не понимая или упорно «забывая», на чьи деньги эти нефтепромыслы создавались. Примером 2012 года стало формирование целого комплекса претензий к России уже в рамках ТС- ЕЭП, включая требования компенсации за вход России в ВТО и т.д.;

– одновременно белорусское руководство создает в белорусском обществе уверенность, что «Россия остается нашим стратегическим союзником» и «всегда поможет» Беларуси. Именно в таком ключе рассматривались в белорусских СМИ российско-белорусские отношения в период тяжелого экономического кризиса 2011 г., где подразумевалось, что Россия не останется в стороне;

– одновременно А. Лукашенко все годы своего президентства, постоянно скандаля с Кремлем, оскорбляя российское руководство, создает миф об особых отношениях с обитателями Кремля, к которым он может обращаться на «ты», а они ему: «Александр Григорьевич». Так создается ощущение, что Москве некуда деваться от Лукашенко и Россия всегда обеспечит ему политическое прикрытие. Стоит напомнить, как летом 2011 года власти, оказавшись под прессингом народного сопротивления (молчаливая революция, хлопанье в ладоши и т.д.) стали успокаивать силовиков, уверяя их, что в «случае обострения ситуации Россия придет на помощь», мол, «высадит десант» в рамках ОДКБ и т.д. Это очень важный момент. Если эту игру А. Лукашенко принять всерьез, то какая-либо антилукашенковская политическая борьба в РБ не имеет смысла, так как понятно, что белорусская оппозиция с Москвой никогда не совладает, о чем уже говорилось выше. Это ловкая ловушка для противников режима: «Ребята, смиритесь или уезжайте, мы работаем под «российской крышей». Но проблема для белорусских властей в том, что на самом деле никакой «крыши» со стороны России нет, чему свидетельством является российско-белорусский кризис 2010 г. о котором мы уже подробно говорили выше, и который всегда может повториться.

В итоге мы видим целую колоду разнонаправленных российских политик белорусского руководства, что позволяет А. Лукашенко, словно карточному шулеру вытягивать ту или иную политику, которая ему нужна в данный момент. Когда это необходимо, белорусский президент раскалывает население республики на «российском вопросе», а когда ему требуется общая позиция нации, то он уже выступает с солидарных позиций против России. Обратимся для примера к пресс-конференции А. Лукашенко, которая состоялась 15 января, и где он заявил, касаясь темы растворителей и разбавителей: «Меня порой удивляет так называемые журналисты и наших отдельных СМИ. Помните, там меня клепали и всю страну за эти растворители, разбавители, биодизель и никого не интересовало, что там произошло на самом деле. Что там мы такое сотворили? И все наши изнутри… Ладно, россияне, свои долбали: «Лукашенко вас обманул и т.д. и т.п.» Понятно, россияне вроде защищали свои интересы (Спасибо, Александр Григорьевич, впервые заслужил похвалу из уст президента РБ – А.С.). Но посмотрите на часть средств массовой информации наших, в нашем государстве. Я получал информацию: «Вот Лукашенко такой-сякой, сколько Россия будет ему прощать и все такое»… И вот долбали, долбали, вот Россия введет санкции» (стенограмма с аудиозаписи). Приведенная весьма длинная цитата раскрывает нам несколько важных тайн. Белорусский президент практически признает, что его афера с растворителями ударила по интересам России, фактически Москву он обворовал, но в данном случае нас должно поразить то, что А. Лукашенко требует от белорусского народа воровской солидарности. Действительно, в его понимании, он же для белорусского народа старался, тянул из России, выкручивался, воровал, а какие-то отщепенцы из собственных белорусов нос кривят, брезгуют краденным пользоваться, В общем, «заелись». На самом деле мы сталкивается с одним из российских, в данном случае иждивенческих, политик А. Лукашенко.

Апологеты лозунга «Москва кормит Лукашенко», основываясь на приведенном примере, обязательно скажут: «Вот что и требовалось доказать – Лукашенко Москву грабит, а она ему все прощает, следовательно, противники режима Лукашенко правы, указывая на Москву, как главную причину сохранения у власти этого режима». И это будет ошибка! Во-первых, Москва не прощает, она может отложить решение вопроса, но не простит. Во-вторых, Лукашенко олицетворяет белорусское иждивенчество, он выступает в роли удачливого «добытчика» для республики и многие в Беларуси реально пугаются будущего без него («а как мы без газа и нефти»). Согласно белорусской формуле власти, пока Лукашенко что-то добывает в Москве, то он сохраняет власть в республике. Его политические оппоненты пытаются найти противовес Лукашенко в Брюсселе, фактически сталкивая Запад с Востоком, что и нужно лимитрофу для его выживания. Это замкнутый круг. Чтобы из него выйти, опять необходим все-тот же «третий элемент».

Кого реально опасается Лукашенко?

Дело в том, что в реальности завершить ставший бесконечным период властвования А. Лукашенко может естественно не Запад, который всегда будет балансировать между своими политическими и гуманитарными ценностями с одной стороны, а с другой - экономическими и политическими выгодами, который приносит режим А. Лукашенко. Стоит напомнить, что Минск представляет из себя постоянного раздражителя для Москвы и вымогателя российских энергоресурсов, поступающих через Беларусь на европейский рынок. При этом Запад (в данном случае Евросоюз) никогда не пойдет на масштабную экономическую поддержку республики в переходный период, соразмерную с российской. Это прекрасно понимают белорусские власти и активно действуют на западном направлении, используя уже ставшим традиционным для официального Минска и белорусской оппозиции лозунг: «Чем сильнее Европа будет давить на Лукашенко, тем быстрее Лукашенко окажется в руках Москвы».

Между прочим, данный лозунг довольно парадоксальный и не совсем верный. Дело в том, что именно Москва всегда представляла для А. Лукашенко наибольшую опасность, по причине объективной зависимости. Напоминаем, что между Москвой и Минском существует объективный конфликт интересов и его не решишь за столом переговоров. С ним можно какое-то время мириться, но этот конфликт реально разводит страны. И виноват в этом оказывается именно Лукашенко. И чем меньше у белорусского президента возможностей для маневра перед лицом монопольной зависимости от России, тем ненадежнее его положение у руля власти в Беларуси. А. Лукашенко это понимает и ищет защиты от Кремля именно у Брюсселя – еще один парадокс лозунга «Москва кормит Лукашенко»? Белорусская оппозиция, призывая Запад «не давить Лукашенко», на самом деле его спасет. Этот тезис, между прочим, также требуется углубить, но при случае…

Проблема в том, что реальным политико-экономические изменениям в Беларуси может содействовать (подтолкнуть, даже вынудить) только Россия, но только совместно с белорусским зрелым политическим движением (сформированным народным сопротивлением), которое своей массовостью, нацеленностью на свержение режима, поддержкой во всех слоях белорусского общества заставит Москву с ним считаться и искать возможность с ним договориться. Это формула вряд ли требует доказательств.

Нынешняя белорусская оппозиция находится как раз вне данной формулы, что и определяет ее постоянные провалы. Она, целиком прозападная и в своей основе националистическая, буквально отсортирована спецслужбами и собственными национал-радикалами от каких-либо пророссийских элементов и поэтому находится в изоляции от России, представляя из себя только передовой отряд Запада.

С одной стороны, белорусскую оппозицию и ее внутренние течения, и белорусские власти руками своих спецслужб, всеми силами отталкивают от России, натравливая ее на Москву как раз лозунгом «Москва кормит Лукашенко». С другой стороны официальный Минск и белорусские спецслужбы содействуют укоренению в России крайне отталкивающего, прозападного, даже пропольского и прокатолического, что для России весьма болезненно, образа оппонентов белорусского правящего режима. Автору этих строк в ходе обсуждения белорусской тематики и роли белорусской оппозиции в российским истэблишменте и экспертном сообществе, не раз приходилось сталкиваться с тем, что ему демонстрировали примеры антироссийских истерик с белорусских оппозиционных форумов: «ножичком по москальскому горлышку», «лучший москаль – мертвый москаль», «дикая рашка» и т.д. Приходилось объяснять, что вряд ли приходится сомневаться в том, что зачастую самые антироссийские комментарии на белорусских оппозиционных сайтах размещают сотрудники белорусских спецслужб, чем содействуют волне ненависти противников режима к России и обрывают любые попытки Москвы выйти на диалог с оппонентами режима. Ведь действительно получается так, что нельзя говорить с теми, кто публично жалеет, что Россия вообще сохранилась как страна, а не была растерзана той же Германией в 40-е годы. Тогда уж лучше Лукашенко… Он хоть и вор, а в 2008 году и предатель, но хотя бы не рвется «ножичком по горлу»… Хотя, ради власти… Но, во всяком случае пока этого нет.

Все дело в том, что и оппонентам белорусского правящего режима постановка вопроса «Не кормите Лукашенко» – тоже весьма выгодна. Во-первых, опираясь на образ России, как политического и экономического покровителя А. Лукашенко, белорусская оппозиция всегда имеет возможность свалить на Москву все свои бесконечные неудачи и провалы. Первое, что сделали лидеры оппозиции после 19 декабря 2010 г. – обвинили Россию. Мол, Москва обеспечила провал их предвыборной стратегии и организовала разгром оппозиционного шествия. Лучшего варианта для А. Лукашенко, который опять оказался в роли скромного исполнителя чужой «имперской» воли, и придумать нельзя. В итоге, за все антидемократические действия, что проводит режим А. Лукашенко, отвечает исключительно Москва. Белорусский президент в очередной раз оказывается в роли «радетеля» интересов независимой республики и «борцом» за белорусский суверенитет.

Во-вторых, оппозиция оказывается в первых рядах борьбы не против авторитарного режима А. Лукашенко, а против «имперской России», что и позволяет ей надеяться на поддержку Запада. В итоге все довольны…

Лозунг «Москва кормит Лукашенко» отражает лимитрофный характер современной Беларуси и ее политического класса, иждивенческих настроений в среде белорусского общества, неспособности или нежелания белорусских интеллектуалов выяснить реальные интересы соседей и партнеров республики, найти совпадения этих интересов. Инфантильное и какое-то хуторское восприятие окружающего мира с его противоречивыми вызовами и многослойными клубками взаимных интересов создает идеальные условия для того, чтобы увлекаться простыми формулами и ответами:

– Дождь пошел не вовремя!

– Москва виновата. Дома посидим, на диване поспим.

Пройдет десяток лет и весьма вероятно, что автору этих строк придется писать новую серию статей под почти таким же заголовком: «Пекин кормит Лукашенко». И все повторится…

А. Суздальцев, Москва, 20.01.13

0

94

GGraf
пн, 21/01/2013 - 01:20
Комментарий № 282384

Статья шикарна и, если подавлять в себе возмущение и следовать логике вопреки своему мировосприятию, имеет большой практический смысл, как посыл в сторону "селекционированного".
Т.к. малейший намек на этого избранного со стороны россии будет не только "оберегом", но и 20-40% поддержки населения сходу. Люди ищут этого "инкогнито" уже давно.
Кто им может быть? Из реалистичных просматриваются три фигуры - по мере роста вероятности: Сидорский, Румас, Макей.

0

95

Andrey
пн, 21/01/2013 - 06:14
Комментарий № 282394

нет, это не реалистичные "кандидаты".

0

96

http://s2.uploads.ru/t/35yzD.jpg

http://s3.uploads.ru/t/Pf5ES.jpg

0

97

Ну не все дороже (я имею в виду продукты), но любопытно то. что, к примеру, моя жена возит из Москвы в Минск:
- сливки Петмол 11 и 22% - считает, что дешевле и лучше минских;
- кофе;
- сыровяленную колбасу (всегда возьмет палку);
- зимой томаты свежие (не плассмассовые);
- качественную муку для хлебопечки;
- российские сорта растительного масла;
- качественные макароны российского производства;
- зимой привозила замороженную красную и речную форель (в Минске или нет или дороже);
- икру для праздников;
- российское шампанское для праздников;
- московские конфеты
и т.д.
Остальное покупается в Минске
Т.е. обычные продукты, мы очень скромная семья (по деньгам). У нас нет автомашин и дач, да и квартира съемная.

0

98

aksel
пн, 21/01/2013 - 08:58

АИ, спасибо! статья понравилась.

Если следовать логике, изложенной в цикле статей "Не кормите..." , то АГЛ будет управлять РБ до своего физического конца. Это реальность, т.к. фантазии на тему ширнамасс РБ, которые под руководством инкогнито создадут народный фронт и часть номенклатуры примкнёт к ним не более чем хотелки нас с вами, неисполнимые в условиях стабильности. Вопрос: кому и когда Россия " не забудет ничего" как Вы пишите уже не раз? Следует ли из этого, что после его ухода эти самые "не забудем" будут предъявлены преемнику или всему народонаселению РБ? В чём смысл этих предъявлений в таком варианте?

0

99

Новый враг

Без врагов моя жизнь стала бы безрадостной, как ад. (Ричард Никсон)

http://politoboz.com/sites/default/files/styles/200x/public/illustracija/sharikov.jpg

Вступление

«Гастарбайтер». Откуда взялось это несколько унизительное слово, вполне вписавшееся в политический лексикон на постсоветском пространстве? Вряд ли большая часть читателей помнит эту историю. Между тем она очень поучительна. В свое школьное время автор этих строк с большим интересом читал еженедельную газету «За рубежом». По тем временам это был прекрасно скомпонованный «толстый» (12 страниц!) дайджест материалов по актуальным международным и страновым проблемам, с известными ограничениями перепечатанных из зарубежных СМИ. В конце 1960-начале 1970-х годов в газете можно было найти немало материалов о развитии «Общего рынка» (критических) и экономических проблемах отдельных стран. Особой «любовью» редакции газеты пользовалась ФРГ. Не только как государство, противостоящее ГДР, но и как страна, где буквально все было очень плохо и где не по дням, а по часам развивался неонацизм.

В связи с «постоянным» «кризисом» в экономике ФРГ, газета, редакцию которой, видимо, нисколько не смущали допускаемые нестыковки в оценках экономического развития экономик стран Западной Европы, неоднократно поднимала вопрос о «гастарбатерах», которые в те годы нахлынули из Турции в Западную Германию. Именно к туркам, первым в послевоенной Европе столь массово снявшимся с «насиженных мест» и направившихся на заработки в ФРГ, и применяли термин «гастарбайтер». Это отпечаталось в памяти. Но только через несколько лет, уже в годы учебы в университете, пришло понимание того, что экономика Западной Германии в 1960-1970-е годы переживала экономический бум и ее рынок труда мог поглотить миллионы рабочих рук.

Волны турецких «гастарбайтеров» в начале 1970-х годов оказали потрясающее влияние не только на общественное мнение Западной Европы, но и на идеологическую машину КПСС. На скорую руку гастабайтеров назвали «очевидным признаком общего кризиса капитализма» и «разновидностью индустриального рабства». Понятно, что мир социализма должен быть освобожден от такого позора.

Однако не все оказалось так просто. Дело в том, что очень скоро к турецким гастарбайтерам присоединились граждане уже официально социалистической Югославии. Затем те же югославы оказались на стройках союзной столицы – Москвы (Олимпиада -80). В конце 1980-х годов в Россию стали завозить вьетнамцев. Говорят, что никто из них так и вернулся к родным изумрудным рисовым полям, оставшись и прижившись на российских заснеженных просторах.

Но стоит вернуться к пионерам трудовой миграции – туркам. В то время политическая и социально-экономическая ситуация в Турции была исключительно сложная и отъезд сотен тысяч сограждан из страны в христианскую Европу нередко воспринимался властями как предательство и дезертирство. Когда к застрявшим в ФРГ турецким гастарбайтерам потянулись семьи, то о трудовых мигрантах стали говорить, как о врагах государства, которые, вместо работы на пользу страны, ищут легкий хлеб. И только через пару десятилетий, после полного изменения в Турции политико-экономического климата, что в итоге привело к сокращению миграции трудовой силы, данная проблема ослабла… Но не исчезла.

Враги наступают…

Авторитарный режим не может существовать без внутренних и внешних врагов. Враги, как постоянный и неотъемлемый институт, являются своеобразной приметой любой диктатуры.
Враги необходимы как мишень, положено их неустанно побеждать и череда врагов должна быть бесконечна. Стране некогда нормально и спокойно жить, пока ее глава неустанно воюет с целыми ордами врагов, которые окружают Родину. Стоит вспомнить слова А. Лукашенко, высказанные им 15 января 2013 года на своей пресс-конференции: «вокруг Беларуси, вокруг нас сегодня ходят и зубами щелкают, как стаи голодных волков… Все, эти зубами щелкающие, эти стаи, будут нам по периметру границы аплодировать, когда у нас будет раздрай в стране» (http://www.sb.by/post/142277/). Понятно, что если рассматривать окружающий мир через прицел, то Республика Беларусь просто обязана смотреться как некий островок порядка и благополучия в океане ненависти и зависти. Логично, что в обстановке «окруженной крепости» врагов необходимо вешать прямо на подъемном мосту…

Сама суть авторитарного режима заключается в понятии «вопреки». Стоит обратить внимание на популяризацию тактических успехов любой диктаторской системы: «Вопреки проискам внешних врагов (в белорусском формате: недоброжелателей, стай голодных волков) наша страна (наш народ) оказался тверд в своем желании жить своим умом и т.д.».

Все делается «вопреки» - наводится порядок на улицах, финансируется сельское хозяйство, обеспечивается рост заработной платы и пенсий, увеличивается экспорт и т.д. Стоит отметить, что сила и привлекательность любого авторитарного строя как раз и заключается в том, что он способен быстро, эффективно и не считаясь с издержками, включая человеческие, навести элементарный порядок, способствующий стабилизации социально-экономической обстановки в стране. Обычно для этих целей авторитарный лидер и оказывается востребован на посту президента или правящего премьер-министра. Но он обязан все это делать опять-таки вопреки усилиям врагов. На этом этапе «врагов» немного – это, как правило, бывшие соратники, удаленные от власти и идейные демократы. Население, включая село и рабочий класс, в это время  надеется и ждет.

Первая развилка

Здесь возникает первая развилка. Можно наводить «порядок» в демократическом русле, рассчитывая на самодеятельность народа в условиях рыночной экономики и зрелость политического класса. Это, как правило, трудно, долго, чревато тяжелыми социально-экономическими проблемами,  но это стратегический путь и не каждый на него способен. Важно то, что в долгосрочной перспективе данный путь обеспечивает переход страны в новое качество – рыночная и влившаяся в мировое разделение труда национальная экономика, демократический и быстро обрастающий традициями политический строй, неуклонный рост потребления и т.д. Однако, без жертв все равно не обойтись и первая жертва запрограммирована. Это сам президент – реформатор. Участь его тяжела – он гарантировано будет не понят и не принят своим народом, отвергнут на ближайших выборах и героизирован в будущем, так как только потомки смогут воздать ему должное. Это участь сильных личностей, президентов, ставших апостолами национальной истории, не опасающихся быть не понятыми, готовых идти против страхов, инстинктов и мнения собственного народа, вытягивающих буквально за уши национальный политический класс из вязкого болота провинциализма, подлости, подстав и сплетен, воспитывающих себе смену из правящего блока и оппозиции. В этом и заключается роль президента – главы государства с почти монархическими полномочиями, но избранного демократическим путем, все усилия которого направлены не на сохранение себя у государственной власти, а на сохранение и развитие самого государства. В этом большая разница, так как должно быть правило: президенты меняются – республика остается, а не иначе: президент не меняется – меняется республика под него.

Другой путь, тактический - удел личностей слабых, случайно оказавшихся на гребне политической волны, вынесшей их на высший государственный пост и не способных оценить ни сложившуюся ситуацию, ни перспективы глубоких политических и экономических реформ, зато ориентированных исключительно на сохранение власти в своих слабых, а оттого часто нечистоплотных, потных ладонях. У таких президентов в политических приоритетах превалирует понятие «порядок», который оказывается востребован населением, не очень понимающим, а чаще пугающимся того, что его ждет в будущем. Власть прекрасно понимает, что население  жаждет возвращения в «золотое вчера», когда все было и по другим ценам, да и вообще все были просто молодыми… Создать иллюзию возврата в «хорошее вчера» - вот задача такой власти.

Чаще всего дальше используется старый и не раз апробированный сценарий в стиле Шарля де Голля середины 1950-х годов. Быстрое и чаще всего насильственное решение самых насущных проблем, появление политико-экономической стабильности (которая, между прочим, устанавливается в немалой степени благодаря усилиям самого населения и большей части политического класса) создает иллюзию эффективности «простых решений», пробиваемых благодаря исключительно политической воли «первого лица». Естественно, что все успехи в стабилизации приписываются авторитарному лидеру. Понятно, что в этом случае вся политика делается вопреки «проискам» «врагов и недоброжелателей» или идеям «дерьмократов».

В данном варианте, количество врагов нарастает в геометрической прогрессии. Статусной оппозиции уже мало и к врагам начинают причислять уже целые слои населения – «вшивые блохи» - предприниматели, «воры» и «бездельники» в директорате и т.д.

Здесь возникает вторая развилка. Стабильность установлена, авторитет диктатуры  высок как никогда  и все вроде хорошо. Безработицы почти нет, продукция впихивается в соседнее государство, оттуда же буквально вытягиваются деньги, сырье, технологии. Все довольны, некоторые идейные главные редакторы что-толкуют о «Процветающей Беларуси», а придворные интеллектуалы создают фантазийные схемы регионального переустройства, в центре которого, естественно, Минск. Власти находятся в ликующем состоянии и даже готовы идти на компромисс с врагами. Компромисс, естественно, может быть только на условиях А. Лукашенко. Кроме того, враги «обязаны признать положительные достижения, произошедшие в последние годы в жизни Беларуси и белорусского народа», т.е. признать успех политики президента республики.

Однако идиллия оказывается недолгой. Потребности страны растут, соседи постепенно меняют свою экономику, там начинается экономический рост, да и политическая система, вроде как более демократичная. Начались проблемы, которые не решишь визитом в Москву – белорусские товары вытесняются с российского рынка и никакие крики о том, что их не пускают зловредные российские конкуренты, которые не могут предоставить столь «высокое качество», не помогают. Во-первых, даже если и вытесняют российские конкуренты белорусов с российского рынка, так это все-таки их рынок и другого у них нет, в отличие от тех же белорусов, которые россиян на свой рынок не пускают. Такое вот странное однобокое равноправие. Во-вторых, с 2008-2009 года соотношение цены и качества белорусских товаров стало все в большей степени не удовлетворять российских потребителей.

Началось…

И тут грянула новая беда: побежал народ. В конце 1990-х годов заработные платы в Беларуси в среднем превышали российские. Но после 1998 года соотношение стало быстро меняться и не в сторону Минска. Когда зарплата в России превысила белорусскую в 2 раза, это еще было терпимо и белорусы только ухмылялись в спину украинцев, которые буквально наводнили Валдайскую возвышенность, перевалили Уральский хребет, чтобы черпать деньги из тюменских болот. Но к мировому экономическому кризису 2008-2009 годов разница составила 300%. Это было уже нестерпимо. К 2010 году количество белорусских гастарбайтеров превысило 600 тыс. В 2011 году, в разгар уже собственного, национального экономического кризиса (А. Лукашенко по-прежнему ссылается на мировой кризис, который в 2011 году почему-то особо жестко отметился именно в Беларуси, не затронув даже ближайших соседей), народ повалил просто безудержно.

До настоящего времени ежедневно между Беларусью и Россией мечутся два десятка поездов, т.е. примерно 6 тыс. человек постоянно находятся в дороге и большинство из них как раз те, кто работает в России. Быстрое превращение Беларуси в источник рабочей силы означает для белорусских властей не просто экономическую (с этим еще как-то с помощью России можно справится), а идеологическую катастрофу.

15 января 2013 года А. Лукашенко еще по инерции плюет в сторону России («у нас нет ни нефти, ни природного газа, у нас нет огромных запасов полезных ископаемых, которые можно достать и бросить на то, чтобы стабилизировать обстановку. Посмотрите, в России все это есть, но не так легко ее стабилизировать, когда она дестабилизирована, когда там хаос». http://www.sb.by/post/142277/), но остановить отъезд не только квалифицированной рабочей силы, но и вообще всех подряд, он не может даже введением особого режима на предприятиях, как он уже это сделал в деревообрабатывающей промышленности. Белорусские власти опоздали.

Белорусский гастарбайтер

Кто это? Это самый страшный враг белорусской власти. Прежде всего, именно А. Лукашенко выгнал его из дома, оторвал от семьи, родни, лишил на продолжительное время родной крыши над головой. Стоит отметить, что белорус все-таки не россиянин, который по традиции в силу размеров собственной страны и ее истории на порядок мобильнее жителя берегов Свислочи, Немана и Березины. Сорвать белоруса с места очень сложно. Только крайняя нужда заставит его направиться на вокзал.

Антиправительственный эффект обязателен в любом варианте поездки на заработки. Если условия работы и её оплата окажутся благоприятными, а поездка вполне удачной, то ненависть к А. Лукашенко вырастет на порядок за то, что он не смог организовать такие же заработки дома, в Беларуси. Если поездка окажется неудачной, условия труда чрезмерно тяжелые, а с заработком обманут, то ненависть к тому же А. Лукашенко вырастет уже на два порядка, так как именно его политика превращает белорусов в бродячих нищих гастарбайтеров, работающих за копейки. Иных, благоприятных вариантов миграция трудовой силы не несет.

Каждый белорусский гастарбайтер на российской земле является зримым и вполне одушевлённым свидетельством полного провала белорусского пути развития, мифа о «батьке» Лукашенко. О каком уж «процветании» можно говорить, когда в столице республики останавливаются стройки, так как строители бегут бригадами.

Стоит напомнить, что страна, являющаяся экспортером рабочей силы, полностью потеряна для системных инвестиций. В лучшем случае в ней откроют филиалы крупные зарубежные рекрутские фирмы. Миграция труда похожа на проказу – начавшись с маленькой язвочки, она постепенно начинает съедать конечности, обезображивать лицо… Если ситуацию не стабилизировать, то Беларусь рано или поздно превратится в страну вдов, сирот, матерей-одиночек, стариков-пенсионеров.

Понимают ли белорусские власти масштаб угрозы? Внимательное наблюдение за реакцией руководства республики позволяет считать, что понимают только частично. Авторитарная модернизация и начавшаяся государственная пропагандистская кампания против гастарбайтерщины – пример такого частичного понимания. Власти не видят главного - на самом деле миграция рабочей силы несет огромные и неотвратимые политические угрозы для правящего режима. И эти угрозы быстро нарастают.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

А. Суздальцев, Москва, 27.01.13

0

100

Новый враг (продолжение)

Стыдно робеть, закрываться перчаткою,
Ты уж не маленький!.. Волосом рус,
Видишь, стоит, изможден лихорадкою,
Высокорослый больной белорус:
Губы бескровные, веки упавшие,
Язвы на тощих руках,
Вечно в воде по колено стоявшие
Ноги опухли; колтун в волосах;
Ямою грудь, что на заступ старательно
Изо дня в день налегала весь век...
Ты приглядись к нему, Ваня, внимательно:
Трудно свой хлеб добывал человек!

Н.А. Некрасов «Железная дорога» 1864 г.

Проблема выезда работоспособной части населения Беларуси за рубеж в поисках высокооплачиваемой работы постепенно становится одной из центральных в политической жизни республики, что естественно, так как трудовая миграция представляет сложный комплекс, как негативных, так и позитивных процессов, происходящих в современной политической и социально-экономической жизни белорусского государства. Не будет новостью и то, что лавинообразное расширение трудовой миграции является зримым итогом экономической политики белорусского руководства за последние восемнадцать лет.

Стоит напомнить, что белорусы в своей истории не впервые сталкиваются с необходимостью работы на стороне. «Отхожий промысел» испокон века был обычной практикой, позволяющей белорусскому крестьянству как-то выживать. Всем знакома поэма Н.А. Некрасова «Железная дорога», посвященная строительству первой в России железнодорожной магистрали Москва – Петербург, строки из которой использованы в качестве эпиграфа данной статьи. Белорусский трудовой мигрант в конце XIX и начале XX века был вполне привычной фигурой российского социально-экономического ландшафта. Да и в советское время, включая послевоенное, поездки жителей республики на заработки не являлись чем-то экстраординарным. К примеру, сразу после 1945 года немало белорусов работало на угольных шахтах Донбасса.

Только в 1950-1980-е годы, когда благодаря помощи всего Советского Союза за время жизни практически одного поколения население республики вытянули из землянок, а в городах появились новейшие по тем временам производства, в Беларусь стали приезжать на работу из России и Украины. Причина была в том, что появившиеся в Беларуси квалифицированные рабочие места далеко не сразу могли быть заполнены выходцами из белорусского села. В республике была быстро развернута система профтехобразования.

В конце 1990 годов ситуация резко изменилась. Несмотря на то, что благодаря поддержке России Беларусь относительно стабильно пережила кризисные 1990-е годы, республика в те годы почти не столкнулась с деиндустриализацией, тем не менее, в первую очередь именно квалифицированные кадры стали искать заработка в России и ближайших странах Евросоюза.

Причины и следствия

Причины современной трудовой миграции белорусских граждан носят, в основном, социально-экономический характер и было бы неправильно считать, что политические поводы (неприятие существующего в республике политического строя, политики и личности А. Лукашенко) являются главными мотивами в стремлении белорусов покинуть родные дома и отправиться за тридевять земель в поисках работы.

Тем более, что первыми в сторону РФ направились как раз не этнические белорусы, а россияне – граждане республики, для которых Россия, в силу места рождения или наличия родственников, не являлась terra incognita и на которых не оказала серьезного влияния пропагандистская антироссийская истерия, годами не сходившая с белорусского телеэкрана. Следом, естественно, потянулись и этнические белорусы, для которых в конце 1990-х годов и в первом десятилетии 2000-х годов экономический интерес, безусловно, превалировал над внутриполитическими мотивами, которых в тот период вообще не просматривались.

Выезжающие в те годы на работу, к примеру, в Россию, считали, что социально-экономические причины, заставившие их покинуть дом, носят временный характер и связаны теми или иными происками Кремля, который не может примириться с «успехом» белорусской экономической модели и «завидует» популярности и «эффективности» А. Лукашенко. Выезд на заработки главы семьи (максимум со старшим сыном) воспринимался семьей и ближайшим окружением в качестве единоразового акта («заработать на машину», «надо купить квартиру» и т.д.). Вряд ли кто сомневался, ориентируясь на белорусскую государственную пропаганду, день и ночь расписывающую успехи экономической политики А. Лукашенко, что поездки на заработок скоро прекратятся. Однако к концу первого десятилетия XXI века ситуация стала меняться. Сейчас работа за рубежом стала привычным для солидной части белорусских домохозяйств.

После нефтегазового кризиса зимы 2006/2007 годов белорусская экономика столкнулась с необходимостью быстрой адаптации к неуклонно повышающимся ценам на импортные углеводороды. Уже к зиме 2007/2008 года («плачущий Сидорский») стало ясно, что без энергетических преференций со стороны России белорусская экономика существовать не может. Этот факт подействовал исключительно угнетающее на трудоспособное население республики. Появилось понимание неустойчивости и хлипкости всей столь распиаренной белорусской экономической модели. Возникли крайне негативные («будет только хуже…») и даже панические настроения и мнения («валить надо…»). К экономической мотивации стала присоединятся политическая.

К мировому экономическому кризису 2008-2009 наличие в РФ постоянного контингента белорусских гастарбайтеров, чему, между прочим, содействовал и социальный пакет, принятый в рамках Союзного государства Беларуси и России, стало привычным. Вместе с появлением и расширением постоянной занятости граждан республики в соседних странах, прежде всего в России, постепенно стал меняться и информационно-идеологический фон в самой Беларуси вокруг данного явления.

Проблема нарастает

Важным фактором, подтолкнувшим к такого рода эволюции оценок трудовой миграции стало изменение состава гастарбайтеров. Трудовая миграция из Беларуси, изначально охватив практически все слои белорусского общества, носила все-таки весьма избирательный характер. К примеру, с ростом промышленного производства в России в начале 2000-х годов из белорусского рабочего класса почти исчез его высококвалифицированный компонент. Тогда же началась миграция и мелкого и среднего бизнеса, которая продолжается до сих пор. Потянулась за рубеж техническая и творческая интеллигенция (журналисты и т.д.). После 2000 г. началась целая эпоха миграции рабочих строительных профессий.

К концу первого десятилетия XXI века обнаружилась сельскохозяйственная миграция в Брянскую и Смоленскую области России.

С 2009-2010 годов в России оказалось немало белорусских медработников (врачи и медсестры), а также учителей, бухгалтеров, работников торговли, ЖКХ и т.д., то есть объявилась женская трудовая миграция, что связано с тем, что на российской территории начался процесс воссоединения семей белорусских гастарбайтеров. Понятно, что в этом случае экономический эффект от трудовой миграции для республики резко снижается, а вот политические риски растут.

Финансовый эффект от трудовой миграции

В рамках неуклонно формирующейся в РБ миграционной экономики экономический эффект от экспорта трудовой силы, по идее, должен нарастать. Помимо денежных переводов, которые регулярно приходят в Беларусь, гастарбайтеры, возвращаясь домой, привозят валюту, которая расходуется в республике – покупается жилье, осуществляется строительство домов, приобретаются автотранспорт, строительные материалы, мебель, продукты питания, растут валютные вклады в белорусских банка.

Однако, если к гастарбайтеру приезжает семья и остается с ним, то валютный ручеек в Беларусь резко сокращается (в лучшем случае остается забота о родственниках и стариках-пенсионерах) или совсем исчезает. Стоит отметить, что процесс выезда семей на постоянное место жительство в соседние страны по объективным причинам будет нарастать. Рано или поздно, семья снимается с места и отправляется к отцу или матери, которые за 3-4 года нахождения в другой стране получили более-менее стабильное место работы, которое исключает сезонность или вахтовый принцип. Стимулом становится и забота о детях, которые подрастают и их надо пристраивать учиться в зарубежные, в том числе российские вузы, которые в связи неуклонной деградацией белорусского высшего образования, предоставляют абитуриентам из Беларуси больше возможностей для получения адекватного современным реалиям образования.

Укоренение белорусов в России происходит исключительно быстро, чему способствует русский язык, близость культур и традиций, а также общее историческое прошлое. По наблюдениям, дети, родившиеся на территории России от гастарбайтеров из стран Центральной Азии, как правило, воспринимают Россию в качестве своей Родины и только внешне отличаются от детей-россиян. Русификация белорусских гастарбатеров происходит буквально за одно поколение. Политическим итогом этого процесса является то, что за время президентства А. Лукашенко Беларусь оказалась близка к потере двух поколений наиболее активных и производительных граждан и их детей.

Вот здесь возникает своеобразный идеологический переворот. В семье, покинувшей Родину, необходимо согласие в отношении причин, заставивших оказаться пусть в близкой, но другой стране. Необходимо объяснить детям, новым знакомым и коллегам на работе. В этом случае помогает магическое слово «Лукашенко». Это почти пароль, что снимает все дальнейшие вопросы. Всем и так все ясно.

В итоге каждый белорусский гастарбайтер и члены его семьи уже самим фактом своего присутствия в той же России являются самыми эффективными пропагандистами против режима А. Лукашенко.

Политические версии

Как отмечалось, внимание к проблеме гастарбайтерства в Беларуси будет неуклонно нарастать. От этой проблемы уже не в силах отвертеться власть, ей начинают активно интересоваться оппозиционные политические круги.

Видимо белорусские власти только сейчас начинают понимать политическое значение белорусской трудовой миграции в Россию. Смикшировать политический эффект от этого явления они не в силах. Представляется, что руководство республики все-таки видит перед собой пример стран Центральной Азии и Молдавии, где иногда больше 50% ВВП обеспечивают денежные переводы трудовых ресурсов, но одновременно втягивает эти государства в воронку failed states, понимают масштаб опасностей, которые несет суверенитету и экономической независимости формирование миграционной экономики. В ответ белорусские власти, словно зажмуривая глаза, как в детстве, пытаются публично принизить ее значение, то объявляя трудовую миграцию посылкой в Россию белорусских «специалистов», которых просят у Минска российские губернаторы, то преуменьшая ее масштаб: «Наверное, здесь (в вопросе о трудовой миграции – А.С.) больше все-таки ”страданий“ средств массовой информации, как государственных, так и негосударственных. Это во-первых. Во-вторых, то, что идет сегодня отток, переток (туда едут, к нам приезжают люди), это нормально, это не остановишь. И я не собираюсь здесь создавать какие-то препятствия. Третье. Помните, мы страдали по поводу того, что из Беларуси уезжают строители. Сегодня эти же строители возвращаются обратно, потому что у нас, в Беларуси, достаточно много интересных объектов, дорогостоящих, и объектов, особенно в Минске, в которые инвестируют иностранцы. Что греха таить, они и зарплату платят приличнее, чем наши. Но и наши в связи с этим подтягиваются. Таким образом, начинают возвращаться и те 2 – 3 тысячи строителей, которые уехали (?). Вопрос не в этом, а в том, что у нас действительно рабочих рук не хватает, хотя тоже благо, что у нас нет безработицы. Надо работать, как в сельском хозяйстве (!): надо модернизировать предприятия, и тогда численность нам такая не нужна будет. Вопрос тут не в том, что бедные наши предприятия не могут заплатить, поэтому все разъезжаются. Вопрос здесь гораздо глубже. Это извечный вопрос нашей независимой Беларуси. Поэтому и затеяна вся эта модернизация». (А. Лукашенко, 15.01.13, пресс-конференция, http://www.sb.by/post/142276/). Как видим, публично А. Лукашенко утверждает, что проблемы вообще нет, а уехало 2 - 3 тысячи строителей, которые уже возвращаются. Но любопытно то, что вроде люди и не нужны, так как справляться надо меньшим количеством работающих: «тогда численность нам такая не нужна будет». Но видимо, такая ситуация сложится только в «постмодернизированной» Беларуси.

Пока люди все-таки нужны…

Стоит обратить внимание на периодически предпринимаемые белорусскими СМИ попытки показать негативные примеры трудовые миграции из Беларуси в  Россию  по принципу «А мы предупреждали!». Белорусских рабочих обманывают, они гибнут на стройках, сгорают в бытовках, их даже берут в рабочее рабство на Северном Кавказе. Представляется, что учитывая масштаб трудовой миграции из Беларуси и размеры России, подобного рода эксцессов и в будущем будет немало, но обращает на себя внимание то, что после всех подобного рода сюжетов следует один и тот же вывод: «надо искать дома работу», «никуда больше не поеду», «и дома можно заработать те же деньги» и т.д.

Словно в дополнение к вышеназванным сюжетам иногда появляются опусы о российской трудовой миграции в Беларусь, что выглядит, скажем так, неправдоподобные и несколько анекдотичные.

Непосредственно к мифологии о российской трудовой миграции примыкает тема выбора россиянами Беларуси в качестве места жительства. Видима данная тематика в белорусском агитпропе на особом счету. В Интернете существуют блоги и сайты, рекламирующие переезд в Беларусь россиян, которые заинтересованы в работе и обучении своих детей: http://dadaeda.ru/pochemu-my-perehali-i … osho.html, http://www.woman.ru/rest/travel/thread/4220814/. Есть и специализированые сайты, представляющие услуги для переселения: -- http://www.t-s.by/buy/service2/russia_flat/. Впрочем, не все так просто. Учитывая белорусскую относительную дешевизну, возможен переезд в РБ российских пенсионеров. В Китае, Черногории, Мальте и Египте появились целые поселения такой категории российских граждан. Возможны и иные варианта, но и тут встречаются разочарования: http://a-nikonov.livejournal.com/1009720.html .

В любом случае просматривается серьезная пропагандистская работа белорусского агитпропа на два вектора. С одной стороны идет пропаганда лукашенковской Беларуси, в которую, судя по сайтам, мечтают перебраться миллионы россиян, а с другой стороны подпитывается мифологические настроения у самих белорусов, которым все соседи буквально обязаны «завидовать» и желать перебраться на постоянное место жительство в Беларусь. Белорусская статистика ежегодно сообщает, что переезжают… В тоже время, внятной государственной статистики о масштабах белорусской трудовой миграции нет, как нет и государственной политики в отношении растущему, как снежный ком выезду на заработки.

Гастарбайтер – враг

В целом, понятно, что власти республики относятся к трудовой миграции исключительно отрицательно. С одной стороны поездки на работу белорусских «специалистов» преподносят в старой парадигме позиционирования республики, как «сборочного цеха всего Советского Союза» с элементами бытового национализма, где центральное место отведено «лапотной, пропитой и криворукой» России, которая без белорусов «не справляется». С другой стороны, трудовая миграция представляется в качестве едва ли не предательства интересов белорусского государства. Как следствие, власти начинают фактическую войну против собственных граждан, посмевших отправиться в поисках лучшей доли из «процветающей Беларуси».

Наступление на гастрабайтеров носит как пропагандистско-информационный, так и экономический характер. Белорусские СМИ или замалчивают проблему отхожего промысла, либо объявляют их едва ли не дезертирами с трудового фронта. Местные власти проводят более грязную информационную политику – в одном из белорусских регионов умудрились возвращающихся из России гастарбайтеров объявить больными венерическими заболеваниями (http://intex-press.by/ru/933/news/11848/). Последний пример является показателем уровня не только интеллекта местных чиновников, но и традиционной безнаказанности административных органов в Беларуси. Страшно подумать, чтобы в подобном случае сделали мужики с такого рода чиновниками – «санитарами» в России. Местное небольшое восстание было бы обеспечено.

Сюда же необходимо отнести постоянные выпады в адрес трудовых мигрантов белорусских высших чиновников, заявляющих о необходимости перевода на особый режим оплаты гастарбайтерами услуг здравохрания. ЖКХ и т.д. При этом белорусскими администраторами как-то мгновенно забывается «социальный пакет» Союзного государства Беларуси и России, который подразумевает равный доступ к подобным благам граждан двух стран, без какой –либо дискриминации трудовых мигрантов.

Модернизируемся

15 января 2013 г. на своей пресс-конференции А. Лукашенко выдвинул универсальный рецепт решения проблемы трудовой миграции – модернизация промышленности (сельское хозяйство уже считается «модернизированным»). Учитывая, что зарубежных инвестиций для модернизации по-белорусски почти нет, то скорее всего, А. Лукашенко будет искать на нее деньги в России. Проще говоря, потребуется еще один масштабный кредит, фабула которого будет звучать опять–таки парадоксально (парадоксы – постоянные спутники белорусской политики): Россия должна предоставить кредит для модернизации белорусских предприятий, что позволит вернуть домой из той же России белорусских трудовых мигрантов. Это России нужно? Сомнительно. Скорее Россия с большим удовольствием импортировала бы из Беларуси трудовых мигрантов на свой рынок труда, чем допустила бы товарный белорусский экспорт на свой рынок товаров.

Стоит напомнить, что основным принципом функционирования Единого экономического пространства является свобода перемещения товаров, услуг, капитала и рабочей силы. Вряд ли можно считать интеграционными мерами угрозы заражения сифилисом жен белорусских гастарбайтеров, вернувшихся из России.

В настоящее время А. Лукашенко уверовал в модернизацию, которой, однако, как выяснилось, сейчас мешают исключительно сами белорусские рабочие, стремящиеся ускользнуть за кордон.

Вот тебе бабушка и Юрьев день

Апофеозом такой «модернизационной» политики в стиле строительства Беломор-Балтийского канала стали знаменитые декреты, запретившие увольнение рабочих с определенных предприятий («белорусское крепостное право»). Любопытно то, что ликвидируя на «модернизируемых» предприятиях «Юрьев день», власти, в принципе, расписываются в собственном провале – они опоздали на годы и десятилетия, а сейчас готовы обнести заводы и стройки, да что уж мелочиться, всю страну колючей проволокой, чтобы народ не разбежался: «Я, может быть, жестко, признаюсь, обошелся с деревообработчиками, когда был подписан декрет, который фактически запрещает увольняться работникам, специалистам и руководителям этих предприятий по крайней мере до ноября, пока они не закончат модернизацию. Вы меня поймите: мы вырезали из бюджета и банков огромные ресурсы, выделили, мы гарантировали иностранные кредитные линии на миллионы, сотни миллионов долларов, закупили оборудование. И трудовые коллективы (!) вместе с руководителями эту программу провалили». А. Лукашенко, 15.01.13, пресс-конференция, http://www.sb.by/post/142272/). Логика феноменальная: в провале модернизации виноваты сами рабочие, которые не желают зарабатывать хорошие деньги дома, но завтра, а рвутся в Россию за длинным рублем, но сегодня… По-видимому, белорусские власти в проблеме трудовой миграции зашли в тупик и находятся в демагогической истерии.

Европейская Куба

Любопытно, что в политических кругах, противостоящих правящему режиму, подозревают А. Лукашенко в сознательном раскручивании трудовой миграции, так как, мол, страну покидают наиболее активные ее граждане, а следом направляются семьи и в целом Беларусь пустеет, что только на пользу режиму – некому А. Лукашенко свергать и с белорусского президента постепенно снимается задача «кормить» большое население. Безусловно, столь, скажем так, странное объяснение феномена белорусской трудовой миграции имело бы какой-то смысл, если бы начался процесс освобождения от лишней и неквалифицированной рабочей силы на уже вышедших на мировой уровень предприятиях, но ведь такого процесса нет и он вряд ли он когда-либо начнется.

Но пока мы можем наблюдать объективный процесс трудовой и социальной селекции Беларуси, которая все больше кубанизируется. Цвет нации в Майами (Москва, Варшава и т.д.), а на Родине пенсионеры, наркоманы, алкоголики, проститутки для обслуживания многочисленных казино и низкоквалифицированный рабочий класс, который никому не нужен. Между прочим, за годы власти на Острове свободы братьев Кастро, Куба сильно «почернела».

Другое дело, что депопуляция Беларуси и так идет неудержимо, но вряд ли А. Лукашенко не понимает, что пустой земля в центре Европы не будет. Вместе с изменением этнического состава населения изменится и власть. Вряд ли А. Лукашенко захочет в итоге уступить свой пост какому-нибудь уже белорусскому хуацяо, для которого, он, между тем, уже сейчас является местным туземным князьком…

Трудовая миграция подрывает массовую базу оппозиции, так как в первых рядах выезжают действительно не только самые квалифицированные и образованные, но и потенциально самые политически активные. Но ведь та же белорусская оппозиция в свое время упустила этот потенциал. Власть не обеспечила заработок, а ее оппоненты не дали надежду на радикальное улучшение ситуации. Вот как раз здесь и проявился политико-социальный эффект череды бесконечных и запрограммированных политических поражений на каждых очередных выборах, игры в демократию на плацу концлагеря под прицелом пулеметчиков на вышках… Люди потеряли надежду. В этом и заключается современный политический смысл трудовой миграции из Беларуси – уезжают, так как не видят для себя и своей страны будущего.

А. Суздальцев, Москва, 03.02.2013

0

101

вс, 10/02/2013 - 11:44

Постсоветское пространство

глава из книги: Россия и мир: 2013. Экономика и внешняя политика. Ежегодный прогноз. Рук. проекта: А.А. Дынкин, В.Г. Барановский. М., ИМЭМО РАН, 2012, 140 с. http://www.imemo.ru/ru/publ/

Текст написан в начале декабря 2012 г.

Белоруссия1

Согласно официальной версии белорусских властей 2012 год считается вполне удачным для республики. Государственные средства массой информации заявляют, что республика находится в периоде выхода из сложного экономического кризиса 2011 года, в который ее экономика попала под воздействием мирового экономического кризиса. Между тем, экономистами, экспертами и властями республики внутренние причины прошлогоднего экономического кризиса в Беларуси так и не были проанализированы. Постепенному выходу из рецессии содействовали рост экспорта российской сырой нефти по внутрироссийским ценам, начало строительства АЭС (в 2011 году Россией был выделен кредит в 10 млрд. долларов) и первые транши кредита Антикризисного Фонда ЕврАзЭС (Первый транш - 880 млн. долларов США, и 3 транша по 440 млн. долларов США). Общий же уровень дотаций и преференций со стороны России в 2012 году превысил 8-9 млрд. долларов. Тем не менее, жизненный уровень населения остается критически низким. Белоруссия является одной из самых бедных стран Европы.

В 2012 году А. Лукашенко по примеру предвыборной кампании 2010 г. вновь заявил о необходимости доведения средней заработной платы до 500 долларов США, что, однако, не вызвало ожидаемого руководством республики энтузиазма у населения, которое хорошо запомнило, что полученные осенью 2010 г. 500-долларовые зарплаты через несколько месяцев были отняты девальвацией национальной валюты и всплеском инфляции.

В экономической сфере власти в 2011-2012 году провели ряд необходимых мер в правильном направлении: перешли к рыночным принципам ценообразования, частично упростили налоговую систему и административные процедуры, но все эти меры не изменили сути белорусской национальной экономической модели, основанной на допуске к дешевым российским энергоносителям и российскому рынку, закрытости белорусского рынка и монопольных позициях государственного сектора. Однако, несмотря на то, что условиями получения кредита АФ ЕврАзЭс должны были стать ряд структурных реформ, включая приватизацию в объеме 2,5 млрд. долларов в год, имеющих логическую связь с соглашениями о вступлении РБ в Единое экономическое пространство, основные задачи реформирования белорусской экономики оказались нереализованными. Вместо исполнения условий предоставления кредита ЕврАзЭС в 2012 году властями республики активно проводилась политика государственного протекционизма, деприватизации (национализации), импортозамещения.

Белорусская экономика продолжает задыхаться без зарубежных инвестиций и высокоэффективных новейших технологий. Объявленная властями модернизация белорусского промышленного потенциала во многом носит декоративный характер и сводится к тиражированию устаревших производств. По этой причине в белорусской экономике постепенно набирают обороты процессы деиндустривализации и формирования миграционной экономики.

Руководство Белоруссии весьма болезненно относится к миграции рабочих кадров, массовому выезду из республики интеллигенции, молодежи и представителей бизнеса, но власти не в силах остановить процессы миграции. В наибольшей степени от неорганизованного экспорта рабочей силы пострадали строительная отрасль и предприятия машиностроения. В 2012 году в России постоянно находилось до 600 тыс. белорусских гастрабайтеров (следует напомнить, что общая численность трудоспособного населения в Беларуси достигает 4,2 млн. человек).

7 декабря 2012 года А. Лукашенко в поисках решений, ограничивающих трудовую миграцию из страны, подписал Декрет № 9, препятствующий увольнению рабочих с предприятий подвергающихся модернизации деревообрабатывающей промышленности.

В 2012 году Россия вошла в ВТО, что немедленно создало ряд проблем для ее партнеров по Таможенному союзу и Единому экономическому пространству. Российский рынок составляет 92% от рынка Таможенного союза и условия, которые взяла на себя РФ при вступлении в ВТО почти автоматически распространяются на всю интеграционную группировку. По этой причине белорусские власти справедливо опасаются, что конкуренция на российском рынке, куда идет практически вся продукция белорусской промышленности и сельского хозяйства, резко усилится, а спрос на белорусские товары снизится. Вместо ускорения экономических реформ и приватизации, руководство республики попыталось в очередной раз получить от РФ денежную компенсацию за якобы упущенные выгоды на российском рынке.

Финансово-ресурсная поддержка со стороны России в 2012 году достигла 8-9 млрд. долларов в виде кредитов, сниженных цен на импортируемые в республику энергоносители, преференции на российском рынке и т.д., включая два очередных транша кредита Антикризисного фонда ЕврАзЭС по 440 млн. долларов. Контрабандная схема поставок на рынок Евросоюза выработанного из российской нефти бензина под видом необлагаемых экспортными пошлинами растворителей обеспечила в первые три квартала 2012 года положительное сальдо внешней торговли. Однако, когда объем продажи растворителя/бензина стал снижаться, дефицит внешней торговли стал вновь стремительно нарастать. В частности, отрицательное сальдо в торговле Белоруссии со странами СНГ за 10 месяцев составило 5897,2 млн. долларов США (против 6199,9 млн. долларов США в январе-октябре 2011 года), в торговле с Россией - 9939,5 млн. долларов США (против 8321,2 млн. долларов США). Положительное сальдо внешней торговли со странами Евросоюза составило 8387,9 млн. долларов США (в январе-октябре 2012-го положительное сальдо составляло 5647,8 млн. долларов США) (http://afn.by/news/i/174844).

В настоящее время А. Лукашенко не является ньюсмейкером белорусского политического поля. Его заявления и мнения становятся все более несдержанные и откровенными, что, однако не вызывает должного отклика у белорусского населения, которое давно привыкло к эмоциональным высказываниям своего руководителя и не очень вслушивается в его слова. Суммарный рейтинг А. Лукашенко за весь 2012 год стабилизировался на уровне 29-30% и все попытки властей его поднять так и не увенчались успехом.

23 сентября 2012 г. в республике прошли парламентские выборы, по итогам которых был сформирован новый состав нижней палаты белорусского парламента. В парламент не прошел ни один оппозиционный кандидат в депутаты. Власти объявили, что на всех избирательных участках, за исключением одного, выборы состоялись, а официально объявленная явка избирателей составила почти 74%. Однако оппозиция считает, что итоги выборов сфальсифицированы, а электорат стихийно поддержал идею бойкота выборов, которую пропагандировала часть оппозиции.

В ходе предвыборной кампании наметились процессы раскола белорусской оппозиции на реформистское и радикальное крылья. Резко активизировалась белорусская политическая эмиграция, чье влияние на внутриполитические процессы в стране быстро нарастает.

Постоянное нахождение экономики в кризисном или предкризисном состоянии наносит тяжелый ущерб административным органам республики, ее общей управляемости и устойчивости. За последний год произошли серьезные изменения в государственном аппарате республики, изменились сферы влияния основных игроков на белорусском административном поле. В частности, снизилось влияние экономического блока во главе с премьер-министром Михаилом Мясниковичем, а также Администрации президента, но резко выросло влияние старшего сына А. Лукашенко, помощника белорусского президента по безопасности Виктора Лукашенко.

Основные надежды на решение глубоких экономических проблем белорусские власти связывают, с одной стороны с участием республики в интеграционных проектах на постсоветском пространстве, а с другой стороны с получением кредитов из МВФ и других западных финансовых институтов. С этой целью руководство республики пытается вести две противоположные по смыслу и геополитическим приоритетам дипломатические кампании.

Балансируя на противоречиях между Востоком и Западом, А. Лукашенко всегда с успехом использовал так называемую «маятниковую политику», натравливая друг на друга, с одной стороны Москву, а с другой стороны Брюссель и Вашингтон. Однако в 2012 году, после ратификации в декабре 2011 года соглашений о вступлении Республики Беларусь в Единое экономическое пространство, Минск был вынужден отказаться от «маятниковой политики», опасаясь лишиться российской экономической поддержки. Расширение Евросоюзом визовых санкций против белорусского руководства, части белорусской номенклатуры, судей и олигархов оказалось поводом для ряда скандалов в белорусско-европейских отношениях. Руководство республики в отношениях с ЕС сделало ставку на политических заключенных, превратив их предмет торга.

В 2012 году белорусско-европейские отношения пережили два серьезных кризиса – выезд в феврале послов ЕС из Минска и белорусско-шведский кризис, связанный с незаконным проникновением шведского легкого самолета в воздушное пространство РБ. Оба инцидента были спровоцированы белорусской стороной, рассчитывающей на солидарность со стороны Москвы. Белорусское руководство использует тот факт, что Евросоюз не имеет скоординированной, развернутой и утвержденной политики по отношению к Минску.

К декабрю 2012 года появились сложности и в российско-белорусских отношениях. Контрабандная схема продажи бензина привела к суммарным потерям российского бюджета в 2 млрд. долларов США, белорусское руководство в одностороннем порядке изменило условия получения кредита АФ ЕврАзЭс, в течение года периодически возникали проблемы с поставками на российский рынок белорусских товаров по демпинговым ценам. С учетом того, что интеграционный вектор российско-белорусских отношений непосредственно связан с экономическим выживанием белорусского государства, решение возникших проблем стороны искали в формате интеграционного проекта Таможенный союз – Единое экономическое пространство – Евразийский экономический союз.

В 2013 году основные процессы в экономике и политике Белоруссии будут определяться и стимулироваться потребностями существующего в республике политического режима. Правительство А. Лукашенко будет активно искать необходимые ресурсы для поддержания неэффективной белорусской экономической модели и политические решения для сохранения контроля над Белоруссией. Для достижения социально-экономической стабильности в стране белорусские власти, используя участие Республики Беларусь в интеграционном проекте ТС-ЕЭС-ЕЭС, усилят давление на российское руководство, требуя наращивания экономической поддержки.

Рассматривая рост трудовой миграции в качестве угрозы для политико-идеологического имиджа республики, власти в 2013 году приложат все усилия для сокращения экспорта рабочей силы.

Процессы реприватизации и расширения контроля над бизнесом, а также создание административных холдингов и развития программы импортозамещения будут все больше вступать в противоречие с соглашениями о создании Единого экономического пространства. Белоруссия, испытывая постоянные потребности в ресурсах, будет, с одной стороны стремиться остаться в рамках интеграционного проекта ТС-ЕЭП-ЕЭС, но с другой стороны будет настаивать на особом привилегированном статусе своего участия в проекте, что позволит белорусскому руководству сохранить контроль над белорусским рынком и производственными активами. Российское руководство, сохраняя курс на интеграцию на постсоветском пространстве в числе своих основных приоритетов, будет вынуждено мириться с особой позицией Минска, продолжая наращивать ему поддержку.

Украина

В 2012 году политико-экономическая ситуация в Украине оставалась крайне неустойчивой и противоречивой,. На ее формирование влиял целый ряд большей частью негативных экономических факторов:

- запуск 5 декабря строительства газопровода «Южный поток» подвел определённый итог под многолетним торгом вокруг украинской газотранспортной системы. Попытки оживить в 2012 году диалог о судьбе ГТС и цене на поставляемого в Украину природного газа не увенчались успехом. Российская сторона, завершая подготовку к строительству газопровода «Южный поток», начала терять интерес к переговорному процессу, переводя его в рамки диалога о взаимоотношениях Киева с Таможенным союзом – Единым экономическим пространством.

- экономика Украины с начала 2012 года демонстрировала небольшой, но вполне уверенный рост (по данным Госкомстата не более 2%, но, по мнению экспертов – не более 0,7%), сопровождаемый увеличением внешнего кредитования. Одновременно с эти отмечалась стагнация в основных экспортных отраслях украинской экономики – металлургической и химической. Падение мировых цен на сталь и продукцию химической промышленности негативно сказалось на притоке в страну валюты, что на фоне нетерпимой для Украины ситуации с импортом природного газа для промышленных целей резко обострило валютно-финансовые проблемы. Осенью 2012 года стоимость месячной поставки газа выросла до 1 млрд. долларов (средняя цена импортного газа в 2012 году составила почти 425 долларов США за тыс.м.кв., в IV кв. 2012 г. – 432 доллара США за тыс.м.кв.).

- Рост объема импорта стал причиной усиления угрозы девальвации гривны. Правительство Н. Азарова объясняет причины сложного состояния экономики Украины, прежде всего, внешними причинами: цена за импортируемый российский газ, углубление кризиса в Европе, политическая нестабильность в странах Ближнего Востока, замедление экономического роста в странах Юго-Восточной Азии (основные покупатели украинской экспортной продукции). Ожидаемое к концу 2012 года негативное сальдо внешней торговли может превысить 12 млрд. долларов США. Как следствие, страна входит в 2013 год с быстро слабеющей гривной, обозначившимся кризисом банковской системы и уменьшением объема иностранных инвестиций (за 1 полугодие 2012 года объем иностранных инвестиций составил только 2,369 млн. долларов США (http://www.ua-ir.com.ua/ru/investments).

Кризисные факторы будут определять на ситуацию в украинской экономике и в 2013 году. Помимо высокой цены на импортный газ, негативное влияние в 2013 году окажет рост внешних долгов. В настоящее время активно кредитуется как само украинское государство, так и бизнес. Зависимость от кредитов нарастает, сформировался своеобразный кредитный процесс и от него зависят и стабильность национальной валюты, уровень инфляции, показателии безработицы т.д. Страна живет в долг, правительство не имеет реальной политики по поиску выхода из кредитного «коридора», куда Киев загоняют экономические, а также и внутриполитические обстоятельства.

Украина к концу 2012 года почувствовала себя в определенной внешнеполитической изоляции: осложнились отношения с Евросоюзом, не удалось нормализовать отношения с Россией, США активно критикуют Киев за репрессии против оппозиции (Ю. Тимошенко). Внешнеполитический контекст негативно сказывался как на кредитовании украинской экономики.

Украинское руководство явно преувеличивает возможности и желание КНР оказать ему содействие в стабилизации социально-экономического положения в стране, видя в китайских инвестициях едва ли не единственный выход из создавшегося в стране сложного положения. Надежды на Китай связаны и с тем, что государство, не имея возможности выполнять взятые на себя социальные обязательства в предыдущие годы, в выборный 2012 год по вполне понятным причинам взвалило на себя дополнительную социальную нагрузку (социальные инициативы президента В. Януковича).

Парламентские выборы, состоявшиеся 28 октября 2012 года оказались своеобразным индикатором сложившейся в стране сложной политико-экономической ситуации. В очередной раз стало очевидным, что страна расколота по географическому принципу. В Львовской области не был избран ни один депутат от Партии регионов, но прошли все три оппозиционные партии. Столица страны - Киев продемонстрировала неприятие политики Партии регионов, отдав ей только четвертое место после оппозиционной «тройки».

Существенное влияние на предвыборную борьбу оказал закон «Об основах государственной языковой политики», подписанном президентом В. Янковичем 10 августа 2012 г. Он затронул интересы всего украинского общества и вызвал огромный общественно-политический резонанс. В ряде областей западной Украины его восприняли в штыки. Не остались в стороне и представители клерикальных кругов. В частности, против закона выступил Патриарх Киевский и всея Руси-Украины Филарет, призвавший защищать украинский язык и Украину – «последний оплот православной веры».

Однако принятие закона о языках не прибавило Партии регионов сторонников на выборах, в то время как сложная социально-экономическая обстановка в стране оказала негативное влияние на предвыборные позиции данной партии.

Несмотря на то, что В. Янукович заявил, что «выборы продемонстрировали преданность Украины демократическим стандартам», основные политические силы, включая Партию регионов и партию «Батькивщина» остались недовольны итогами голосования. Партия регионов не набрала необходимого ей для формирования парламентского большинства депутатских мест (226 депутатов) и оказалась недееспособной в стенах Рады без создания коалиции с коммунистами и независимыми депутатами. Оппозиционные партии – «Батькивщина», «Свобода» и «Удар» получили в Верховой Раде близкое с результатом Партии регионов количество мест, что их также не устроило. Тем не менее, появление новых партий оппозиционного толка («Удар», националистическая «Свобода») свидетельствует о том, что оппоненты режима В. Януковича остаются расколотыми и находятся в поиске общей идеи, способной их сплотить в неприятии политики Партии регионов. Послевыборный период изобиловал различного рода эксцессами и инцидентами на избирательных участках и у здания Центризбиркома Украины, однако общий итог выборов не изменился, но окончательно разочаровал в украинских выборах Евросоюз и США.

Выборы продемонстрировали, что, несмотря на то, что политический класс Украины в целом един в своей евроатлантической ориентации, настроен на вступление страны в близкой или далекой перспективе в Евросоюз (вопрос о вступлении в НАТО, учитывая настроение украинского населения, пока снят), на политическом поле страны развернута неутихающая политическая борьба, в которой стороны не выбирают методы и инструменты. Ожесточенность данной борьбы связана как с идеологическими, так и ценностными расхождениями различных отрядов украинского электората и формирующейся политической элиты страны. Кроме того, выборы продемонстрировали, что, несмотря на нескрываемую заинтересованность внешних игроков в победе «своих» кандидатов, парламентские выборы 2012 года оказались в большей степени внутриукраинским политическим событием.

2013 и 2014 годы должны стать периодом подготовки к очередным президентским выборам, которые состоятся в начале 2015 года и будут сопровождаться ожесточенной политической борьбой. Размах данной борьбы будет определяться тем, насколько правительство сможет справиться с быстро нарастающим объемом политико-экономических проблем, имеющих и внешние аспекты:

- украинским властям вряд ли в 2013 году удастся выработать форму участия страны в интеграционных процессах на постсоветском пространстве, устраивающем как собственные финансово-промышленные группы, так и ЕС и Россию. Декларации Киева о готовности построить очередной геополитический и экономический «мост» между РФ и ЕС остаются пока на уровне политико-публицистической риторики. Вступление Украины в 2012 году в Зону свободной торговли СНГ было неплохим знаком для Москвы, говорящем о договороспособности Киева, но оно не снимет проблемы позиционирования Украины на рынках Таможенного союза и быстро формирующегося Единого экономического пространства ЕврАзЭс. Версия о том, что вступление в ТС приведет к общему оздоровлению украинской экономики за счет резко сниженной (хотя бы до уровня Белоруссии) цены на природный газ, является широко распространенной, но иллюзорной. Даже, если Украина сможет добиться от России столь масштабной газовой субсидии, это не решит сложных структурных проблем украинской экономики, а только отложит кризис на определение время. Украина в 2013 году не вступит в ТС-ЕЭП, хотя не исключено, что Киев попытается развернуть вариант «равноскоростной интеграции» с ТС. 5 декабря 2012 г. выступая на саммите СНГ в Ашхабаде, президент Украины В. Янукович заявил, что Украине следует присоединиться к некоторым положениям Таможенного союза.

- В 2012 году Брюссель фактически приостановил все возможные и ставшими привычными для Украины формы сотрудничества. Было отложено подписание договора об ассоциации с Украиной, что нанесло серьезный ущерб имиджу Киева на Западе. Был отложен и саммит Украина – ЕС. Фактически процесс евроинтеграции с Украиной, который проводился ЕС в немалой степени в пропагандистских целях, был заморожен. Во многом, такому итогу в сотрудничестве с Евросоюзом способствовал формат парламентских выборов и нахождение в тюрьме лидера украинской оппозиции Ю. Тимошенко. Диалог с Евросоюзом в 2013 году Киеву придется начинать практически с «чистого листа», поскольку евроинтеграция для Украины продолжает оставаться главным внешнеполитическим приоритетом.

- украинские власти могут столкнуться в наступающем 2013 году с полномасштабным экономическим кризисом, имеющим исключительно внутриэкономические причины и являющимся следствием неэффективной работы правительства, которое завязнув во внешнеполитических играх, так и не решило проблему обеспечения страны энергоносителями по приемлемым для украинской экономики ценам. Попытки организовать поставки природного газа из Германии (соглашение "Нафтогаз" с немецкой компанией RWE Supply & Trading) имеют характер исключительно пропагандистской кампании. Кроме того, катализатором кризиса может оказаться популистская политика украинского руководства.

- ключевой экономической проблемой 2013 года останется задача удержания стабильного курса украинской национальной валюты. В 2012 году стабильность на валютном рынке сохранялась благодаря быстрому сокращению (на 1/3) золотовалютных резервов Национального банка Украины. При этом, курс гривны все равно оставался нестабильным. В 2013 году к проблеме сокращения золотовалютных резервов прибавится и продолжающиеся рост негативного сальдо внешней торговли и увеличение инфляции. Еще одним из факторов может стать то, что украинское население, как и в 2012, так и в 2013 году продолжит активно скупать конвертируемую валюту, стремясь уберечь свои накопления от девальвации гривны. В итоге страна к середине 2013 года может оказаться в стадии дефолта.

Молдавия

Политико-экономическая обстановка в Молдавии в 2012 году оставалась сложной и непредсказуемой, что в немалой степени отражало противоречивое воздействие на политический класс и население республики внешних игроков – Евросоюза, Румынии, России. Большое влияние на республику оказывало функционирование Таможенного союза ЕврАзЭс.

В 2012 году экономика республики находилась в стадии стагнации (рост не более 0,3%, иными словами - на уровне статистической погрешности). Причиной отсутствия роста ВВП объявлены засуха и экономический кризис в Евросоюзе. Молдавия остается наряду с Косово одной из самых бедных стран Европы.

Политический раскол молдавского общества в отношении выбора геополитических приоритетов в 2012 году ощутимо углубился. К концу года количество граждан республики, выступающих за европейский выбор, республики практически сравнялся с числом сторонников участия Молдавии в Таможенном союзе.

Политическую жизнь республики в 2012 году продолжали сотрясать скандалы, поводы для которых давали не только молдавские политические партии, но и Бухарест, который в настоящее время благодаря молдавскому руководству является полноценным участником политического поля республики. Вопрос «румынизации» страны остается по-прежнему актуальным и периодически вызывает обмен жесткими заявлениями между Кишинёвом и Тирасполем.

Евросоюз продолжает патронировать постепенный дрейф Кишинева в сторону евроинтегарции. Правительство республики во главе с премьер-министром В. Филатом добилось получения от ЕС помощи в объеме 120 млн. долларов США, что считается беспрецедентной иностранной поддержкой. Для сравнения, за период с 2000 по 2010 г. Молдавия получила от России энергетических субсидий на сумму, превышающую 3 млрд. долларов США.

В декабре 2012 года президент Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу заявил, что в 2013 году ЕС будет готов подписать соглашение об ассоциированном членстве и свободной торговле с Молдавией. Основанием для такого прорыва в отношениях с Евросоюзом может быть уже достигнутый, по мнению Ж.М. Баррозу, прогресс в реформах.

В 2013 году вопрос о геополитическом выборе Кишинева будет постепенно затухать, так как вероятное подписание с ЕС ассоциированного членства и проведение либерализации визового режима окажет решающее влияние на политические предпочтения граждан республики.

А. Суздальцев, Москва

1. В России используется два названия Беларуси. Одно относится к официальной сфере, где применяется официальное название страны – Республика Беларусь, как, впрочем и Республика Польша или Республика Литва, а также Соединенное королевство … и т.д. Данная норма утверждена Министерством юстиции РФ для официальных документов. В публицистике, научной , как впрочем и бытовой сфере используется привычная для россиян форма «Белоруссия» (слово из двух корней), что отвечает нормам русского языка, применяемого на территории России. В тоже время, в Беларуси, где русский язык является одним из государственных, что позволяет его менять, вполне законно используется слово «Беларусь». Кстати, русский язык, применяемый в Беларуси, с годами постепенно меняется и приобретает особую специфику. Отличия начинают проявляться, прежде всего, в ударениях. Меняют почти в государственном формате русский язык и на Украине, требуя, к примеру, чтобы говорили «в Украине», на что Киев не имеет права, так как русский язык на Украине не является государственным. Однако Украина требует от России менять ее русский язык, как считает Киев. С тем же успехом Киев мог бы менять английский или французский языки и требовать от Лондона и Парижа признания украинских интерпретаций и использования «украинизмов» где-нибудь в Кенте или Провансе. Слово Беларусь, как название страны, прижилось в Европе, хотя почти все соседи республики из ЕС в публицистике и на бытовом уровне называют ее по-своему, как привыкли за столетия и это не вызывает проблем со стороны белорусской общественности (не слышно претензий к Польше, Литве, Латвии и т.д.). При этом тот факт, что россияне продолжают называть Беларусь, как им привычно – «Белоруссия», вызывает в белорусском социуме жесткое неприятие и требование, чтобы все граждане России, 140 млн., от Калининграда до Владивостока меняли свой родной русский язык, как хочется кому-то в Минске (заставить). Такие попытки распространения белорусской юрисдикции на другое государство выглядят странно, тем более, что в белорусском языке название России используется национальное и никто на него не покушается. Думается, что вопрос о названии Беларуси используется определенными силами в РБ для унижения россиян, у которых отнимают права на их собственный язык, что приводит к натравливанию двух народов друг на друга.

Автор данного сайта пишет статьи в основном для белорусской аудитории и согласно белорусского законодательства использует слово «Беларусь». Представленный материал был подготовлен по заказу Российской академии наук (ИМЭМО) и предназначен для российской научной аудитории, что подразумевает использование слова «Белоруссия».

0

102

Андрей Суздальцев: Лукашенко рассчитывает на помощь друзей-диктаторов в случае побега

Белорусскому диктатору нужна страховка, поэтому экстрадиция Курманбека и Жаныбека Бакиевых кыргызским властям в ближайшее время невозможна.

Таким образом российский политолог Андрей Суздальцев прокомментировал charter97.org факт нахождения на территории Беларуси экс-правителя Кыргыстана и его брата, несмотря на приговор военного суда в Бишкеке.

«Мы прекрасно понимаем, что система поиска и выдачи преступников в рамках Интерпола имеет  свои преимущества и изъяны. Безусловно, страны Запада имеют приоритет: преступников, совершивших злодеяния в таких странах находят и выдают в первую очередь, нежели преступников из других государств», - отметил политолог.

Андрей Суздальцев добавил, что решение кыргызского суда является серьёзным основанием для задержания и депортации преступников, но конечный результат будет зависеть от авторитета Кыргызстана на международной арене.

«Тот факт, что семья Бакиевых имеет белорусское гражданство, будет «отравлять» отношения в рамках ОДКБ. Ведь речь тут идёт о государственной безопасности и отношения между Минском и Бишкеком испортятся», - отметил политолог.

Также российский политолог подчеркнул, что Лукашенко, таким образом, поддерживает «диктаторский интернационал» и рассчитывает на гарантированную помощь в случае побега из страны и необходимости получения убежища в другом государстве во главе с тираном.

«Председательство Беларуси в СНГ носит ритуальный характер и помощь со стороны стран-членов вряд ли возможна. Ведь даже сам Лукашенко на пресс-конференции 15 января заявил, что СНГ – это договорная площадка», - заключил Андрей Суздальцев.

Следует напомнить, что бывший правитель Кыргызстана Курманбек Бакиев и его брат Жаныбек Бакиев заочно осуждены военным судом Бишкекского гарнизона по уголовному делу, связанному с убийством экс-руководителя администрации президента Медета Садыркулова . Экс-диктатор был приговорен к 24 годам лишения свободы, а его брат к пожизненному заключению.

0

103

Угрозы интеграции

Часть I.

«Почему удар в спину наносят те, кого, как правило, защищаешь грудью?»
(юмор политиков)

14 февраля 2013 года, выступая на коллегии Федеральной службы безопасности, президент России В. Путин, перечисляя угрозы, которые данная служба должна отражать, отдельно остановился на вопросе защиты интеграционных проектов, инициированных РФ на постсоветском пространстве. Российские СМИ отметили следующие слова главы российского государства: ««Мы слышали ряд недавних, откровенно скажу, нервозных, откровенно раздраженных высказываний относительно интеграционных процессов на постсоветском пространстве. Отнесем их на счет эмоциональной риторики этих политиков. Тесная интеграция - это объективный общемировой процесс. И никакими окриками, одергиваниями он остановлен, в том числе и на наших территориях, быть не может» (http://www.vedomosti.ru/politics/news/9 … gracionnye).

Безусловно, данное политическое заявление российского президента призвано, в первую очередь, увязать предвыборную 2012 года интеграционную инициативу В. Путина с глобальными объективными тенденциями. В этом плане всякое противодействие третьему этапу интеграции на постсоветском пространстве, инициированному Москвой после двух провальных – в начале и конце 1990-х годов, должно восприниматься, как нечто противоестественное и крайне реакционное. Любопытно то, что пока российский президент поднял тему только внешних угроз проекту Таможенный союз – Единое экономическое пространство – Евразийский экономический союз и призвал по данному вопросу к солидарному ответу: «Суверенное право России и наших партнёров выстраивать и развивать свой интеграционный проект должно быть надёжно защищено. Прошу здесь действовать в тесном контакте с вашими коллегами и партнёрами из Белоруссии, Казахстана и других стран, которые участвуют в тех или иных интеграционных процессах» (Там же). С высокой долей уверенности, можно сказать, что данное заявление главы РФ знаменует собой завершение определенного этапа в развитии ТС- ЕЭП. Период мониторинга и анализа российского интеграционного проекта завершился и для внешних игроков настало время принятия решений.

Пока Кремль видит угрозу противодействия своим интеграционным планам со стороны Запада. Выраженная В. Путиным готовность России всеми мерами защищать интеграционные проекты является первым сформулированным ответом экс-госсекретарю США Х. Клинтон, которая крайне раздраженно заявила в 7 декабря прошлого года в Дублине: «Существует движение в сторону ресоветизации региона. Это не будет называться именно так. Это будет называться Таможенным союзом, это будет называться Евразийским союзом и все в таком роде. Не будем заблуждаться на этот счет. Мы знаем, в чем заключается цель, и мы стараемся разработать эффективные способы того, как замедлить это или предотвратить это» (http://www.vesti.ru/doc.html?id=977977&cid=7). Справедливости ради, стоит отметить, что за заявлением Х. Клинтон, как оказалось, ничего кроме риторики не оказалось. В реальности, ни США, ни ЕС не имеют каких-либо ресурсов, чтобы остановить российские интеграционные инициативы на постсоветском пространстве, если не считать программу «Восточное партнерство», главным козырем которой являются зона свободной торговли и безвизовый режим с Евросоюзом. Однако до столь долгожданного будущего участникам «Восточного партнерства» надо как-то дожить. Причем дожить хочется более-менее сносно, не особо затягивая пояса и не замерзая зимой у ледяных батарей. Понятно, что никто балтийского «подвига» начала 1990-х годов повторять не желает…

Обвинение России в имперском замысле («ресоветизации»), который она «прячет» под вывеской нового интеграционного проекта, является традиционным приемом, которым активно пользуются, как в Брюсселе и Вашингтоне, так и в Минске. Белорусская позиция в данном случае для нас представляет особый интерес, так как если видеть создание ТС-ЕЭП, а в перспективе и Евразийского экономического союза в имперском формате, т.е. «силовой интеграции», то определенное противодействие, как со стороны Запада, так и внутри интеграционного блока, можно было бы как-то понять и объяснить. Однако, что нетрудно проследить последние два-три года, никакого насильственного втягивания в ТС-ЕЭП не было. Более того, в 2010 году, когда Минск практически блокировал переговоры о вхождении РБ в ТС, Москва и Астана 3 июля фактически сформировали Таможенный союз на двоих, что заставило А. Лукашенко срочно провести ночное заседание нижней палаты белорусского парламента и войти в ТС буквально в последний момент. Но до настоящего момента, если Минску что-то не нравится в ТС-ЕЭП, то он всегда может выйти из интеграционного блока. Никто не держит.

Кроме того, стоит напомнить, что проект Таможенного союза – Единого экономического пространства не являлся чем-то новым для региона СНГ. Идею ТС реанимировали после российско-грузинской войны 2008 года, когда в Кремле возникло ощущение, что диалог с ЕС практически заблокирован, а вступление России в ВТО может затянуться еще на неопределенное время. В создавшихся условиях у России потребность в собственной интеграционной группировке выросла на порядок.

Стоит отметить, что у белорусского и казахстанского руководства были собственные интересы в интеграционном проекте. Никто их палкой в ТС, а следом и в ЕЭП не загонял. Более того, тот же Минск буквально рвался в блок, рассчитывая на интеграционные авансы (см. ст. «Не кормите Лукашенко…» http://www.politoboz.com/content/ne-kor … ko-chast-1). Однако, «имперский» формат давления на Россию оказался столь привлекателен, что он используется в качестве универсального оружия со стороны не только Запада, но и как уже отмечалось выше, со стороны того же Минска по весьма примитивной схеме: «Не хочешь прослыть империей, плати и поставляй, а то получишь НАТО под Смоленском» (в принципе, уже не ясно, что лучше для России – НАТО или Лукашенко, так как при любом варианте расходы на западный рубеж почти равные). Понятно, что в имперской парадигме рост цен на энергоносители воспринимается как проявления имперского давления, а не рыночного ценообразования, а в создании ТС-ЕЭП видится призрак канувшего в Лету Советского Союза.

В этом плане было бы важно уяснить, являются ли попытки официального Минска в лице весьма активизировавшегося в последние месяцы на европейском политическом поле министра иностранных дел РБ Макея угрозой для интеграционного проекта ТС-ЕЭП?

Формально, официальный Минск делает все правильно. Действительно, продолжающийся с декабря 2010 г. конфликт между РБ и ЕС (Западом) оказывает на ТС-ЕЭП крайне негативное влияние, делающее бесперспективными все надежды на установление плодотворных связей между Евросоюзом и новым интеграционным блоком. Между тем, стоит напомнить, что ТС-ЕЭП формировался в основном по лекалам европейской интеграции, в основе Таможенного союза лежат правила ВТО и т.д. Трудно себе представить диалог между ЕС и ТС - ЕЭП, если нет никаких связей между Брюсселем и одним из партнеров по ТС-ЕЭП – Беларусью. Так что, если рассматривать встречи В. Макея с еврокомиссаром Ш. Фюле (Тбилиси) в качестве прелюдии к процессу установления нового формата отношений между крупнейшими «интеграциями», то можно было бы только приветствовать активность Минска на западном направлении. Если бы не некоторые нюансы…

Первый нюанс связан с тем, что Евросоюз до настоящего времени намерен блокировать любые попытки и варианты диалога с Минском, пока А. Лукашенко без каких-либо условий не выпустит и не реабилитирует политических заключенных. Понятно, что А. Лукашенко не может выполнить данное условие ЕС, как по причине собственного политического чванства («ненаклоняемый»), так и по причине того, что ему не хочется терять столь выгодный потенциал для шантажа, как сидящие за решеткой политические заложники. Между прочим, Брюссель уловил этот момент, применив к А. Лукашенко технологии, которые используют на Западе в отношении террористов или уголовников, захватывающих заложников – с ними не ведут каких-либо переговоров, а предлагают немедленно сдаться и освободить людей без каких-либо условий. В противном случае данный метод шантажа будет применяться снова и снова. Стоит напомнить, что у А. Лукашенко практически неисчерпаемые возможности для пополнения числа политических заключенных, которыми можно торговаться десятилетия. Так что данное препятствие со стороны ЕС Минску обойти крайне трудно, если вообще возможно.

Второй нюанс связан с тем, что на встречах евродепутатов и европейских чиновников с одной стороны и белорусских дипломатов и политических посредников с другой, белорусская стороны старается представить свой интеграционный дрейф в сторону России в качестве вынужденной меры, спровоцированной самим Западом, его политикой санкций и требований демократизации, а также имперским давлением со стороны Москвы. Понятно, что в этом случае не до политических заключенных, что очень легко отследить по массе публикаций неких белорусских «независимых» политологов, которые, описывая и предвкушая, как им кажется, уже почти состоявшийся диалог с Европой, умалчивают о главной проблеме во взаимоотношениях между Минском и Брюсселем – освобождением политических заложников. В СМИ, которые обильно удобрены различными по глубине и смыслу интервью, в которых эти несчастные заключенные просто тонут в пустой риторике проплаченных «экспертов», которые ловко уходят от главного вопроса: диалог между Беларусью и Евросоюзом должен иметь какую цель и за счет кого? Понятно, что, как бы не надували щеки «независимые» белорусские политологи, Евросоюзу не интересна Беларусь, как таковая, чтобы поступиться широко объявленными и растиражированными демократическими принципами и ценностями. Поэтому белорусское руководство может обойти проблему с политическими заключенными только по единственной незакрытой «тропе» -- антироссийской.

Попытки официального Минска, упорно уклоняющегося от элементарной демократической практики на внутреннем политическом поле и сохраняющего собственный белорусский ГУЛАГ, выйти сейчас на диалог с Западом представляет серьезную угрозу блоку ТС-ЕЭП, дискредитируя как интеграционный проект, так и его главное звено – Россию. Именно поэтому столь радушно был принят В. Макей в Тбилиси, где его ждала встреча с М. Саакашвили.

Есть и вторая угроза ТС-ЕЭП, связанная с европейским вектором внешней политики Минска.

Не является новостью то, что А. Лукашенко рвется к диалогу с Западом не на основе интеграционного проекта, в которой он участвует наравне с А. Путиным и Н. Назарбаевым, а с целью создания вокруг себя и своей республики образа жертвы стремящейся к «ресоветизации» Москвы, прикрывая этим свою главную задачу - поиск вариантов выживания собственного авторитарного режима.

Для сохранения у власти А. Лукашенко, Минску нужны ресурсы, кредиты и рынки, то есть то, что в комплексе может предоставить Беларуси только Россия. «Выбить» из Москвы эти интеграционные авансы должен, по каноном старой белорусской лимитрофной политики, сам Евросоюз. Попытки белорусского руководства раскрутить «маятниковый» шантаж Москвы является еще одной серьезной угрозой для ТС-ЕЭП.

Стоит отметить, что ЕС в тесном содружестве с Минском активно подрывает экономику ТС-ЕЭП. Одновременно с сохранением негативного отношения к участию Республики Беларусь в ТС-ЕЭП, европейский бизнес исключительно быстро сориентировался в отношении республики, ставшей доступным терминалом – входом на единый рынок Таможенного Союза. Уже с января 2011 года были возобновлены многочисленные контакты с всевозможными посредническими фирмами в Польше, Литве, Латвии и Эстонии, которые с одной стороны быстро перенаправили на территорию Беларуси , т.е. Таможенного Союза огромный поток товаров, а с другой стороны под прикрытием властей Латвии организовали прием на территории Евросоюза углеводородной контрабанды. Классической схемой такого сговора, в котором оказались замешаны правительства Латвии и Белоруссии, явилась пресловутая «растворительная» сделка, в результате которой российский бюджет лишился от 1,5 до 2 млрд. долларов. Растут как на дрожжах поставки на российский рынок товаров третьих стран, получивших в белорусских логистических центрах белорусские спецификации и этикетки. Естественно, столь масштабные поставки невозможны без тесного сотрудничества белорусских государственных органов, включая таможни и госструктуры соседних стран Евросоюза.

Можно говорить, что в западной части Таможенного союза за последние два года сформировался полноценный контрабандный транзитный хаб, соразмерный с масштабами с аналогичным хабом, действующим в Киргизии, что представляет огромную угрозу для функционирования ТС-ЕЭП.

Было бы контрпродуктивно сконцентрироваться только на противодействии ТС-ЕЭП со стороны Запада и деструктивной деятельности белорусского руководства на западном направлении ее внешней политики. Нет секрета в том, что имеются и внутренние политические угрозы интеграционному проекту. Эти угрозы присутствуют не только на уровне политических оппозиций в странах-партнерах по ТС-ЕЭП, но и в экспертных сообществах, политических классах, элитах, и даже на уровне правительств, которые, в очередной раз демонстрируя неспособность решить элементарные социально-экономические проблемы своих народов, активно натравливают население на интеграцию…

Продолжение следует

А. Суздальцев, Москва, 17.02.13

0

104

Задание на весну 2013

вс, 03/03/2013 - 17:20

«Не прячьте ваши денежки по банкам и углам.
Несите ваши денежки, иначе быть беде.
И в полночь ваши денежки заройте в землю там.
И в полночь ваши денежки заройте в землю где?...
… на Поле чудес в Стране Дураков…»

Отрывок песни из кинофильма «Приключения Буратино» («Беларусьфильм», 1975 г.) Слова Б. Окуджавы, музыка А. Рыбникова.

Девятнадцатая президентская весна А. Лукашенко началась, конечно, не по григорианскому календарю, а по политическому: засада в Сочи закончилась ничем, пришлось возвращаться в Минск и открывать чемпионат мира по велоспорту, на котором белорусы не выиграли ни одной медали…

Кто бы сомневался…

Минск встретил «героя» Красной поляны горами не вывезенного почерневшего снега и льда (20-е числа февраля). Материализованные осадки, как отметили наблюдатели, всю зиму убирали в основном с центральных магистралей, но во дворах, переулках, улочках в кварталах частных домов громоздились сугробы. Автомашины ползли по заледеневшим колеям. Минчанам, привыкшим считать свой город чистым и ухоженным, обходя занявшие тротуары легковушки, приходилось прыгать через безразмерные лужи. Безусловно, если учесть, что внешнему виду Минска и вообще республике при А. Лукашенко придан статус неотъемлемой части государственной идеологии и предмета политической пропаганды, заброшенный вид белорусской столицы создал особый фон для начала весеннего политического сезона. Что-то надломилось…

Но поразило не то, что Минск после зимы выглядит в стиле фильма «Собачье сердце» («разруха»), а то, что разруха медленно, но неуклонно становится привычной и стабильной средой обитания для граждан страны: неуклонно ползут цены и расходы на ЖКХ, постепенно сокращается производство, растут складские запасы, замирают стройки, все сложнее купить билеты на поезда, люди уезжают, население сокращается…

Несмотря на победные заявления о достижении 500-долларовой заработной платы, говорить о какой-то социально-экономической стабильности в стране не приходится. Фактически экономика республика висит на нескольких зачастую устных договоренностях между российским и белорусским руководством, что грозит возвращением в любой момент кризиса 2011 года и фактической стагнации 2012 года.

Жонглирование цифрами ВВП за 2012 год завершилось на последнем заседании Совмина РБ вполне искренним заявлением А. Лукашенко: «Ситуация, которая у нас сложилась в прошлом году, категорически недопустима в этом году! Повторение прошлого года будет означать немедленную отставку Правительства!»  Как будто отставка М. Мясниковича что-то решит… Зато страшно то как!

Что сделано за зиму?

Как отмечалось в статье «Задание на зиму 2012-2013», перед А. Лукашенко в январе – феврале стояла задача: во что бы то ни стало прорваться под «зонтиком» интеграционного проекта Таможенного союза - Единого экономического пространства (ТС-ЕЭП) к безусловным поставкам российской нефти. В первом квартале 2013 года это удалось, но впереди еще три квартала. Тем более, что кроме нефти, республика в год максимальных кредитных выплат отчаянно нуждается в деньгах. Однако, как выяснилось к концу февраля, находящаяся в республике конвертируемая валюта оказалась в страшной опасности, но, к счастью, государство в лице банков готово буквально броситься на помощь населению и спасти распиханные по «заначкам» доллары.

Грибок

Проблема в том, что судя по публикациям в белорусской официозной «Народной газете» на Беларусь в преддверии весны 2013 года, помимо постоянной головной боли с политикой руководства страны, свалилась новая беда – эпидемия некого грибка (не путать с боровиками и подосиновиками), угрожающего американским долларам, спрятанным населением под собственными матрасами.

Естественно, гражданам было предложено немедленно данную валюту сдать в белорусские банки (а как иначе?), где, почему-то, грибок не водится, что понятно. Дело в том, что в белорусских банках как раз критической массы этих самых долларов и не хватает, чтобы грибок, наконец, завелся и в банковской системе республики. Понятно, что финансовым властям республики обидно. Население поголовно живет с благородным долларовым грибком, как плесень на сыре «Рокфор», а они голенькие и беленькие, как обезжиренный творог.

Но с другой стороны, в банковских закромах видимо прописалась некая валютная «чупакабра», которая, скорее всего, причастна к периодическим сокращениям золотовалютных запасов республики. Глотает даже золотые слитки. В любом случае, если в очередной раз граждане Республики Беларусь обнаружат отсутствие в пунктах обмена валюты долларов США, то ответ им уже заготовлен: «Грибок все сожрал». Пенсионеры, по версии А. Лукашенко (пресс-конференция от 15.01.13) главные покупатели валюты, будут в обморок падать шеренгами. Со своей стороны мы даже знаем фамилию этого «грибка»…

Сами того не ожидая натуралисты из «Народной газеты» подняли очень серьезную тему функционирования белорусской власти. Проблема не в том, что вездесущий валютный грибок избирательно угрожает исключительно наличным долларам и обходит стороной евро, российские рубли, юани и тугрики, но он по каким-то политическим причинам не трогает и очень солидные запасы наличной валюты, находящиеся в распоряжении белорусских властей. Между тем, эти запасы колоссальные и собраны, так сказать, на «черный день».

Стоит напомнить, как в преддверии последнего (октябрь 2010 г.) визита президента Венесуэлы Уго Чавеса в Минск, в столичных офисах белорусских банков по двое суток пересчитывали наличные доллары, доставленные непонятно из каких хранилищ. И ничего, никакого грибка «баксы» не подхватили, их очень дружно погрузили в венесуэльский «борт №1» и отправили через Атлантику в уплату за поставленную венесуэльскую нефть. Так что предостережение «Народной газеты», скорее всего, должно быть адресовано хранителям сейфов правящей «семьи», т.е. тому же вечному и верному «семейному кассиру» Петру Прокоповичу, чем простому люду.

Но, с другой стороны, такого рода «грибковые» статьи в официальных СМИ на самом деле означают только одно – валюты в стране мало и каких-либо крупных валютных поступлений не предвидится. Причина дефициты валюты вполне понятна – грибок в головах руководства республики, которое вместо того, чтобы реформировать экономику страны, менять ее внешнеполитический имидж, занято, как голодные волки, непрерывными поисками валюты… Стоит отметить и специфические интеллектуальные «способности» журналистов официальных белорусских изданий и электронных СМИ, а также и высокого ранга чиновников, которые в последние месяцы все больше склоняются к различного рода страшилкам и угрозам: то белорусские гастарбайтеры, кто уберегся от рабских условий труда на просторах России, оказываются, едва не поголовно больны венерическими заболеваниями, то все белорусские предприятия скупит нехороший Аркадий Дворкович, то, повторюсь, наличную валюту поест грибок и т.д. С ума сойдешь от страхов. Куда деваться народу? Понятно, куда, в «рабочие визиты»…

Сочи

Между прочим, затея с президентской засадой в Сочи – вполне заплесневевшая идея. Автор этих строк, да и не он один, осмеивал ее несколько лет подряд. Однако с каким-то маниакальным упорством А. Лукашенко каждый год в феврале – начале марта кувыркается с гор в Красной Поляне, рассчитывая столкнуться на подъемнике с президентом России. Эффективность такого рода снежных «саммитов» сомнительна, но как говорится, Минск радовался и этому. Однако в феврале 2013 году В. Путин так и не нашел времени увидеться с проводящим на побережье Черного моря «рабочий визит» А. Лукашенко. Что это означает? Прежде всего, есть форматные моменты:

Во-первых, 15 марта состоится Высший Госсовет Союзного государства, где, по идее, можно обсудить все проблемы, существующими между двумя странами;

Во-вторых, российский президент однозначно отмёл попытки своего белорусского коллеги решить некоторые проблемы республики заранее, в приватной обстановке. Видимо, в понимании Кремля, после аферы с растворителями, формат отношений между В. Путиным и А. Лукашенко должен быть исключительно официальным, так как белорусский президент в свойственной ему манере, постоянно извращает не только суть договоренностей достигнутых с глазу на глаз, но еще и использует неформальные саммиты в качестве самопиара, намекая на особые отношения с президентом РФ;

В-третьих, поразила информационная изолированность белорусского президента, который, судя по всему, не имел какой-либо достоверной информации о политическом расписании В. Путина. Хотя, что не исключено, А. Лукашенко ввели в заблуждение;

В-четвертых, есть подозрения, что как раз российская сторона в принципе имела представление о том, зачем сидит в Сочи белорусский президент и не была склонна идти ему навстречу, отложив все разговоры до уже упомянутого Высшего Госсовета Союзного Государства. Но это уже не формат, а содержание.

А. Лукашенко приехал в Сочи для решения все того же комплекса проблем, который освещался в «зимнем задании»: нефть, деньги и кадры.

Вопрос с нефтью – 2013 остается открытым.

Стоит напомнить, что уже после возвращения А. Лукашенко в белорусскую столицу, по итогам состоявшегося в Москве заседания Группы высокого уровня (ГВУ) союзного Совмина, российские представители не стали подписывать топливно-энергетический баланс Союзного государства, что вызвало серьезную озабоченность в Минске. Столь негативный финал работы ГВУ говорит о том, что согласованный между сторонами «высокий уровень» не способен решить быстро накапливающиеся проблемы между двумя странами в сфере обеспечения белорусской нефтехимии российской нефтью.

Проще говоря, Москва не желает поставлять Беларуси затребованные республикой 23 млн. тонн сырой нефти, справедливо полагая, что столько нефти белорусские НПЗ, как бы их мощности не рекламировали белорусские официальные СМИ и белорусские власти, не переработают, и нефть будет просто перепродана под видом лаков – красок в Роттердам. Беларусь все больше превращается в простого и нетерпеливого посредника по продаже российских энергоносителей на мировые рынки. Как отмечали СМИ, нефтяная проблема перенесена на усмотрение еще более высокого «уровня» - президентского, т.е. на заседание Высшего Госсовета Союзного Государства.

Деньги

Деньги и утекающие из страны кадры – проблема одного ряда и связана с попытками белорусского руководства раскрутить в Беларуси модернизацию промышленных активов за российские деньги с целью повышения конкурентоспособности белорусских предприятий на российском же рынке, который только формально можно считать рынком ТС. Можно говорить, что перед А. Лукашенко стоит феноменальная задача, сродни строительству финансовой пирамиды «МММ». Причем, что особо развлекает, тут просматриваются два момента. Во-первых, финансовые потребности в модернизации промышленных активов республики определяются в форме суммирования планов по модернизации отдельных предприятий. А. Лукашенко так и требует: «Каждое предприятие должно иметь план модернизации не просто на бумаге, а подкрепленный эффективным бизнес–планом. Таким проектам государство окажет поддержку» . Однако, в условиях мировой конкуренции не являются редкостью ситуации, когда крупнейшие промышленные корпорации, имеющие мощные экспертно-аналитические структуры и привлекающие лучших мировых авторитетов, не всегда могут удачно спланировать свою инвестиционную (модернизация, как правило, является ее частью) политику. В этом случае можно только себе представить, что понаписано в планах модернизации какой-нибудь передвижной мехколонны № 368 или чего-то подобного в Беларуси...

В итоге, финансовые запросы на модернизацию в декабре 2012 года добрались до 4 млрд. долларов, а в феврале 2013-го уже около 5 млрд. долларов. Осталось только пойти к Москве и взять эти деньги… Естественно, по белорусской традиции, пообещав сделать все, что угодно, но в далеком будущем.

Деньги надо возвращать.

Белорусская сторона всегда очень легковесно относилась к российским кредитам, претендуя на то, чтобы Москва «верному» союзнику их периодически списывала. Списала ведь РФ часть тридцатимиллиардного долга Кубе. А чем Куба лучше Беларуси? Даже «лучше», вон сколько казино и проституток в Минске. Ступить некуда. Да и А. Лукашенко щеголяет на парадах в фуражке а-ля Батиста.

Формально, конечно, Минск, в случае получения денег на модернизацию своей промышленности, продекларирует, что деньги вернутся после расширения экспорта новой продукции, которая польется потоком с обновленных производств. Но что-то подсказывает, что эта продукция «польется» опять исключительно на российский рынок, т.е. в лучшем случае у России возьмут деньги, чтобы заработать на том же российском рынке, отнимая прибыль у российских производителей и, как следствие, сокращая сбор налогов. Ведь российский бизнес берет деньги на модернизацию своих производств не у российского бюджета, как привык это делать А. Лукашенко, а в коммерческих банках под весьма «конкретный» процент.

Подходы к модернизации в России и Беларуси диаметрально противоположны, что и составляет второй, после нефтяного, тупик в российско-белорусских отношениях.

Понятно, что Россия готова вложиться в белорусскую модернизацию только в том случае, если предприятия, которые белорусские власти намереваются модернизироваться за российские деньги, будут принадлежать российскому капиталу. А как иначе? Или белорусская сторона будет и дальше заниматься поиском дураков, которые принесут деньги, чтобы затем годами выглядывать из-за забора и ждать, что их позовут к столу? Любопытно то, что в Беларуси появились даже «идеологи» такого инвестиционного «разводилова» (автор извиняется за некорректный термин, активно используемый в коммерческой сфере): «сначала необходимо выработать общую стратегию работы на внутреннем и внешнем рынке, добиться на этой основе положительных экономических результатов, а уж затем не страшно будет и передать в собственность российским партнерам контрольный пакет акций» . В общем, сначала деньги, а потом посмотрим… Может быть модернизированное за счет российского «дурачка» предприятие приглянется некой австрийской фирме, с узнаваемым директором во главе. Такого рода схемы в стиле «вкладывайся в стройку, а затем, смотря на твое поведение, мы тебе, может быть, дадим чердаком и подвалом иногда пользоваться», как раз и готов предложить А. Лукашенко Москве. Под «честное слово» президента, в который раз…

Российское руководство, естественно, информировано об этом «раскладе». Отсюда и неожиданный февральский рейд по белорусским более-менее привлекательным предприятиям зам. председателя российского правительства А. Дворковича. Аркадий Владимирович съездил и доложил: брать нечего, все старый хлам, давать деньги не под что. В данном случае необходимо особо выделить: речь идет не о том, чтобы дать деньги вперед, чтобы «потом посмотреть», как кому-то мечтается в Минске, а просто даже под контрольный пакет акций давать нет смысла.

Такая же проблема и с пока еще действующими производствами. МАЗ, к примеру, имел в 2012 году 11% российского рынка грузового автотранспорта (Камаз – более трети). Сегодня закрой российский рынок для МАЗа (придерутся, к примеру, что сервис МАЗа в РФ отсутствует, а по каким-то федеральным законам должен быть обязательный фирменный сервис), то уже завтра на его территории можно будет снимать очередной ремейк «Терминатора». Эти промышленные активы работают не потому, что такой экономический гений А. Лукашенко, а потому, что им это позволяет делать Россия, оставляя открытым свой рынок и обеспечивая низкими издержками на энергетику. В Беларуси об этом упорно, прямо таки свирепо пытаются постоянно забывать, зажмуривая глаза и упражняясь в пустом чванстве.

«По одежке протягивай ножки». Не стоит забывать, что В. Путин не пригласил А. Лукашенко и на саммит «Большой двадцатки» (5-6 сентября 2013 г. в Санкт-Петербурге), чем не только продемонстрировал, что основной разговор еще впереди, но недвусмысленно указав Минску на его истинное место в современном геополитическом раскладе Восточной Европы.

Что делать?

Жанр статей «Задание…» используется автором уже более восьми лет. Внимательный читатель давно уяснил, что в «Заданиях» пишутся вовсе не для того, чтобы что-то подсказать белорусскому руководству. Во-первых, это бесполезно, так как основная часть властей РБ является ограниченно вменяемой. Во-вторых, сам А. Лукашенко все задачи и проблемы, стоящие перед страной, рассматривает исключительно в формате сохранения власти в своих руках.

Задача – в другом. Необходимо показать, что даже в рамках авторитарного строя, даже стремясь сохранить власть, белорусский президент не в силах решить вал объективных проблем, накатывающихся на него. Из сезона в сезон приходится фиксировать, безусловно, очень долгий и мучительный процесс, когда власть постепенно уходит, уползает или утекает из рук первого белорусского президента. Он уже не хозяин в своем доме – пока он прыгает со снежных горок, соседние менеджеры инвентаризируют его хозяйство. Его судьбу без него обсуждают в соседних столицах, его «накопления» уже делят ближайшие и пока льстиво заглядывающие в его глаза «соратники». Необходимо отдать должное политическому инстинкту А. Лукашенко – он ощущает свое одиночество, но ничего сделать не может. Единственно, что он может себе позволить, выглядывать из кустов на лыжных трассах, надеясь, что проедет мимо президент соседнего государства.

Сейчас белорусский президент бросится готовиться к 15 марта, рассчитывая, что ему снова, не требуя авансов и предоплаты в виде промышленных активов, поверят и снова помогут. Это все, на что он сегодня способен, если «грибок» не замучает.

А. Суздальцев, Москва, 03.03.13

0

105

Андрей Суздальцев: Беларусь постигнет участь Северной Кореи

В случае окончательного подтверждения информации о  поставках оружия в Судан, против Беларуси будут введены санкции ООН.

Об этом charter97.org заявил российский политолог Андрей Суздальцев, комментируя сообщение о поставках оружия из Беларуси в суданскую провинцию Дарфур.

«Это не первый случай появления информации о поставках военной техники в Судан и другие «горячие» точки. Несколько лет назад был прецедент, когда разбился белорусский самолет, поставленный в нарушение запретов ООН. Очень часто это пробуют увязать с поставками вооружения из России. Это значит, что белорусские власти таким образом прикрывают Кремль», - отметил политолог.

Он подчеркнул, что в данном случае самолеты СУ-25 и ракеты С-8 могли поставляться в Судан именно из Беларуси.

«Дело в том, что потребность Лукашенко в валюте колоссальная, и он ищет деньги где угодно. Поэтому, если есть возможность заработать на продаже военной техники не самого нового образца, то белорусский правитель не упустит такой шанс», - добавил специалист.

Он акцентировал внимание на том, что если эксперты ООН предоставляют такую информацию, то за этим должны последовать конкретные действия.

«Я считаю, что нужно дождаться решения Совета безопасности ООН. Если факт поставок белорусского оружия в Судан подтвердят окончательно, то против Республики Беларусь будут выставлены санкции. Это будет сильный удар по имиджу белорусского государства и его постигнет участь стран-изгоев, как это случилось с Северной Кореей и Ираном», - заключил Андрей Суздальцев.

Напомним, в  докладе экспертов ООН сообщается, что правительство Судана ведет боевые действия в мятежной провинции Дарфур с использованием ракет класса «воздух-земля» С-8 и штурмовых самолетов Су-25, закупленных в Беларуси.

0

106


Угрозы интеграции. Часть 2.

Можно двадцать лет колебаться перед тем, как сделаешь шаг, но нельзя отступить, когда он уже сделан.
Альфред де Мюссе

31 августа 1990 г. при подписании договора об объединении Германии президент ФРГ Р. фон Вейцзеккер в своей речи отметил: «Объединяться – это значит научиться делиться». Понятно, что процессы восстановления единого германского государства, более-менее успешно завершившиеся к концу 1990-х годов, кардинально отличаются от экономической и политической интеграции на постсоветском пространстве, где не ставится задача возвращения в состав единого союзного государства когда-то отделенных от него частей – экс-союзных республик. Даже в рамках пока еще слабо подкрепленного какими-либо экспертными и аналитическими разработками проекта Евразийского экономического союза (версия договора о создании ЕЭС должен быть представлен главам государств через год – к маю 2014 года), не стоит вопрос о возрождении единого государства. Оппоненты Таможенного союза и Единого экономического пространства видят цель интеграционного проекта как раз в воссоздании СССР, что и рассматривалось в первой части данной статьи. Однако в ином, «германском» или «союзном», формате «цена вопроса» интеграции могла бы привести к тяжелому кризису экономику России и стать серьезной проблемой, способной и привести к внутриполитической дестабилизации РФ.

Но с другой стороны трудно себе представить интеграцию на стадии Таможенного союза – Единого экономического пространства в формате гипермаркета, куда открыт вход тем, кто подписал всего несколько страничек договоров. Договор оформлен и можно нагружать тележку? Можно, но нужно учитывать, что создатель «интеграционного гипермаркета» сначала предоставляет солидный аванс, потом скидку, но платить все равно придется. В этом то и заключается главный риск проекта ТС-ЕЭП: платить за интеграцию никто не хочет, партнеры по проекту норовят проскочить мимо кассы, оставляя инициатору проекта честь взять на себя все издержки интеграции…

Вряд ли было бы правильным не замечать, того, что на настоящем этапе развития интеграционного процесса в рамках ТС-ЕЭП, реальные цели партнеров по евразийской интеграции остаются весьма далекими друг от друга и, пожалуй, только Россия видит в проекте решение ряда своих стратегических и геополитических задач, способствующих сохранению за РФ статуса великой державы.

Имеет смысл еще раз обратиться к тому набору аргументов, которыми руководствовалось российское руководство, начиная третий этап интеграции на постсоветском пространстве в 2009-2010 годах.

Прежде всего, Россию, имеющую доминирующую в регионе экономику, интересовала и продолжает интересовать достижение в интеграционных процессах собственных стратегических экономических, политических и геополитических целей:

- создание единого, лишённого каких либо барьеров, рынка объемом в 200 – 250 млн. потребителей;

- учреждение экономического и валютного союза с едиными правилами и единой валютой (российским рублем);

- укрепление международного статуса страны, возглавляющей крупную интеграционную группировку.

Стоит особо остановиться на том, что единый рынок, и экономический и валютный союз, подразумевают не только использование партнёрами по ТС-ЕЭП-ЕЭС исключительно российского рынка и российских природных ресурсов, что и ждут, прежде всего, от России Минск и Астана, но и доступ российского капитала к ресурсам Казахстана и производственным активам Беларуси, ликвидность которых, как мы сейчас убеждаемся, явно не соответствует оценкам белорусских СМИ.

Вопрос «доступа» для российского капитала остается сложнейшей проблемой уже в рамках объявленного с 1 января 2012 года Единого экономического пространства, основанного на «четырех свободах» перемещения капитала, товаров, услуг и рабочей силы. Понятно, что здесь и возникает именно та стадия, где партнерам, как бы им не хотелось, но все-таки придется «делиться».

Казахстан и Беларусь не скрывают, что воспринимают проблему «доступа» к ресурсам и активам исключительно в иждивенческом формате – в односторонних уступках со стороны России. Стоит отметить, что данный процесс пошел. Имеются факты покупки казахстанским капиталом российских промышленных компаний и российских банков, постепенно наращивают свои активы на российском рынке и белорусские бизнес-структуры. Однако процесс проникновения российского капитала на казахстанский и белорусский рынки ограничен различными специфическими условиями ведения бизнеса в данных государствах и административными преградами. Свобода перемещения капитала происходит по принципу: «Сначала поделим твоё, а потом уж посмотрим, что делать с моим».

В частности, нельзя не признать, что действительно, в настоящее время открытие бизнеса в РБ не представляет каких-либо проблем. В этом вопросе республика добилась выдающегося прогресса. Однако само ведение бизнеса в условиях тяжелой налоговой системы и традиций административного вмешательства представляет из себя неподъемный набор как объективных, так и субъективных рисков. Выравнивание условий деятельности субъектов хозяйствования подразумевает открытие новых возможностей для белорусского и казахстанского капитала на российском рынке, но не для российского в Беларуси и Казахстане.

Попытки российского капитала поучаствовать в приватизации интересующих его промышленных активов воспринимаются в Беларуси и, частично, в Казахстане в качестве попыток рейдерских захватов национальной собственности, проявлении имперской политики Москвы, экономического и энергетического шантажа и нарушения государственного суверенитета. Государственные СМИ в Беларуси и Казахстане ведут неустанную пропагандистскую кампанию против российского капитала, в которую периодически включаются и высшие должностные лица этих стран. В частности, сам А. Лукашенко.

Препятствуя приватизации своих промышленных активов российским капиталом, белорусские власти, тем не менее, заняты активным лоббированием получения в рамках проекта ТС-ЕЭП финансовой поддержки. Стоит напомнить о практически проваленном кредите Антикризисного фонда ЕврАзЭс, главное условие которого – приватизировать за три года промышленных активов на 7,5 млрд. долларов, белорусская сторона не выполнила. В 2011-2013 годах не раз возникала исключительно неприятная ситуация, когда А. Лукашенко начинал метаться, то предлагаю приватизацию за невероятные сумму (32 млрд. долларов за «Беларуськалий»), то требуя «перестать болтать о приватизации», но при этом не отказывался от траншей приватизационного кредита.

Стоит отметить, что сам принцип получать кредиты, уклоняясь от выполнения их условий, не вызывает осуждения в белорусском обществе и А. Лукашенко может себе позволить опереться на мнение широких слоев белорусского населения, считающих, что продавать активы нельзя, а деньги брать можно. Понятно, что белорусское руководство надеется, что рано или поздно Россия спишет задолженности республики, как Кубе… Своеобразный подход партнёров по проекту, «делиться будем за твой счет», представляет серьезную угрозу для интеграционного проекта ТС-ЕЭП.

Ограничение свободы перемещения капитала, практикуемое в странах-партнерах по ТС-ЕЭП, ставит под вопрос выход на экономический, а в перспективе и валютный союзы в рамках евразийской интеграции, что представляет еще одну серьезную угрозу для всего интеграционного проекта. Но здесь есть серьезная проблема. Дело в том, учитывая экономические возможности России, появление экономического и валютного союза будут означать безусловное доминирование российского капитала как в рамках интеграционных проектов (ТС, ЕЭП и т.д.), так и в регионе СНГ. Понятно, что в противном случае Россия и не начинала бы данный проект. Было бы странным ждать от Москвы, которая несет огромные финансово-ресурсные издержки при запуске проекта, чтобы она стремилась к доминированию в ЕЭП, к примеру, китайского капитала или капиталов, принадлежащих клану А. Лукашенко. Однако данная объективная реальность (доминирование российского капитала) как раз вызывает настоящую истерику в белорусском и казахстанском политическом классах.

Бизнес-круги Беларуси и Казахстана объективно не могут на равных конкурировать с российским капиталом, что также является одной из проблем в восприятии ТС-ЕЭП в Минске и Астане.

Однако считается, что с развитием именно Единого экономического пространства у стран-участниц и их бизнес-сообществ появится возможность для координации усилий на мировых рынках, прежде всего на рынках энергоносителей. ТС и ЕЭП должны повысить инвестиционную привлекательность экономик «таможенной тройки». Однако и здесь также имеется серьезная проблема.

Многолетний опыт белорусских властей по привлечению иностранных инвестиций показал, что страна остается для реальных инвесторов «черной дырой». Ежегодное жонглирование цифрами при оценке зарубежных инвестиций и инвестиционные форумы не могут снять проблему инвестиционного голода. Авторитарный политический режим является главной проблемой для создания устойчивого инвестиционного имиджа республики. В тоже время Казахстан, где авторитарный режим не сильно отличается от белорусского, может похвастаться вполне высоким уровнем инвестиционной привлекательности. Разница в том, что Казахстан имеет более-менее привлекательный внутренний рынок, частично интегрированный в общий рынок Центральной Азии и имеет прекрасный набор полезных ископаемых, включая углеводороды.

Беларусь рассчитывала, что создание единого рынка ТС-ЕЭП создадут для нее «окно возможностей» по «перетоку» инвестиций в республику, позиционирующую себя в проекте в формате «ворот» в евразийскую интеграцию. Нельзя не отметить, что данная идея является вполне здравой, если бы не одна проблема – авторитаризм. Именно «благодаря» природе белорусского политического строя республика оказалась площадкой для инвестиций преимущественно китайского капитала, находящегося под защитой Пекина.

Использование Беларуси в качестве плацдарма, а в целом превращение РБ и РК в гигантские транзитные контрабандные терминалы для беспрепятственного ввоза китайских товаров на рынок ТС-ЕЭП (прежде всего российский рынок), представляет из себя огромную угрозу для Таможенного союза. Именно об этой угрозе говорил академик С. Глазьев на конференции в Дипломатической Академии МИДа РФ 5 марта 2013 года, отмечая, что ситуация с товарооборотом в рамках ТС-ЕЭП, как и потоком товаров, пересекающим таможенные границы ТС остаются «непрозрачными», систему мониторинга создать не удается. В итоге свобода перемещения товаров в рамках ТС-ЕЭП оказалась весьма своеобразно понятой партнерами России по интеграционному проекту.

Крайне болезненно отнеслись партнеры по ТС-ЕЭП к свободе перемещения рабочей силы. Если трудовые ресурсы Казахстана незначительны и почти не используются в российской экономике, то белорусские трудовые мигранты оказались одним из индикаторов развития данного направления Единого экономического пространства.

Благодаря союзному социальному пакету, принятому в рамках Союзного государства Беларуси и России, адаптация белорусских гастарбатеров на российском рынке труда потребовала минимальных социальных и экономических издержек. Проблема оказалась в том, что для белорусских властей массовый отъезд рабочих, инженеров, врачей, журналистов на работу в Россию оказался сюрпризом и вызвал крайне негативную реакцию. Между тем, поток трудовых мигрантов из Беларуси отмечался еще в начале XXI века, но видимо только в 2011 году, в условиях структурного экономического кризиса, в который исключительно благодаря белорусским властям была брошена экономика страны, белорусское руководство стало осознавать, что отъезд квалифицированных кадров в Россию является платой Беларуси за участие в интеграции.

Конечно, далеко не факт, что если бы Беларусь не участвовала в интеграции на постсоветском пространстве, а вошла бы в сферу влияния ЕС, то трудовая миграция была бы остановлена. Скорее всего, она бы только ускорилась. В любом случае экономика Беларуси после 2000 г. была обречена на постепенную мутацию в миграционную экономику, так как время для глубоких структурных экономических реформ было уже упущено.

Власти республики, не имея возможности остановить процесс трудовой миграции в рамках ТС-ЕЭП, вынуждены использовать пропагандистские методы, запугивая потенциальных трудовых мигрантов срежиссированными страхами и страстями о том, что ждет белорусских гастарбайтеров на российских стройках и предприятиях, но скорее всего они снова опоздали. В данном случае мы сталкиваемся с ситуаций, когда фундаментальные основы ЕЭП («четыре свободы») оказываются серьезной угрозой для экономики той же Беларуси.

Реалии единой таможенной зоны также далеко не всем пришлись по вкусу. Стоит напомнить, что последние четверть века так называемый «перегонный бизнес» - перевозка и перепродажа легкового автотранспорта из ЕС на рынки России и Центральной Азии, кормил солидную часть населения Беларуси. С годами выросла целая инфраструктура, включающая сеть СТО для предпродажной подготовки автомашин. Выравнивание таможенных пошлин в рамках ТС привело данный вид бизнеса к резкому сокращению, что вызвало крайнее недовольство большинства населения республики. Причем интересно то, что одна часть была возмущена тем, что пришел конец выгодной автомобильной спекуляции, другая часть требовала дешевых европейских автомобилей и клялась в том, что не будет покупать относительно дешевые российские автомобили весьма посредственного качества (это правда), но которые постепенно стали наполнять белорусский автомобильный рынок. Наиболее брутальные сторонники подержанных европейских машин объявляли о своем презрении к иномаркам, собранным на многочисленных российских заводах – подразделениях крупнейших мировых концернов… Виновным оказался Таможенный союз, куда Беларусь вошла в 2010 году, но до середины 2011 года сохранила за собой полугодовую льготу на ввоз легкового автотраспорта по низким белорусским таможенным пошлинам. В итоге в стране возник небольшой по размаху, но вполне ощутимый политико-социальный кризис анти-интеграционного характера, который оказался полностью проигнорирован белорусскими властями, которые, по идее, должны были разъяснить гражданам страны, что рост таможенных платежей за импорт подержанного европейского автотранспорта является ничем иным, как платой за участие в интеграционных проектах, благодаря которым Беларусь пока существует, как государство, так как до настоящего времени страна получает самый дешевый на континенте природный газ, на заправках продают бензин по ценам ниже российским, а большая часть производимой белорусскими предприятиями продукции пока еще находит покупателя на российском рынке. Готова ли республика отказаться от данных интеграционных бонусов? Понятно, что нет… Тогда об этом надо было бы говорить открыто по всем электронным и печатным СМИ. Но не так все просто…

Не вызывает сомнений, что белорусские власти никогда не рискнут раскрыть перед народом суть глубокой экономической зависимости РБ от РФ, так как формат авторитарной политической системы исключает подобные саморазоблачения после десятилетий пропаганды «Процветающей Беларуси», шагающей впереди всей планеты. Попав в коварную зависимость от искусственно созданных образов в стиле кинофильма «Кубанские казаки», авторитарные власти Беларуси и Казахстана, прекрасно понимая степень угрозы, которую несет их всевластию элементарное выполнение всех давно подписанных и ратифицированных соглашений по ЕЭП, не говоря уже о ЕЭС, на определенном этапе предпримут массу усилий, чтобы остановить интеграционный процесс, законсервировать его в формате продолжающего работать гигантского супермаркета, где на кассе сегодня не требуется платить, а завтра… видно будет.

Авторитарные режимы в составе интеграционных проектов представляют для интеграции самую опасную и  неотвратимую угрозу.

А. Суздальцев, 10.03.13, Москва

0

107

Macho
пн, 11/03/2013 - 10:47
Комментарий № 286691

Автор пишет:
"Прежде всего, Россию, имеющую доминирующую в регионе экономику, интересовала и продолжает интересовать достижение в интеграционных процессах собственных стратегических экономических, политических и геополитических целей:

- создание единого, лишённого каких либо барьеров, рынка объемом в 200 – 250 млн. потребителей;

- учреждение экономического и валютного союза с едиными правилами и единой валютой (российским рублем);

- укрепление международного статуса страны, возглавляющей крупную интеграционную группировку."

Спасибо за честность.
Что все эти тезисы характеризуют, как эт обозвать одной фразой.
А вот как - колониализм.
В чистом виде.
И под определение подпадает:
"Колониальная политика — это политика завоевания и, зачастую, эксплуатации военными, политическими и экономическими методами народов, стран и территорий преимущественно с инонациональным населением, как правило, экономически менее развитых."
http://ru.wikipedia.org/wiki/Колониализм

0

108

Гость(аноним)
пн, 11/03/2013 - 11:03
Комментарий № 286694

Все, если говорить откровенно, верно. Но есть некоторые, нераскрытые Вами аспекты, тормозные особенности этой политико-экономической интеграции в рамках ЕврАзЭС.
1. Российский капитал так и не научился создавать ничего нового. Главное его достижение – рейдерский захват. Поэтому нет образца для подражания, нет, если хотите, пропагандистского стимула.
2. Коррупция в РФ является не только тормозом в государственном становлении России (да!), но и в политико-экономической интеграции постсоветского пространства.
3. Город Москва собирает, говоря откровенно, чрезмерно много налогов с остальных регионов РФ. Есть уверенность, что этим она будет заниматься в отношении «интегрируемого пространства». Вначале обустройте РФ, хотя бы делайте вид.
4. Вывоз валютных средств за рубеж.
5. Не кормите семью Лукашенко, потому что сам он является злейшим врагом русских, а его «братские» чувства основаны только на получении материальной выгоды. Кстати, как это не покажется абсурдным, но за те деньги, которые вложила РФ в нынешний режим, можно было всю русофобскую оппозицию РБ преобразовать в русофилов.

0

109

Не все коту масленица

-AA+A

вс, 17/03/2013 - 22:34

Не все коту масленица

Слушай, у тебя нет денег чтобы перезанять, чтобы переотдать...? (М-ф 'Масяня')

Вперед, в Антарктиду

«Масленичное» заседание Высшего Госсовета Союзного государства Беларуси и России совпала со снежным штормом, обрушившимся на белорусскую столицу. Общественный транспорт остановился. В какой-то момент возникло ощущение, что снегом забило даже метро. Поразило то, что роль организатора и координатора спасательных мероприятий взяла на себя одна из столичных FM-радиостанций, что является без сомнения гражданским подвигом, так как роль городских властей, во всяком случае на начальной стадии шторма, как то не просматривалась, как, впрочем, и органов внутренних дел, которые допустили просто невероятную давку на станции метро Октябрьская, где каким-то чудом не повторилась трагедия на Немиге (30 мая 1999 г.). К вечеру 15 марта, в то время, когда президенты двух стран уже подводили итоги саммита, к спальным районам Минска, увязая в сугробах , и закрываясь от летящего в лицо снега, потянулись тысячи минчан. Внешне стихийно сформированные походные колонны запорошенных снегом жителей белорусской столицы поразительно напоминали марш пингвинов по ледникам Антарктиды (без какого-либо злорадства –А.С.), что невольно напомнило о самом экзотическом документе, подписанным в конце заседания Высшего Госсовета СГ - соглашение о сотрудничестве двух стран на Южном полюсе.

Как говорится, только подписали, а Антарктида уже тут как тут.

Белорусы в Антарктиде

Истории с белорусским десантом на самый южный континент планеты уже немало лет. Стоит напомнить, что в середине 2000-х годов тема участия белорусов в исследовании Антарктиды не сходила со страниц белорусской периодики и электронных СМИ. Любопытно то, что не имея никакого отношения к ледникам Антарктиды, белорусские власти в те годы развернули настоящую пропагандистскую кампанию о несомненных и «общепризнанных» достижениях белорусской науки в изучении ледового материка, а о необходимости срочного отправки к южному полюсу земли белорусских полярников, которых, как оказалось, в Беларуси пруд пруди.

Но, к удивлению многих, через некоторое время в Минском аэропорту появились два «полярника», обвешанные рюкзаками, которые вылетели в Кейптаун, где их подобрала, естественно российская антарктическая экспедиция. Оказавшись в качестве пассажиров на борту российского экспедиционного судна, белорусские полярники в течении 2-3 месяцев методично осматривали российские станции, что-то замеряли, но в основном втыкали в торосы и сугробы белорусские флаги для видеосъемки.

Круиз в Антарктиду продолжился и на следующий год. В итоге, автор этих строк был вынужден обратиться к данной теме уже в 2008 году: «Начавшись с антарктического туризма (по два – три человека в составе экипажей российских судов, направляющихся в Антарктиду), но сразу объявленные белорусскими СМИ «белорусскими антарктическими экспедициями», они подошли к стадии обследования российских полярных станций на ледовом континенте и создания «видеокартинки» развешиванием на ледниках и сугробах белорусской государственной символики. При этом белорусского обывателя заверили, что белорусский «вклад» в изучение Антарктиды «признан» во всем мире. В итоге, сейчас белорусская сторона требует от России не только регулярно снабжать Минск научной информацией из Антарктиды, но и передать Минску одну из исследовательских станций».

Последний раз белорусские «полярники» отправились в Антарктиду в декабре 2010 г. по проторенному маршруту «Минск-Кейптаун, чтобы потом на российском судне «Академик Федоров» доплыть до станции «Молодежная» - столицы российской Антарктиды. Необходимо отметить, что в то время официальный Минск пытался добиться от Москвы передачи белорусам одной из законсервированных российских станций. Но как всегда, белорусские власти поспешили. Российское руководство откровенно покоробило то, с каким хозяйским азартом Минск принялся за «освоение» российского антарктического «наследства»… Туры белорусов в Антарктиду закончились. Сейчас, после мартовского Высшего Госсовета Беларусь снова получила шанс, опершись на российский антарктический потенциал, попытаться войти в узкий состав стран, претендующих на национальные сектора в Антарктиде. Если белорусы снова не начнут спешно грести под себя… Как это попытался сделать 15 марта в Санкт-Петербурге А. Лукашенко.

«Тещины вечера» А. Лукашенко

Согласно русской традиции на пятый день Масленицы зять посещал тёщу, которая его встречала блинами, припевая:

Зять на порог - стены в масле.
Хорош блин хрустящий, а зять говорящий.

Безусловно, сложно представить В. Путина в роли тёщи, тем более с блинами, хотя российский президент блины любит. Это не тайна. Но то, что А. Лукашенко поистине «говорящий», то в этом никаких сомнений нет.

Однако ему это не помогло. Белорусский президент Высший Госсовет триумфально провалил. Уже в ходе заседания стало ясно, что очередной и очень нужной официальному Минску финансовой поддержки Беларусь не получит.

Не будет подписан и годовой энергетический баланс, хотя белорусы уже вытянули из России половину (11,5 млн. тонн на 2 квартала) запланированного ими годового объема нефтяного импорта (23 млн. тонн). Сразу после завершения встречи двух президентов, провал стал очевиден для всех. Дальше Высший Госсовет уже никакой интриги не содержал.

Между тем, белорусская делегация отбыла в Санкт- Петербург в полной уверенности, что все запросы руководства республики в общем объеме 5 млрд. долларов (2 млрд. под модернизацию и 3 под 5 российско-белорусских корпораций) Москвой будут незамедлительно приняты и оперативно выполнены. Забегая вперед, стоит отметить, что В. Путин во время заседания Высшего ГосСовета, отметил, что Россия и так оказала общую поддержку белорусской экономике на пять миллиардов долларов, подтвердив сумму белорусского запроса.

Провал оказался тем сильнее по причине того, что, по мнению руководства республики, в Беларуси было немало сделано для получения российских денег. С лета 2012 года власти всеми силами сдерживали девальвацию белорусского рубля, стараясь продемонстрировать экономическую стабильность, что должно было успокоить Москву. На поддержку курса национальной валюты расходовались деньги из резервов Национального Банка, включая транши кредита АФ ЕврАзЭс. Более того, непосредственно за сутки до Высшего Госсовета СГ Глава Нацбанка РБ Н. Ермакова пообещала в скором времени провести деноминацию, что, по замыслу белорусских властей, не должно было ускользнуть от внимания кремлевских аналитиков. Понятно, что деноминация считается бессмысленной операцией в условиях нестабильности валюты.

Но сейчас, когда денег из Москвы, призванных заменить «растворительный улов» 2012 года, судя по всему, не будет, непонятно что делать с неотвратимо надвигающейся лавиной девальвации белорусского рубля. Эта валютно-финансовая катастрофа может оказаться первым реальным, скажем так, «овеществленным» итогом мартовского Высшего Госсовета.

При этом необходимо учесть, что девальвация и так идет черепашьим шагом, и власти не собирались ее ускорять, рассчитывая только на то, что создав за счет российских денег очередную «подушку безопасности», удастся сохранить низкие почти незаметные темпы снижения курса белорусского рубля.

Что это было?

Формально, в Санкт-Петербурге прошло заседание Высшего Госсовета Союзного Государства Беларуси и России – странного псевдогосударственного образования, являющегося, как сам отметил А. Лукашенко на своей пресс-конференции 15 января 2013 г., «переговорной площадкой».

Однако и с переговорной функцией СГ справляется плохо. В частности, 2012 год вошел в историю Союзного Государства Беларуси и России, как год без Высшего ГосСовета. Кроме того, не стоит забывать, что параллельно с развитием интеграционного проекта Таможенный союз – Единое экономическое пространство, неуклонно идет процесс эрозии статуса Союзного Государства, как высшей политической формы интеграции между Россией и Беларусью. В реальности никакой политической интеграции между двумя странами нет и она невозможна в ситуации, когда у двух стран различная политико-экономическая система. Вот в этом и основа проблемы: должна ли и дальше капиталистическая Россия подкармливать социалистическую Беларусь?

Мартовский 2013 года Высший Госсовет еще раз продемонстрировал, что Россия ничего не должна Беларуси, скорее наоборот. Единое экономическое пространство не может функционировать в режиме, когда один из партнеров требует себе бесконечных поблажек, исключений и дотаций, но при этом этот партнер исключительно избирательно относится к четырем свободам, выбирая для себя только то, что ему выгодно.

Предложения российской стороны максимально быстро проводить структурные экономические реформы, сокращать госсектор, приватизировать то, что еще можно (совершенно необязательно российским компаниям, которых, между прочим, и нет в чистом виде – везде присутствует многонациональный капитал) и втягиваться на равных в конкурентную борьбу на рынке ТС-ЕЭП белорусская сторона не принимает. От реформ уклоняется, как и от приватизации, которая является основой этих реформ. Но именно в этом формате и предоставлялся кредит Антикризисного фонда ЕврАзЭс (фактически российский). Интеграционные авансы, включая доступ к сырой нефти по внутрироссийским ценам, были выданы…

Что ещё?

Российской стороне, как инициатору интеграционного проекта ТС-ЕЭП-ЕЭС необходимо от Минска только одно - скрупулезное выполнение ранее подписанных соглашений: по созданию ТС и ЕЭП, по выплате в российский бюджет экспортной пошлины за поставленные на зарубежные рынки нефть и нефтепродукты, условий предоставления кредитов и т.д. В понимании российского руководства, Беларуси изначально, учитывая ее постоянно сложное экономическое положение (отсутствие стратегических, кроме калия, ресурсов, ориентация исключительно на российский рынок, энергоёмкость экономики), создавались особые, можно сказать, привилегированные условия для развития и модернизации её экономики.

В принципе, сейчас Москве чем-то односторонне помочь Минску уже затруднительно… Нефть, газ, рынки, кредиты – все предоставлено с избытком. Осталось только поставлять углеводороды даром…. Однако, как видим, несмотря на исключительно щедрые интеграционные авансы, политико- экономическая ситуация в республике остается сложной. Белорусская экономическая модель остается крайне неэффективной и задача России, используя интеграцию в качестве инструмента, вынудить все-таки белорусские власти приступить к структурным экономическим реформам, на деле оказывается невыполнимой.

Деньги на модернизацию?

Понятно, что если бы столь необходимые реформы начались, то Россия не оставила бы республику без поддержки и масштабных инвестиций. Однако белорусское руководство вместо структурных экономических реформ выбрало путь административной модернизации в рамках старательно сохраняемой авторитарной экономической модели, обеспечивающей стабильность политического режима, что является для А. Лукашенко главным приоритетом. По этой причине, возникает устойчивое понимание, что деньги, которые требует А. Лукашенко у Москвы, пойдут не на модернизацию белорусской экономики, а на подкормку устоев режима: белорусского олигархата, банкиров, директората, силовиков. Что останется, то пойдет на удержание курса белорусского рубля в условиях, когда заветная цифра средней заработной платы («пятьсот долларов» уже достигнута.

Понятно, что если снова повторится кошмар весны 2011 года, когда выданные предвыборной осенью 2010 г. электорату «по пятьсот» через несколько месяцев были уничтожены девальвацией, то 2015 год для него может стать последним в его политической карьере. Естественно, это понимают и в Москве.

И все же…

Никто не может лишить белорусское руководство права именно в таком административном формате решать вопрос о модернизации своих промышленных активов. Москва может даже поверить, что деньги не будут в очередной раз проедены и на белорусские предприятия пойдут потоком новые технологии, купленные на российский кредит. Если их белорусам продадут…

Однако в этом случае возникает ряд проблем с финансированием данной модернизации. Как уже не раз отмечал автор этих строк, получается замкнутый круг по вытягиванию из России ресурсов. На полученные из России деньги А. Лукашенко модернизирует белорусские экспортные предприятия, что само по себе звучит почти фантастически, так как за 19 лет нахождения у власти белорусский президент на довел до конца ни одной программы модернизации или выхода на мировой уровень по качеству и востребованности своей продукции. Но даже если представить, что модернизацию провели, то с учетом того, что модернизация подразумевает новейшие технологии, которые должны приходить с вместе с инвестициями от крупнейших и уверенно себя чувствующих на мировом рынке ТНК, то понятно, что модернизация по-белорусски в лучшем случае откроет для новых белорусских товаров не мировые рынки, а все тот же российский, где эти белорусские товары будут душить российских производителей-плательщиков налогов в российский бюджет. При этом такую разорительную для россиян схему предлагается России и оплатить. Конфликт интересов лежит, как говорится, на поверхности.

Как быть? Как сделать в этом случае столь желаемый для белорусов российский кредит в 2 млрд. долларов, который белорусские власти уже успели даже формализовать в виде исключительно удобных для себя условий его погашения (на 25 лет забросили, внукам отдавать), выгодным для российской стороны? Очень просто – необходимо обеспечить гарантии в виде контрольных пакетов акций модернизируемых предприятий. Тогда эти предприятия будут частично российские и часть налогов уйдет в российский бюджет, да и российский рынок будет более «ласковым».

Автору не нужно быть провидцем, чтобы представить всю волну негодования в среде белорусского политического класса, которая поднимется после прочтения предыдущего параграфа. Как же, «российский криминальный капитал» прямо рвет из рук «лакомые куски» белорусской экономики! Но, во-первых, далеко не «лакомые», а во-вторых, кто ж деньги даст без обеспечения? Правильно, только дураки. Зайдите в ломбард и попробуйте под «чэстное слово» получить деньги. Охрана вышвырнет в две секунды. Однако, почему-то именно в таком иждивенческом «ломбардном без обеспечения» формате белорусским политическим классом и воспринимается участие Беларуси в интеграционном проекте ТС – ЕЭП.

Тупик

На самом деле отношения между Москвой и Минском зашли в тупик. Белорусам необходимы деньги для сохранения своей экономической модели – основы режима А. Лукашенко. Однако такая нереформированная республика не может существовать в условиях ТС-ЕЭП-ЕЭС. В лучшем случае ей оставят роль источника трудовой миграции. Хотя, это уже и происходит семимильными шагами.

Проблема еще в том, если бы у Беларуси не было денег не только на модернизацию, как пишут некоторые СМИ, то это было бы еще полбеды. На самом деле у официального Минска нет денег… на жизнь страны. Так, побирается по крохам…

Финансировать белорусский социалистический анклав, а на деле, просто черную контрабандную дыру – насос по выкачиванию из России углеводородов, Россия не будет, что и продемонстрировал мартовский 2013 года Высший Госсовет СГ.

Что делать?

Ничего. Поздно. Завтра белорусам заявят, что никаких денег А. Лукашенко у Москвы не просил, Высший Госсовет прошел с невиданным успехом, скоро будем жарить на барбекю пингвинов… Послезавтра белорусское ТВ объявит о невиданной дружбе с Евросоюзом, а третьего дня воссияет пестрая радуга белорусско-американской дружбы, что, естественно, должно страшно перепугать Кремль. Ведь иного белорусские эксперты и аналитики предложить не смогут.

А. Суздальцев, Москва, 17.03.13

0

110

Новые налоги на Кипре - удар по «семье» Лукашенко   

Закон, который рассматривает сегодня парламент Кипра, станет головной болью для белорусских олигархов.

Налог на вклады в банках острова, который может быть одобрен сегодня, ударит по приближенным к Лукашенко чиновникам и бизнесменам.

Российский политолог Андрей Суздальцев в интервью charter97.org рассказал о том, какие последствия для них будет иметь новый закон.

«Кипр, наряду с Австрией, Кубой и некоторыми арабскими странами, входит в число государств, где хранят свои деньги белорусские олигархи и «семья» диктатора. Если сопоставить факты, то можно предположить, что сумма, которая лежит на их вкладах в банках острова, достигает 800 миллионов долларов. Это, в первую очередь, деньги, полученные от махинаций с российской нефтью и энергоресурсами, а также откаты от калийного бизнеса», - заявил эксперт.

Политолог уверен, что потери от нового законопроекта для белорусских олигархов будут значительными. Вместе с тем, он считает, что такого общественного резонанса, как в России, скандальный законопроект в нашей стране не вызовет.

«В Беларуси как в социалистическом государстве существуют идеологические штампы. Один из них заключается в том, что в обществе нет социального расслоения, все якобы равны. Власти говорят, что в стране отсутствует коррупция. На самом деле, это не так. В Беларуси есть и очень богатые люди, и огромная коррупция. Но приближенные к правителю олигархи прячут свои доходы и не будут говорить о них. Но головная боль от этого нововведения у них обязательно появится», - заявил Андрей Суздальцев.

Отметим, что ранее европейские СМИ неоднократно обращали внимание на непрозрачность финансовой системы Кипра. В адрес правительства острова звучала критика и в связи с тем, что в банках страны хранят свои капиталы чиновники и бизнесмены из стран, в отношении которых действуют санкции ЕС, - Беларуси, Ирана, Сирии.

Брюссельское издание EUobserver также писало о том, что Лукашенко и его близкие родственники используют зарегистрированные на Кипре компании для покупки недвижимости в Минске, а олигарх Владимир Пефтиев давно ведет свой бизнес на острове.

«Европейский Союз, как и любое другое интеграционное объединение, заинтересован в том, чтобы все его части работали по одним правилам. Никаких исключений, в том числе и для Кипра, здесь быть не может», - сказал Суздальцев.

Напомним, в пятницу европейские власти договорились с кипрскими властями о том, что предоставят Кипру экстренную помощь от ЕС и МВФ в размере 10 миллиардов евро, но в обмен на ряд мер, среди которых должно быть и введение налога на депозиты.

Обсуждение закона об одноразовом налоге на все банковские вклады Кипра должно было состояться в парламенте страны понедельник, однако затем было перенесено на вечер сегодняшнего дня.

0

111

«Культурная революция» по-белорусски

Я регулярно перетрахиваю все кадры и точно знаю, кто врот, а кто не врот! (Александр Лукашенко)

Сорок семь лет назад, 16 марта 1966 года в разгар Великой пролетарской культурной революции выбросился с третьего этажа известный военный и политический деятель Китайской народной республики Ло Жуйцин. Генерал армии, экс-министр общественной безопасности и герой Корейской войны оказался жертвой травли кадров, развернутых Мао Цзедуном после провала политики «Большого скачка».

Ло Жуйцин выжил, хотя и лишился ног, а концу жизни даже был реабилитирован, но его судьба оказалась во многом знаковой для миллионов партийных и государственных деятелей КНР, которые подверглись гонениям, репрессиям и даже публичным казням в период развернутой по указаниям Мао Цзедуна «культурной революции».

Символично то, что в качестве ударной силы Мао использовал целую армию хунвейбинов и цзаофаней (китайский аналог БРСМ), которые быстро ввергли страну в хаос. Масса репрессированных была направлена на исправление в деревню.

Главный итогом культурной революции стало закрепление в Компартии Китая маоистской идеологии и смена поколений в самой партии – пришли молодые функционеры, истово верящие в Мао Цзедуна и обязанные своим карьерным ростом исключительно ему. Однако интересно то, что в принципе, Мао это уже мало интересовало, так как он был тяжело болен. От имени главы партии и государства страной правила группа товарищей, названных позднее «бандой четырех», которая и выиграла в итоге от кошмара кадровых репрессий.

Стоит напомнить, что в истории Советского Союза был идентичный период кадрового истребления, последовавший после политики социально-экономических преобразований на селе (раскулачивание и коллективизация) и индустриализации, завершившихся невиданным экономических кризисом и массовым голодом, охватившим Украину и южные области России. Сталин, как и Мао, фактически истребляли свидетелей своей некомпетентности и политического авантюризма.

В свое время кадровые репрессии в той или иной степени прокатились по всем странам «развитого социализма». Иногда они принимали просто изуверские формы – в Югославии при Иосифе Броз Тито, в Албании, Польше и т.д., являясь неотъемлемой частью формирования авторитарной и тоталитарной политической системы и одновременно выступали в качестве индикатора общего политико-экономического неблагополучия и обострения борьбы за власть внутри правящей группировки.

Кадровые репрессии являются, как правило, последним шансом для обанкротившегося авторитарного или тоталитарного руководства повернуть (или хотя бы замедлить) негативный ряд событий, надвигающихся на режим со скоростью курьерского поезда. Фактически, власти, убирая свидетелей своего авантюризма, впадают в соблазн повернуть время вспять, изменить свою политическую судьбу и закрепить у власти скомпрометировавшую себя политическую группировку.

Стоит отметить, что зачастую высшее руководство страны, начиная кадровые чистки и репрессии, действительно верит, что открывая «огонь по штабам», оно очищает вертикаль власти от затаившихся врагов режима, тайных недоброжелателей или просто пассивного «балласта», который сознательно или в силу низкой квалификации подрывает позиции режима, а также не проводит в жизнь решения главы государства, чем его дискредитирует.

Поиски «врагов» в среде чиновничества, причем, как на уровне исполнительной власти – в местном административном аппарате, в министерствах и ведомствах, а также внутри силовых структур, позволяют какое-то время игнорировать объективные причины, реально препятствующие политике руководства – отсутствие ресурсов, неблагоприятная внешнеполитическая обстановка, исчерпание внутренних источников роста и модернизации и т.д. Руководство страны либо действительно верит, что постоянная ротация в среде высшей номенклатуры и насыщение чиновничества новыми лицами и новыми именами, позволит снять системные и ресурсные ограничения, либо занято обычной пропагандистской кампанией, призванной продемонстрировать населению, что власть видит проблемы, с которыми ежедневно сталкивается простой человек и ищет пути их решения, натравливая людей на «посредника» между руководством страны и народом: собственное чиновничество.

Нередко, чистка административного аппарата оказывается единственным доступным для руководства страны инструментом демонстрации своей способности хоть как-то реагировать на социально-экономические и политические вызовы. В этом случае кадровые решения приобретают особый цинизм по принципу «бей своих, чтобы чужим страшнее было». Хрупкая грань между кадровой чисткой и кадровыми репрессиями оказывается сломанной и власти предстают в роли злого демона, раскручивающего вихрь взаимной ненависти и доносительства. Как правило, столь масштабные кадровые революции трансформируются интерпретируются официальной пропагандой в образ решительной и честной власти, стремящейся к оздоровлению экономической и социальной обстановки в стране, (являясь) по сути простым «переводом стрелок» на исполнительскую вертикаль.

Как правило, в позитивном ключе рассматриваются кадровые чистки и за рубежом, где местные поклонники авторитарного лидера аплодируют борцу с коррупцией и ставят его в пример местной, «слабохарактерной» или погрязшей в клептомании власти.

Любопытно то, что, как бы не пытались власти замаскировать истинные политические и пропагандистские цели любой административной чистки необходимостью «оздоровления» или «оптимизации», они не являются тайной для общества, которое на уровне инстинкта ощущает, что внутри власти не все благополучно и, видимо, нарастают глубинные противоречия, если авторитарный лидер начинает «душить своих». Так бывает, когда «душить чужих» уже «пороха не хватает».

Естественным «выхлопом» для любых кадровых чисток являются сломанные судьбы людей, отдавших десятилетия своей жизни работе на государство, а по сути, на правящую группировку. Безусловно, это расходный материал, от которого постараются быстро избавиться. О политическом потенциале «вычищенных» имеет смысл поговорить на примере Республики Беларусь.

Белорусская кадровая чистка

Стоит отметить, что спецификой режима А. Лукашенко является его традиционное внимание к кадровой составляющей. Годами аппарат обследовался и просеивался на предмет поиска «шпионов» и «информаторов», создавались обширные досье и выяснялись семейные и дружественные связи. В итоге, уже к концу 1990-х годов традиционные белорусские чиновничьи кланы стали ощутимо сдавать. Ведущие кадры постепенно группировались вокруг «семьи», причем тут была применена (скорее случайно, чем специально) блестящая уловка. Дело в том, что для концентрации номенклатуры использовались два «стержня» - сам А. Лукашенко и его сын Виктор. «Старые» кадры, естественно, собирались вокруг белорусского президента, всемерно выражая ему свою покорность и преданность, а «молодые» и нетерпеливые видели своего вождя в лице старшего президентского сына.

Однако уже в конце 2010– х годов обнаружился весьма примечательный процесс - А. Лукашенко исподволь, не спеша, но настойчиво стал постепенно заменять «старую гвардию» выходцами из группировки Виктора Александровича. «Старики» попались в капкан. Можно сказать, что «омоложение» белорусской номенклатуры идет уже несколько лет, но данный процесс, конечно, в первую очередь захватил силовые структуры, которые и курирует сын президента.

Гром грянул на рубеже 2011-2012 года. Разрушительный внутренний структурный экономический кризис 2011 года, совпавший с резким падением рейтинга А. Лукашенко, вызвал весьма негативные процессы в белорусской номенклатурной среде. Именно представители низшего и среднего звена белорусского чиновничества приняли на себя эмоциональный удар со стороны обманутого белорусского населения, которое в течение пару месяцев обеднело в два с лишним раза. Авторитет власти внутри самой властной вертикали деградировал на глазах. Стоит напомнить, как летом 2011 года на столичном «Комаровском рынке» были неоднократно замечены руководители ряда белорусских министерств и даже Национального Банка, покупающие валюту у практикующих там валютчиков. Можно только представить, как эти люди оценивали экономическую политику руководства республики.

Уже в 2012 году белорусское руководство решило для себя, что без масштабной чистки не обойтись. Необходимо было принести «ритуальную жертву» населению. Кроме того, власти ощущали некоторое сопротивление их политике внутри аппарата. При этом, естественно, не анализировались объективные причины, препятствующие воплощению в жизнь фантазий А. Лукашенко, а искусственно выпячивалось влияние «внутренних врагов».

Первый этап белорусской кадровой чистки начался еще в 2012 году. Это была почти хаотичная перетасовка кадров, которую А. Лукашенко попытался легализировать, объявив 3 октября 2012 года о задаче сокращения к началу 2013 года количество государственных чиновников от четверти до трети (http://www.gazeta.ru/politics/2012/10/0 … 7249.shtml). Тогда же белорусский президент объявил о создании государственной комиссии по реформированию органов государственной власти, а по сути, о масштабных сокращениях государственного аппарата. Белорусская номенклатура затаила дыхание…

Комиссия по чистке

Государственную комиссию возглавили А. Кобяков и Н. Петкевич. Понятно, что основной груз аппаратной ненависти пришлось взвалить на себя Н. Петкевич, так как в белорусском чиновничьем мирке по традиции А. Кобякова не особенно принимали всерьез.

Комиссия первоначально пошла по пути наименьшего сопротивления, предложив сократить госаппарат на 25%. Это была вполне безболезненная мера, так как именно столько незаполненных вакансий выявила ревизия штатных расписаний. Однако не этого ждал от комиссии А. Лукашенко. Ему нужен был более радикальные кадровые «ножницы». В итоге А. Кобяков и Н. Петкевич предложили столь жесткий план, что белорусский президент был вынужден даже несколько смягчить новый кадровый план.

И только после завершения работы комиссии власти вышли на новый, видимо уже завершающий этап белорусской «культурной революции». Не касаясь смены кадров в силовых ведомствах, которые сейчас буквально переполнены люди Виктора Лукашенко, стоит обратить внимание на подходы к кадровой чистке в среде номенклатуры.

Прежде всего, сокращениям подлежат кадры предпенсионного возраста, надежды которых получить «повышенную пенсию госслужащего» резко понижается, равно как и прочие чиновничьи блага и преференции на которые у государства, похоже, просто нет денег. Далее по спискам пойдут неблагонадежные и в общем неугодные. Естественно, такая философия чистки позволила высшей номенклатуре ощутить свою власть в полном объеме. Ведомства захлестнула волна прошений, слезных жалоб, а, что главное, доносов и разоблачений. Чтобы уберечься от увольнений в ход пошли подарки, взятки, жены и т.д.

Но интрига в том, что списки уже созданы, подписаны и заверены, а завтра, 1 апреля, в символический день Дураков, эти списки пойдут в структуры государственной власти, министерства и ведомства для исполнения. Трагедия начнется в апреле…

Что дальше?

А дальше начнется новая волна стенаний и возмущений. Уже сейчас немалая часть белорусской номенклатуры, которой нечего рассчитывать на продолжение службы авторитарному режиму, обреченно смотрит на свое будущее и посвящает себя бесконечным проклятьям в адрес властей. На большее они не способны, так как изолированы от белорусского общества. Для населения эти люди остаются представителями той власти, которая, по понятиям простого обывателя, «творит невесть что» и просто живет в какой-то другой Беларуси, созданной на экране белорусского телевидения. Так что от злорадства в свой адрес уволенным не увернуться, как не уйти и от понимания, что никакие душеспасительные и успокоительные идеи («служим не Лукашенко, а народу и стране») не помогут пережить ощущение предательства: «Поматросили и бросили».

Решит ли кадровая чистка проблемы действующей власти? Скорее она усугубит ее, так как новое поколение белорусской номенклатуры будет только острее ощущать свой временный «расходный» статус, что с одной стороны будет способствовать стимулированию коррупции, а с другой -- переключит внимание чиновничества с выполнения государственных функций на борьбу за самовыживание. Не исключено, что как и в КНР во второй половине 1970-х годов, плодами белорусской «культурной революции» воспользуются другие. В случае политической дестабилизации именно представители нового поколения белорусской номенклатуры, лишенные каких-либо иллюзий в отношении власти, первыми начнут выбрасывать из окон министерств и ведомств портреты А. Лукашенко и иные символы нынешнего режима.

А. Суздальцев, Москва, 30.03.13

0

112

Дело труба

«Снявши голову, по волосам не плачут» (народная пословица)

5 апреля 2013 года в Санкт-Петербурге был подписан меморандум между концернами «Газпром» и «Europol Gaz» о строительстве в 2018-2019 гг. второй очереди газопровода «Ямал – Европа». Стоит напомнить, что за два дня до этого события, в минувшую среду, 3 апреля, президент России В. Путин поручил главе ОАО «Газпром» А. Миллеру «проработать» вопрос о строительстве еще одного газопровода в Европу. Речь шла о новой «трубе» рядом с газпромовским газопроводом «Ямал-Европа», пересекающим с середины 1990-х годов Республику Беларусь с востока на запад.

Объявление о новой трубопроводной стройке стала мировой сенсацией, так как вряд ли кто ожидал, что после начала строительства Южного потока и второй очереди газопровода Nord Stream, Газпром начнет подготовку сооружения еще одного трансконтинентального газопровода. Безусловно, определенная мистика в данном начинании присутствует и заключается она в том, что Беларусь на церемонии подписания контракта не упоминалась. Нет белорусского транзита. Можно строить, как говорится, по головам белорусов все, что угодно. Так со временем, решив проблему БЖД, подпишут контракт с Польшей и Германией о строительстве сверхскоростной магистрали «Берлин –Москва» без остановки в Минске. Действительно, а зачем…

Почему не раньше?

Но ведь история газопровода «Ямал-Европа-2» тянется не первое десятилетие и о проекте вспомнили только тогда, когда Беларусь потеряла газовый транзит . В любом случае стоит напомнить основные ограничения, блокирующие в свое время строительства второй очереди данной газовой коммуникации. Прежде всего, препятствия со стороны Варшавы:

- не разрешаемая в течение почти полтора десятилетия проблема оформления собственности над польским участком газопровода «Ямал-Европа»;

- жесткая ценовая политика официальной Варшавы в отношении российского природного газа, сопровождаемая масштабной и непрерывной антироссийской пропагандисткой компанией в польских СМИ;

- польская транзитная политика - решительное неприятие строительства обходного газопровода «Ямал-Европа» и одновременное стремление поставить под свой контроль российский транзит через польскую территорию (последний пункт и сыграл в итоге существенную роль в начале проекта «Ямал-Европа -2»).

Были проблемы и с белорусским партнером:

- абсолютно недоговороспособное руководство РБ, нарушающее практически все подписанные и ратифицированные соглашения;

- сохранение за монопольным белорусским транзитером «Белтрансгаз» диспетчерских функций по отношению к находящемуся в собственности Газпрома газопроводу «Ямал-Европа»;

- постоянные попытки официального Минска использовать статус транзитера российских энергоносителей в собственных внешнеполитических целях, шантажируя то Запад, то Восток.

Оказалось, что все эти вышеперечисленные региональные, если не сказать лимитрофные риски, о которых автор этих строк не раз писал в 2007-2010 гг., можно, при наличии денег и четко спланированной политике, вполне преодолеть.

Белорусская версия «Ямал-Европа – 2»

Стоит напомнить, что после 2007 года, когда Газпром, после тяжелого российско-белорусского нефтегазового кризиса зимы 2006-2007 года уже активно втягивался в строительство газопровода «Nord Stream», белорусское руководство, понимая, что перспектива наращивания газового транзита через белорусскую территорию улетучивается на глазах, приступила к активному лоббированию строительству второй очереди газопровода «Ямал-Европа». В Москве появилось несколько пропагандистских материалов, подкрепленных псевдоаналитическими выкладками, были ангажированы несколько видных российских экспертов в сфере энергетики, а также проведены несколько российско-белорусских конференций и «круглых столов».

Нельзя умолчать и о том, что в российском экспертном сообществе, особенно его технократической части, оболваненной пропагандой идеями российско-белорусского братства и союзного строительства, в то время встречались искренние сторонники немедленного строительства газопровода, который имел бы серьезный антиукраинский потенциал (!), способствуя большей покладистости официального Киева. 2008-2009 годы был периодом очередного резкого обострения российско-украинских отношений в газовой сфере. Это, безусловно, учитывалось белорусским руководством и использовалось в пропагандистском плане.

Минск торопился…

С 2007 года начался процесс выкупа 50% акций ОАО «Белтрансгаза» - эта был, как мы сейчас видим, стратегический компромисс. Считалось, что белорусские власти ничем не рисковали, так как половина акций не означала монопольного контроля Газпрома над белорусским транзитером, но решение было символичным и его символизм был заложен в цене «ржавой трубы».

Основная часть «трубы» «Белтрансгаза» действительно не блещет «здоровьем». В конце 1990-х и начале 2000-х годов ремонтные службы периодически меняли целые участи газовой магистрали.

Ценность «Белтрансгаза» заключалась в том, что он держал руку на пульсе российского газопровода «Ямал – Европа». Однако представить себе, что на белорусской территории будут два транзитера и один из них российский, в то время А. Лукашенко не мог. Тем не менее, Россию с 2007 г. частично «допустили» к газовому транзиту, т.е. Минск уступил… Необходимо было срочно компенсировать уступку.

В виду создавшейся ситуации, задача белорусской стороны в борьбе за вторую очередь газопровода «Ямал-Европа» оказалась стратегической: Лукашенко хотел не только сохранить свой контроль над российским углеводородным транзитом, но и нарастить его, получив под свой «зонтик» новую газовую «реку». Понятно, что превратившись в крупнейшего, причем учитывая несменяемый характер власти в Республике Беларусь, единоличного контролера российского газового транзита, А. Лукашенко мог бы считать свою власть пожизненной. Никто бы не покусился на «крутильщика газового крана». Более того, российский газ должен был стать основой для устойчивой власти правящей династии.

Стоит напомнить, что никто не опровергает важное, но, естественно, не уникальное геополитическое положение Республики Беларусь в регионе. Но вот реализация этого геополитического статуса предполагает невозможность не учитывать роль республики при любом региональном раскладе: военно-стратегическом, энерготранзитном и т.д.

Географическое положение РБ не является достижением или собственностью семьи А. Лукашенко, а по сути, является природным свойство Беларуси. Однако когда геополитика становится внутриполитическим контекстом, то беды не миновать. Это и явилось одной из причин того, что попытки А. Лукашенко в конце 2010 – х годов навязать Москве строительство второй очереди газопровода «Ямал-Европа» провалились. Помимо польских рисков, свою роль сыграл фактор белорусской политической нестабильности (недоговороспособность А. Лукашенко, попытки использовать газовый транзит в качестве подпорки собственного политического режима и в качестве международного шантажа).

В разгар инициированной Минском пропагандистской кампании по строительству второй очереди газопровода «Ямал-Европа» автор этих строк писал (12.01.2009 г.): «белорусскому истэблишменту необходимо прекратить морочить себе и соседям голову, ожидая, что Газпром неожиданно «одумается» и вернется к идее строительства второй очереди газопровода «Ямал – Европа». Во-первых, Беларусь в данном проекте, не является ключевым звеном. Проблема только частично связана с Минском, а в большей степени с Варшавой. Стоит напомнить, что в свое время Польша выступила против строительства второй очереди «Ямала», не желая подвести своего стратегического союзника – Украину. В те годы в Варшаве прекрасно понимали, что дополнительного газа не будет и удвоение мощности «Ямал – Европа» возможно только в случае «похудания» украинского транзита. Строить новый газопровод, страхуясь от непредсказуемости Киева, через столь «ответственных» транзитеров, как Варшава и Минск, все равно, что менять шило на мыло.

Второй очереди «Ямал – Европа» пока не будет. Кремль и российский Белый Дом в этом плане едины в своих решениях.

Но, с другой стороны, пока обходные газопроводы не введены в строй, вторая очередь «Ямал – Европы», будь она построена, не осталась бы сейчас без работы. Автор этих строк уже лет пять, касаясь данной темы, отмечает, что если так уж белорусам нужен новый газопровод и если его строительство столь дешево, то ничто не мешает белорусам простроить его самим.

Нет денег - можно собрать инвестиции, выпустить акции для народа и т.д. Построить, чтобы потом сдавать в аренду тому же Газпрому. Но, видимо, в сознании правящей белорусской элиты не укладывается, что для того, чтобы получить деньги от белорусского транзита, необходимо в него вложить собственные деньги, а не годами сочинять в СМИ сказки, что некие «зарубежные эксперты» и «источники из российского правительства» «разделяют уверенность» Минска в «незаменимости» и «исключительно выгодности кратчайшего пути российского газа в Европу через Беларусь». Во всяком случае было бы смешно ожидать, что Россия построит за свои деньги газопровод, а белорусы с поляками им будут управлять. Эти времена прошли» (http://politoboz.com/content/gazovaya-klyushka?page=2).

Итак, прошло четыре года. Белорусский газопровод уже давно работал бы… если бы его построил Минск. Думается, что и деньги, вложенные в газопровод, давно бы окупились.

Опоздали…

Но сейчас, когда проблема белорусского транзита решена, новый газопровод будет российским или российско-польским, если забыть, что польский концерн «Europol Gaz» является совместным предприятием с Газпромом. Одновременно планируемый газопровод отражает новую ситуацию, как на польском, так и на белорусском «участках».

Прежде всего, Польша. Ситуация с собственностью на польский участок газопровода «Ямал-Европа» более-менее урегулирована, новый газопровод не вмешивается в газовую стратегию Польши и, судя по озвученным мотивам строительства Газопровода, новая порция российского газа не навязывается Польше. Если Варшава находит особую прелесть в норвежском газе, то никто не может ее заставить изменить свои привязанности. Главное в том, что в результате строительства «Ямал-Европа - 2», Польша получит транзитный газовый хаб на Словакию и Венгрию. А ведь по идее такой хаб, только российско-белорусский, мог быть создан на белорусской земле еще лет десять назад.

В апреле 2002 года была заключен целый комплекс российско-белорусских соглашений о развитии газового транзита по белорусской территории. Согласно данных соглашений, на базе ОАО «Белтрансгаз» должно было быть создано российско-белорусское газотранспортное предприятие. По сути, уже в первом десятилетии XXI века должен быть создан тот самый транзитный хаб, который сейчас планируется через пять лет сформировать в Польше. Однако вместо кропотливой работы по распределению функций и сфер деятельности, Минск не захотел делиться с Газпромом. В итоге, России предложили выкупить «ржавую трубу» по неподъемной цене. Понятно, что 5 млрд. долларов плюс самые низкие цены за природный газ в Евразии – фактическая плата за то, чтобы А. Лукашенко и те, кто придет за ним на пост главы белорусского государства навсегда отказался от каких-либо попыток снова перехватить российский газовый транзит в Европу.

Причины того, что Беларусь умудрилась упустить не просто огромный инвестиционный проект, носящий трансконтинентальный характер и укрепляющий ее геополитические преимущества, но и потерять статус газового транзитера находятся не только в явно завышенном самомнении А. Лукашенко и неспособности белорусского руководства и экспертных кругов рассчитать перспективы как российской энергетической политики в Восточной Европе, так и значение строительства Nord Stream, но и в восприятии белорусским политическим классом России и ее ресурсов в формате естественного сырьевого советского наследства для Минска. Стоит напомнить абсурдные заявления некоторых белорусских провластных экспертов, что Nord Strteam никогда не будет построен, так как он пройдет по донным захоронениям химических боезапасов. Да и сам А. Лукашенко называл Nord Stream «самым дурацким» проектом Газпрома и России.

Вместо поиска взаимопонимания и взаимовыгодных проектов Минск годами паясничал на трубах и надувал щеки чужим газом, едва не лопаясь от транзитного чванства.

Не нужен…

Возрождение проекта второй очереди газопровода «Ямал-Европа» свидетельствуют, что Россия решила белорусскую транзитную проблему. Это исключительно важно, так как свидетельствует о том, что российское руководство не намерено привлекать А. Лукашенко к каким-либо глобальным проектам в Восточной Европе. Действительно, если белорусскому президенту невозможно поручить простую газовую транзитную «трубу», то, что уж говорить об «Искандерах» и т.д.

Одновременно, чем больше Республика Беларусь будет включена в транснациональные проекты, тем меньше у А. Лукашенко окажется возможностей для политического маневра. Выкупив у белорусского президента газовый транзит, Россия резко снизила политические риски от непредсказуемой белорусской внешней политики.

Вместо совместного владения газовым транзитом республике достанутся налоги и плата за транзит. Естественно, Минск будет стремиться навязать Газпрому свои строительные организации, хотя думается, что в Москве не забыли с какими муками вводились газоперекачивающие станции на первой очереди «Ямал-Европа», возводимые белорусские строителями. И все…

Украинский след?

Стоит обратить внимание и на «украинскую версию» реанимации проекта. Ссылки на то, что проект второй очереди газопровода «Ямал - Европа» заявлен в качестве очередного инструмента давления на Украину вызывают удивление. Газпром возьмется за проект нового газопровода через Беларусь только после ввода в строй Южного потока, который наряду со второй очередью Nord Stream фактически ликвидирует украинский газовый транзит. Просто Словакия и Венгрия остаются севернее ветки Южного потока, который идет в Европу по Балканам.

Вторая очередь «Ямал –Европа» должна закрыть возникающую «газовую дырку», которая до настоящего времени обеспечивается российским газом посредством украинской газотранспортной системы.

Перешагнули…

Любопытно, что если у Беларуси газовый транзит выкупили (деньги, вырученные за проданный «Белтрансгаз» давно проедены), то Украине, в случае ввода в строй Южного потока, останется только собственное национальное достояние («лакомые куски» в белорусской интерпретации) в виде никому не нужной ГТС, но бесплатно.

Россия близка к тому, чтобы просто перешагнуть Восточную Европу и предоставить ее самой себе. В общем, у тех, кто считает, что можно лимитрофным «плетнем» огородить соседа, вместо того, чтобы договариваться и делиться, все явно завышенные надежды рано и ли поздно вылетают в «трубу». В данном случае - газовую. И это только начало…

А. Суздальцев, Москва, 06.04.13.

0

113

Ядерный диалог

«Шантаж– гадкое слово. Мне по душе вымогательство, звучит, как музыка» (м-ф «Футурама»)

На прошлой неделе основные мировые новостные каналы показывают немногочисленные демонстрации в центре Сеула, на которых граждане Южной Кореи призывают к диалогу и уступкам Пхеньяну, а также требуют от госсекретаря США Джона Керри, чтобы он немедленно совершил поездку в КНДР… Телевидение Северной Кореи с ликованием демонстрирует эти видеофакты, уже свидетельствующие о «правильности» и «победоносности» стратегии «Великого полководца» Ким Чен Ына («Новая звезда», «Блистательный товарищ», «Гений среди гениев», Маршал КНДР), который без единого выстрела смог заставить с собой считаться весь мир…

От Сеула до 38 параллели менее 50 км, война буквально дышит в лицо жителям мегаполиса… Людям, естественно, не хочется, чтобы в их дом пришла война.

На самом деле все гораздо хуже. Северная и Южная Корея уже находятся вне режима перемирия, заключенного почти 60 лет назад, 27 июля 1953 года, т.е. мира между ними нет. Войска отмобилизованы, ракеты подтянуты к стартовым позициям, в водах вокруг полуострова находится американский флот… Как это ни странно, но формально война на Корейском перекрестке уже идет. Просто она не перешла в свою кровавую фазу.

Войны никогда не начинаются с момента подписания приказа о переходе государственной границы или нажатия кнопки на пульте. Страны входят в войну постепенно, набирая инерцию сначала в формате кризиса, затем уже конфликта. На каком–то этапе внутренние ресурсы для стабилизации обстановки исчерпываются и переход войны в стадию боестолкновений становится неизбежным. В этот момент внешние силы обычно начинают говорить об очередной операции по принуждению к миру, направлять посредников… Но в данном корейском сюжете посредников нет. Пока нет… И никто не рвется уговаривать Маршала КНДР Ким Чен Ына перестать нагнетать на полуострове военную истерию. Мир ведет себя совершенно пассивно, ограничившись дипломатическими нотами… Видимо всем надоела эта ядерная истерика.

Действительно, неужели с каждым воевать, если кому приспичит.

Война?

Будет ли война на Корейском полуострове? Безумное количество комментариев и прогнозов, сопровождающих корейский кризис, опираются в основном на внутриполитические причины и факторы, подталкивающие к дестабилизации в регионе. Если принимать во внимание исключительно внутрисеверокорейский контекст, то он в целом подводит к однозначному выводу: войны не будет. Причина такой уверенности заключается не только в том, что, учитывая военный потенциал КНДР, включая несколько ядерных боезарядов, чья боеготовность все-таки представляет определенную загадку, Пхеньян в сегодняшнем кризисе уподобляется самоубийце. вполне возможно, никаких транспортабельных боеголовок в Северной Кореи до сегодняшнего дня так и не создали и в реальности ни Гуаму, ни Гонолулу и тем более Сан-Франциско ничего не угрожает. Анализ поведения северокорейского руководства говорит о том, что мир столкнулся с крайней формой внешнеполитического шантажа – требование диалога угрозой ядерной войны.

Диалог

Диалог нужен Пхеньяну, как глоток воздуха в газовой камере. Уступки со стороны США (Сеул, как «американская марионетка» в расчет в КНДР не берут) в абсолютно любой форме – звонок Барака Обамы «блистательному товарищу» Ким Чен Ыну, обращение госсекретаря США, призывы Конгресса и т.д., открывают перед лидером Северной Кореи возможности для решения сразу нескольких проблем:

- «Гений среди гениев» моментально становится настоящим Маршалом, «поставившим на колени» Вашингтон, Токио и Сеул, его авторитет в армии становится непререкаемым, старики-генералы удовлетворены тестом молодого «полководца», внук Ким Ир Сена фактически коронован, династия Кимов продолжает сохраняет контроль над страной;

- Внешнеполитический успех, а именно в формате успеха будет преподнесен населению возможный диалог с «империалистами» «на условиях Пхеньяна», должен укрепить тоталитарный режим, закрыть все возможности для его демократизации;

- Диалог, что естественно, должен быть подкреплен «подарками». В данном случае речь может идти о любой форме помощи. Для Северной Кореи в настоящее время желательна продовольственная поддержка, которая будет восприниматься населением, как естественная дань от внешнего мира. И ведь действительно, как не помочь ядерной, но голодной державе;

- Диалог под угрозой ядерной войны вряд ли решит проблему международной изоляции КНДР, но, видимо в Пхеньяне рассчитывают на то, что уступки со стороны Вашингтона и, как следствие, Сеула Ким Чен Ыну поднимут статус Северной Кореи в глазах единственного верного союзника – Китая, благодаря поддержке которого и сохранился на севере корейского полуострова реликт «холодной войны» - своеобразный буфер между Вашингтоном и Пекином.

Все-таки, вряд ли кто в этом мире согласится с идеей, что лучше решительная ядерная схватка , чем тяжелый, но мирный диалог. Конечно, худой мир лучше «доброй» войны.

Спасет ли возможный, но пока маловероятный, диалог между Вашингтоном и Пхеньяном тоталитарный северокорейский режим?

Необходимо помнить то, что авторитарные и тем более тоталитарные политические режимы фантастически неэффективны в экономике и застойны в политической эволюции. Шантаж для выхода на диалог означает только то, что правящая группировка полностью исчерпала внутренние ресурсы для удержания своей власти. В этом случае внешняя поддержка, как в качестве инструмента легитимизации права на сохранение власти, так и в форме материальной поддержки, приобретает критически важный характер.

Стоит напомнить, что Китай в качестве спонсора, конечно, не дотягивает до уровня России. В Пекине другая философия отношений к сателлитам и китайское руководство бесполезно давить призывами к жалости и угрозами, что «наши люди не поймут Пекин, который оставил братский корейский народ в столь сложную минуту без помощи». Стоит напомнить «помощь» маоистского Китая красным кхмерам, которые взяв власть в Пномпене в 1975 г., просто сократили население страны на треть, чтобы прокормить остальных. Мотыгой по голове. Так что Пхеньяну придется справляться самому.

Кроме того, шантажировать приходится все-таки Вашингтон, а не озабоченный своим местом в мировой политике Брюссель. США в целом крайне тяжело поддается на такого рода внешнеполитические спектакли, один из которых успел раскрутить Ким Чен Ын. «Гений среди гениев» между тем, уже больше двух недель не показывается на телеэкране.

С другой стороны, до настоящего момента, когда страны в правовом смысле находятся в состоянии войны, Сеул поставляет северянам продовольственную помощь – рис. В принципе, трудно представить, чтобы Южная Корея была заинтересована в сохранении тоталитарного режима на севере полуострова. Однако сложно отказать в куске хлеба (риса) народу, известному исключительным трудолюбием, но который последние шесть десятилетий живет на грани голодной смерти. Ведь в том случае, когда от истощения гибнут дети, не будешь выяснять, кто виноват в мягком варианте полпотовщины, развёрнутом на корейской земле... Тем более не будешь ориентироваться на политические цели оппозиции, которой в КНДР просто нет (есть диссиденты).

Шантажируя мир, авторитарный/тоталитарный режим в случае удачного стечения обстоятельств часть проблем, безусловно, может решить. Но только временно. В любом случае такого рода помощь только затягивает агонию режима, которая и дальше будет проявляться в ядерных психозах. Все равно выхода из туннеля не видно. Помощь проедят, а дальше снова войну начинать? Каждый квартал ракеты выволакивать на позиции? Действительно, а что делать правящему режиму? Ведь транзитной газовой или нефтяной трубы, которую можно угрожать перекрыть, в КНДР нет… Между нами говоря, Северная Корея вообще никому не нужна. От нее проще откупиться… И забыть до следующего кризиса.

Остается вопрос о диалоге

Стоит напомнить, что в 1945 году, когда корейский полуостров оказался разделен на две зоны оккупации, его северная часть считалась индустриальной и относительно благополучной на фоне нищего и исключительно аграрного юга. Дальше сравнивать нет смысла, так как итог через 60 лет известен. КНДР медленно, но упорно сгнивает заживо. Никакой диалог ей не поможет…

Не поможет диалог с Евросоюзом и А. Лукашенко. Безусловно, белорусскому президенту нужно только деньги. Он их готов взять у кого угодно – у России, МВФ, Евросоюза, арабов, индонезийцев, колумбийских наркокартелей, Аль-Каиды и т.д. Но никто не дает. Дал 2 млрд. долларов кредита российский «Сбербанк» - проведут посевную. Так и живут, постоянно в долг, постоянно перезанимая и выклянчивая нефть и деньги. Это тоже агония, которая может тянуться долго и все более безнадежно.

Минск стоит на грани диалога с Брюсселем. В. Макей сейчас находится в явном фаворе у А. Лукашенко, обещая ему полноценный прорыв на Западе. Его заместители снуют по Европе, иногда пересекаясь с лоббистами от оппозиции, повторяя при этом одни и те же доводы: изоляция и санкции толкают Беларусь к России. Один из заместителей министра иностранных дел на днях в Брюсселе жаловался, что Беларуси ничего не остается, как искать спасения от европейских санкций в Таможенном союзе.

Минск по традиции ищет сочувствия у Евросоюза, жалуясь на Москву – главный, «ядерный» аргумент А. Лукашенко перед Европой.

Не стоит им мешать. В реальности, диалог между белорусским авторитарным режимом и Евросоюзом нужен всем, кроме белорусской оппозиции, которая в случае начала диалога теряет солидную часть финансовой поддержки.

Европейской бюрократии необходимо продемонстрировать прогресс в демократизации Беларуси. Этот процесс может продолжаться веками, подкармливая фонды в Варшаве, Вильнюсе, чиновников в Брюсселе, Люксембурге и депутатов в Страсбурге. Всем им диалог нужен для демонстрации своего политического потенциала и способности ЕС управлять политическими процессами на европейском континенте.

На самом деле, диалог должен имитировать сокращение сферы российского влияния на постсоветском пространстве, что, по идее, должно впечатлить и Вашингтон. При этом понятно, что ни о каком сокращении влияния России на Минск нет и речи.

Заняты белорусские лоббисты, которые под маской белорусской политической эмиграции, четко выполняют скоординированный с АП РБ план навязывания А. Лукашенко Европе.

В принципе, вполне удовлетворена белорусско-европейским диалогом и Россия, для которой проект евразийской интеграции остается главным внешнеполитическим приоритетом на постсоветском пространстве. Нормализация отношений Минска с Брюсселем с одной стороны обеспечивает ТС-ЕЭП более лояльный выход на европейские рынки, снятие одно из проблем в российско-европейском диалоге (в близком формате сейчас происходит купирование грузинского «тупика»), а с другой стороны отнимает у белорусского руководства главный аргумент для сдерживания интеграционных процессов – «конфликт с Западом».

Стоит напомнить, как в начале 2012 года, когда встал вопрос о выполнении условий получения очередных траншей кредита Антикризисного фонда ЕврАзЭс, Минск спровоцировал «посольский кризис», а затем устроил скандал со Стокгольмом. В итоге, Минску удалось вытянуть третий и четвертый транши вышеназванного кредита, уклонившись от масштабной приватизации и, тем более, от начала глубоких структурных экономических реформ.

В случае начала диалога с Брюсселем, А. Лукашенко уже не сможет ссылаться на мифические «экономические санкции» ЕС, делающими невозможными экономические реформы, но требующие масштабным многомиллиардных дотаций со стороны России… Все упрощается и делается вполне прозрачным. Если Брюссель хочет модернизации Беларуси, то Москва эту модернизацию уже давно оплачивает. Правда, пока без особого успеха.

В проигрыше оказывается только белорусская оппозиция и политические заключенные. Их откровенно и демонстративно используют в качестве расходного материала. Как, в прочем и страну, которую оставляют тихо сгнивать. Такова судьба авторитарных режимов в небольших странах. Ими все пользуются в собственных внешнеполитических целях.

Но не все потеряно…

Что дальше?

Как всегда, диалог закончится очередным скандалом. А. Лукашенко получит шанс вытянуть деньги из МВФ, что позволит ему, сохраняя политических заключенных в качестве живого валютного резерва Национального банка РБ, перекредитоваться. Европа в лишний раз продемонстрирует готовность торговать своими широко разрекламированными ценностями оптом и в розницу. Россия, извлекая свои интеграционные выгоды от белорусско-европейского диалога, получит в качестве приложения лишний повод затянуть петлю на шее А. Лукашенко. Все останутся довольны…

В сложном положении окажется та часть оппозиции, которая сейчас способствует старту белорусско-европейского диалога. Дело в том, что эти лоббисты рано «выскочили», так как до президентской кампании еще минимум полтора года и апологеты диалога рискуют просто не доковылять до старта кампании. Но в данном случае данным политикам можно только посочувствовать, так как им не оставили выбора.

Фарса хотят все и он должен состояться. Публика уже заняла места согласно купленным билетам. Попутно все хитро подмигивают друг другу, так как сценарий давно известен и он вполне безопасен. Не будет же А. Лукашенко при следующей попытке вырваться на Запад, угрожать Брюсселю недостроенной Белорусской АЭС. Понятно, что в случае возникновения европейского варианта корейского кризиса, Брюссель постарается урегулирует его с Москвой. В таком же формате, скорее всего, Вашингтон и Пекин решат проблему ядерного помешательства Пхеньяна.

Тем более, что война в Корее все-таки может начаться. Но толчком к ней может стать не решение Ким Чен Ына, а простой инцидент на 38 параллели. Мало ли кому захочется ворон пострелять…

А. Суздальцев, Москва, 15.04.13

0

114

Андрей Суздальцев: Лукашенко пытается вырваться из изоляции

Давняя мечта белорусского правителя – в нужный момент сплотиться с Украиной  против России или Европы.

Так политолог Андрей Суздальцев прокомментировал сайту charter97.org встречу Александра Лукашенко с Виктором Януковичем, которая состоится в мае текущего года.

«Лукашенко нужна позарез любая встреча на международном уровне, так как он находится в реальной изоляции и не так часто встречался в последнее время с Путиным, не говоря о Назарбаеве. Поэтому, встреча с Януковичем для него принципиально важна. Белорусский правитель учитывает, что украинское государство находится на перепутье и имеет богатый опыт сотрудничества со странами Евросоюза и Российской Федерацией. Его давней мечтой является сплочение в нужный момент с Украиной против России или же Европы. Такие попытки были во времена «газовых войн», но они заканчивались ничем. Когда нужно было провести единый фронт, Киев и Минск шли на соглашение с Москвой, то есть выгода перевешивала», - отметил эксперт.

Он считает, что для Беларуси сейчас главное то, что Киев имеет коммуникации с ЕС совершенно другого уровня, несмотря на нахождение в тюрьме Юлии Тимошенко.

«Украинский рынок имеет важное значение для белорусской экономики. Естественно, Беларусь хотела бы сохранить свое влияние на нем. Ведь она является своеобразным таможенным решетом. Даже в самых тяжелых ситуациях с поставками нефти в Украину, через Беларусь туда поступало российское сырье, что вызвало недовольство Москвы, но это были выгодные сделки для Лукашенко, и он в них заинтересован в дальнейшем», - уверен политолог.

Он подчеркнул, что существует еще один вопрос, который очень беспокоит Януковича – желание Украины быть одновременно в Европе, но при этом иметь доступ к российским энергоносителям.

«Он видит в Беларуси элемент ТС и ЕЭП. Президент Украины хочет выбрать такой формат, чтобы не брать на себя какой-либо ответственности. Это значит, быть лишь наполовину членом Таможенного союза. Будет обсуждаться масса других вопросов, связанных с обороной, границами и долгами. Что касается визового вопроса, то он очень размыт. Я с трудом представляю, что в будущем украинцам для поездки в Беларусь будут нужны визы. Создание визового режима между государствами означает переход на совершенно другой формат отношений. Они уже не будут считаться друзьями, союзниками и партнерами. Я не думаю, что Россия или Беларусь будет торопить эти события, так как все заинтересованы в ресурсах Украины», - подытожил Андрей Суздальцев.

Напомним, сегодня белорусский правитель обсудил по телефону с президентом Украины Виктором Януковичем «вопросы двустороннего сотрудничества».

В ходе телефонного разговора также была достигнута «принципиальная договоренность о проведении в мае встречи на высшем уровне, в ходе которой будут рассмотрены данные вопросы».

0

115

Манифест деградации

-AA+A

пн, 22/04/2013 - 09:37

Манифест деградации

«Куда не откинься – везде парапет» (тюремный юмор)

19 апреля 2013 года вряд ли когда-нибудь станет «красной» датой в белорусском календаре. В лучшем случае, в будущем учебнике современной истории Республики Беларусь будут всего две строчки о том, как первый белорусский президент выступил перед парламентом с попыткой остановить неуклонный и вполне объективный процесс деградации и распада своей власти. Этой сверхзадаче и было посвящено 2,5 часа непрерывного монолога в зале нижней палаты белорусского парламента.

Наблюдателям выступление белорусского президента, как правило, предоставляет уникальную возможность для того, чтобы сопоставить сложившиеся представления о тех сложных и противоречивых процессах, которые происходят внутри правящей группировки. Отдельные высказывания белорусского президента, с которыми он, по обыкновению, выступает почти ежедневно, отражают, к сожалению, только личное мнение самого А. Лукашенко, который в этом смысле остается на уровне ординарного руководителя с невысоким горизонтом мышления. В этом смысле суждения А. Лукашенко о социально-экономической ситуации в Беларуси остаются реактивными и формализованными в простые решения, а оценки мировых политических и экономических процессов выглядят наивными и упрощенными.

В этом смысле формат Послания позволяет проникнуть в так называемую идейную лабораторию правящего режима, где должны анализироваться все вызовы, с которыми сталкивается современное белорусское государство и формулироваться ответы на них, выстроенные в логичную и понятную схему целей и задач, где все более-менее понятно и подтверждено ресурсами. Когда такая система подготовлена, то выступление с Посланием фактически превращается в рабочее совещание с политической элитой страны, а через нее с политическим классом республики. Однако ни разу за 19 лет правления А. Лукашенко такого уровня работы над Посланием достигнуто не было. Чаще всего на суд экспертов предлагался весь набор противоречивых оценок и несколько фантастичных мер, обильно приправленных самопиаром и комплиментарными оценками современного политико-экономического состояния республики.

В частности, 19 апреля А. Лукашенко говорил о том, что в мире едва ли не «шепотом» говорят об успехах Республики Беларусь. Это напомнило итоги первого визита Дмитрия Медведева в должности президента РФ (июнь 2008 г.). Глава российского государства посетил Брест, где уклонился от традиционных для российских чиновников славословий в адрес республики и ее руководства, чем очень расстроил хозяев саммита. А. Лукашенко придумал новую формулу самопиара, «увидев в глазах Медведева «Молодцы, белорусы!».

Внутренние противоречия

Не является тайной то, что в подготовке Послания принимало участие относительно большое число представителей высшей номенклатуры. Понятно, что прописывая порученные им разделы, эти вполне информированные и квалифицированные люди испытывали определенные проблемы. С одной стороны, они, даже в формате полной лояльности правящему режиму, испытывали соблазн представить реалистичную картину на направлениях, им порученных. С другой стороны, вряд ли они не понимали параметры того фильтра, через которые пройдут их разделы, а также масштабы корректировки текстов, что будут представленны на рассмотрение вышестоящего начальства, во главе которого находится сам президент.

Вот здесь и проявляется главная проблема любого авторитарного режима. Он настроен исключительно на сохранение власти и если этой сверхзадаче мешают какие-либо проблемы, с которыми сталкивается страна, а также населяющий ее народ, то тем хуже для них...

Сопоставить уровень задач и специфику принимаемых решений не так уж сложно.

Понятно, что Беларусь все такие не Северная Корея. Если даже о последней -- самой закрытой стране на планете, у мирового экспертного сообщества имеется более-менее реалистичная информация, включая данные о политической и социально-экономической ситуации, позволяющая делать какие-то прогнозы и создавать сценарии, то, что можно говорить о стране, которая находится в Европе и зондируется без каких-либо проблем. При всех попытках белорусского руководства всеми возможными и невозможными мерами засекретить деятельность высшего руководства и особенно процесс принятия решений, не существует особых затруднений в реконструкции проблем, над которыми работают белорусские власти.

Этих проблем немного, но их масштаб огромен – сохранение курса национальной валюты, снижение темпа роста отрицательного сальдо внешней торговли, стабильная выплата долговых обязательств, сокращение трудовой миграции, обеспечение политической и социально-экономической стабильности в преддверии 2015 года, выход из внешнеполитического тупика в отношениях с Западом.

Большая часть перечисленных проблем решается только при наличии дополнительного многомиллиардного финансирования. Взять эти деньги негде, кроме России. И тут, видимо, никакие Послания не помогут… Однако иного политического инструмента влияния на Москву сейчас у А. Лукашенко нет. [Никакого общественно-политического движения в России, которое лоббировало бы интересы белорусского авторитарного режима, Александр Григорьевич пока не возглавил, хотя, судя по обстановке, кто-то в белорусском руководстве данный проект активно пробивает.

Первый вопрос – вопрос власти и белорусское руководство в данном случае явно подводит самоуверенность. А. Лукашенко не зря поставил вопрос о сохранении, а если вернее, удержании достигнутого уровня средней заработной платы в 500 долларов в самом начале своего выступления. Это исключительно важно, так как «500» представляет из себя определённый политический фетиш, который дался властям не просто. Стоит напомнить, что первый выход на тот же уровень заработной платы состоялся 2,5 года назад и завершился экономическим кризисом, нанесшим огромный удар по рейтингу власти и поставивший под сомнение возможность администрации А. Лукашенко реально влиять на социально-экономические, а следом и политические процессы в стране. Не надо быть пророком, чтобы представить, что останется от белорусских властей, в случае повторения событий на финансовом рынке 2011 года сейчас, в 2013 году. Между тем, отвратить данную угрозу практически нечем.

Именно вокруг финансовой проблемы фактически и было построено Послание А. Лукашенко. Фактически белорусский президент пытался в форме монолога продолжить дискуссию с В. Путиным, начатую 15 марта в Санкт-Петербурге, где он большую часть времени, отведенного на переговоры, потратил на попытки вытянуть из российского руководства срочный кредит под миф о «модернизации». Именно отсюда, из последствий российско-белорусского саммита и тянутся попытки А. Лукашенко продемонстрировать в ходе выступления с Посланием свою компетентность в вопросах модернизации производственных активов. Здесь же нашлось место для критики условия предоставления кредита Антикризисного фонда ЕврАзЭс (в запале белорусский президент огрызнулся в адрес АФ, который и является формальным кредитором РБ). А. Лукашенко словно на подиуме в очередной раз заявил о себе, как выдающемся менеджере, без которого в стране и дороги не строятся, и предприятия не модернизируются, и коровы не доятся, и дети не рождаются…

Но нужны деньги

Стоит напомнить, что главным итогом мартовского российско-белорусского саммита (Высшего ГосСовета СГ РБ и РФ) явился провал планов белорусского руководства по получению от России пяти миллиардов долларов. Белорусской общественности было известно о проекте кредита в 2 млрд. долларов, который брался на «модернизацию». Однако, уже после 15 марта и срочного отъезда, а скорее бегства А. Лукашенко в «командировку» в Индонезию и Сингапур, ситуация несколько прояснилась - деньги требовалось исключительно на сохранение курса белорусской валюты.

Стоит напомнить, что за А. Лукашенко есть должок – он так и не объяснил Беларуси, а где собственно деньги, которые он должен был привезти с Высшего ГосСовета Союзного государства? Вместо этого белорусский президент призвал республику к мобилизации перед лицом мировых экономических проблем.

Где деньги лежат?

Деньги нужны для удержания курса белорусского рубля, что должно обеспечит хотя бы сохранение среднего уровня заработной платы в 500 долларов. Понятно, что тратить деньги на поддержание курса может только государства. Для этого существуют золотовалютные резервы. Взять деньги у внешнего кредитора для поддержки неэффективной экономической политики, а фактически для сохранения давно обанкротившейся белорусской национальной модели сейчас практически невозможно. Проще подбрасывать Минску помощь чайными ложками, чтобы страна окончательно не загнулась и не стала рассадником экономических беженцев. Хотя, с другой стороны белорусские гастарбайтеры, как раз и являются этими экономическими беженцами.

Деньги Россия может дать только под приватизацию, так как только она дает какие-то, пусть в условиях авторитаризма и призрачные, но гарантии их возврата. А. Лукашенко вместо приватизации предлагает авторитарную модернизацию, отвергая продажу промышленных активов, как неприемлемую для современной Беларуси политику: «Сегодня это не панацея от всех бед. МВФ, Запад, Евросоюз — да уже и Россия, Антикризисный фонд и прочие, не буду скрывать, сегодня нам в одну дуду дудят: давай приватизацию, продавай госпредприятия! Я ответил на этот вопрос: мы не против любое предприятие продать, но платить надо нормальную цену». Опыт говорит, что «нормальная цена» - испытанный инструментарий для срыва любой приватизационной сделки.

Здесь необходимо учесть и психологический момент. Ведь А. Лукашенко в рамках существующего в республике госсектора выступает в роли не только владельца больше 80% экономического потенциала республики, но и в роли менеджера суперконцерна под названием «Республики Беларусь». Ему хочется, как единоличному директору этого мега-предприятия не только получать фантастические прибыли, но и оказаться более эффективным на фоне мировых транснациональных корпораций.

Фактически А. Лукашенко «штурмует небо», пытаясь стимулировать странный экономический симбиоз остаточного социализма и недостроенного государственного капитализма в рамках нерыночной экономики. Между прочим, в ВТО принимают страны, официально признанные, как государства с рыночной экономикой. Так что, заявление А. Лукашенко о том, что «Беларусь одной ногой в ВТО» являются неполным, так как белорусский президент забыл добавить ее вторую часть: «А второй ногой в могиле».

Возвращаясь к приватизации, необходимо понять чувства А. Лукашенко, который так и не став призванным в мире эффективным менеджером, доказавшим всем, что государственный сектор может работать лучше частной рыночной экономики, теперь вынужден отбиваться от предложений о продаже лучших частей его экономической империи. Ведь в этом случае он оказывается в роли банкрота, не справившимся с управлением.

Деваться некуда

Продавать промышленные активы, судя по всему, все равно придется, так как время безмятежной подпитки ресурсами и финансами пресловутой белорусской национальной модели давно прошло. В этих условиях приватизационные сделки быстро приобрели статус инструмента торга за более весомые бонусы – кредиты, объемы поставляемой нефти и т.д. Именно поэтому А. Лукашенко цепляется к любому проекту, к которому приценивается Россия. Понятно, что проект белорусско-российского автомобильного холдинга белорусский президент будет использовать в качестве инструмента давления на Москву, требуя все больше и больше сырой нефти, нисколько не заботясь о том, что в итоге произойдет с предприятием и его коллективом, если его просто отрежут от российского рынка. Белорусский президент упорно твердит: «Когда ко мне приходят люди, я спрашиваю: что мы получим от этого объединения , акционирования, а еще и передай за бесценок акции предприятия, того же МАЗа. Что мы получим? Рынки у нас есть, они общие (святая наивность – А.С.). И мы не уступаем по качеству и цене продукции, которую выпускает сегодня будущий, так сказать, акционер. У нас не хуже МАЗы, чем КамАЗы.У нас есть программа модернизации МАЗа. Я спрашиваю: сколько вы вложите в модернизацию МАЗа, коль вы сюда пришли? И меня уже начинают информировать, что за ними стоят иностранцы из Германии и Америки. Они являются там акционерами и будут заинтересованы, чтобы здесь МАЗ опустить и закрыть». Понятно, что МАЗ – самый маленький на планете завод по производству грузовиков, который, к тому же не имеет своего развитого моторного производства, является «опасным конкурентом» для немецких и американских автомобильных кампаний, чье руководство спать не может, пока МАЗ продолжает производить свои грузовики. Конечно, абсурд, но иной публичной аргументации по этому вопросу в окружении А. Лукашенко не придумали. Это важно для понимания алгоритма действий белорусских властей в период поиска наиболее рациональной схемы для политического выживания как на Востоке, так и на Западе:

- Минск и дальше будет пытаться навязать Москве торг по интересующим российский бизнес производственным активам, что должно, по идее, заставить российские власти отказаться от выбора приватизации в Беларуси в качестве гарантии, как предоставления кредитов, так и необратимости экономических реформ;

- Минск и дальше будет навязывать Евросоюзу диалог, стремясь выводить за рамки уже идущего в кулуарах европейской внешней политики торга о судьбе политических заключенных. Это стало вполне понятно из слов А. Лукашенко, который во время представления своего послания заменил политзаключённых на «голубых». В результате подмены из слов А. Лукашенко получилось, что Евросоюз озабочен не судьбой томящихся в застенках противников режима, а свободами сексуальных меньшинств.

- Минск будет пытаться подменить структурные экономические реформы авторитарной приватизаций, требуя под нее кредиты и ресурсы.

Модернизация без денег

Модернизация, по мнению белорусского президента, должна заменить приватизацию, как составную часть реформ и стать программой, привлекательной для российских кредитов и инвестиций. Именно такой модернизации и уделил основное внимание А. Лукашенко в своей речи, рассчитывая разжалобить Москву вытянуть из нее кредит. Ведь долгое перечисление преимуществ, которые получит республика при модернизации деревообработки, текстильной и цементной промышленности не были подкреплены главным – где взять деньги на все эти работы? Где деньги на столь разрекламированную модернизацию?

Фактически, по мнению А. Лукашенко, капиталистическая Россия должна профинансировать модернизацию белорусского псевдосоциализма, т.е. государственного сектора экономики, находящегося фактически в собственности белорусской правящей династии.

Понятно, что данная суперфантазия А. Лукашенко, как и его формула приватизации: «сначала дайте деньги, а потом посмотрим, дать ли Вам акции» -- не имеет шансов на реализацию, но то, что для ее претворения в жизнь А. Лукашенко предпримет максимум усилий, было ясно еще с 2012 года. У него нет другого выхода! Отсюда и критика мировых политических и экономических элит за отсутствие воли и смелости в проведении реформ (!): «Мировая финансовая и политическая элита в растерянности. Простые способы решения проблем вроде печатания пустых долларов и евро и хитроумных финансовых манипуляций не дают эффекта. А идти на неизбежные фундаментальные реформы не хватает воли и смелости». (http://www.sb.by/post/146628/).
Себя белорусский президент как раз трактует в роли непрерывного реформатора, который, как выяснилось, занимается модернизацией уже два десятилетия своего президентства. Более того, белорусская экономика, как неожиданно выяснилось, уже находится на последней стадии модернизации. Безусловно, подобного рода заявления выглядят очаровательно, но еще больше запутывают ситуацию, так как, в том же Послании А. Лукашенко говорит о том, что «активно растут запасы готовой продукции на складах промышленных предприятий, причем как в абсолютном, так и в относительном выражении». По идее, потребители должны с руками отрывать продукцию белорусских модернизированных предприятий.

Технологический уклад

Если опираться на научные изыскания российского экономиста С. Глазьева, то трудно понять, на какой технологический уклад вышла белорусская модернизация, которая, как отметил А. Лукашенко, уже завершается. На шестой, где ключевым фактором являются нанотехнологии, биотехнологии, клеточные технологии? Не похоже. К этому уровню пытается прорваться Россия, но пока не очень удается – не складывается критическая масса ресурсов, интеллектуальной базы, поддержки бизнеса и государства. Ничего подобного в Беларуси и близко нет.

Может быть Беларусь прорвалась к пятому укладу, символом которого является микроэлектроника, а также развитая электронная промышленность, программное обеспечение, роботостроение и т.д.? Этот уклад ближе к уровню развития республики, но беда в том, что за годы правления А. Лукашенко белорусская электронная промышленность выродилась в отверточную сборку, никаких прорывов в микроэлектронике нет. Республика так и не стала мировым лидером в программном обеспечении, хотя данный сектор все-таки развивается на зарубежных заказах, так как внутренний рынок крайне мал.

В итоге мы можем говорить о том, что в результате «непрерывной модернизации» А. Лукашенко, белорусская экономика уверено деградирует до уровня четвертого технологического уклада – автомобилестроение, переработка нефти, тракторостроение, производство товаров длительного пользования, органическая химия. Конструирование все более мощных двигателей внутреннего сгорания – вершина данного уклада.

Но проблема в том, что и на этом уровне республика не удерживается. В Послании А. Лукашенко говорил о производстве мебели и стекла («Республика в среднесрочной перспективе реально может стать крупным европейским производителем стекла для всех сегментов стекольного рынка»), как вершинах технологической перестройки. Так в годы нахождения у власти М. Горбачева в СССР говорили о производстве сковородок на предприятиях космической отрасли.

Мебель, стекло, текстиль – это первый технологический уклад (XVIII век). Нет, никто не скажет, что это не стоит развивать. Если есть сырье и рынок, то почему бы не производить… Но это не модернизация, которая подразумевает прорыв к технологиям мирового уровня, а скорее решительный поворот к третьему миру. Коровка, лесопилка, карьерчик с кварцевым песочком, доярки поют… Красота!

А. Суздальцев, Париж, 22.04.13

0

116

Буря в болоте

Ученые расщепили атом. Теперь атом расщепляет нас. (Квентин Рейнолдс)

Два события завершившейся недели всколыхнули обычно очень статичный, внешне похожий на тихое и душное болотце, белорусский политический рынок. Разыгравшийся небольшой политический шторм вдруг поднял на поверхность весьма важные вопросы геополитической ориентации («геополитическое дно») белорусского государства, что позволило в очередной раз убедиться, что в основе внутриполитических противоречий в Республике Беларусь лежит все-таки раскол между Востоком и Западом. С одной стороны этот раскол позволяет оппозиционным силам занимать более-менее внятную и понятную политическую позицию в евроатлантическом формате, а с другой открывает для правящей группировки возможность постоянно лавировать буквально на «острие геополитической иглы», пытаясь выстроить собственную псевдосуверенную политику.

Роль «информационного циклона» выполнил визит министра обороны РФ С. Шойгу, который, наконец открыто сообщил о размещении в РБ российского авиационного полка, оснащенного истребителями-перехватчиками. Любопытно то, что практически одновременно с итогами встречи С. Шойгу с президентом РБ, с заявлением о возможности вернуть РБ статус ядерной державы выступил глава белорусской делегации на второй сессии Подготовительного комитета Обзорной конференции по Договору о нераспространении ядерного оружия. Поводом для столь «грозного» заявления в «северокорейском» формате стали «экономические санкции против Беларуси», которые, по белорусской версии, нарушают Будапештский меморандум.

Вопросы безопасности в международных отношениях со времен Вестфальского мира занимали приоритетное значение. По своей сложности и важности он на несколько порядков важнее любых других форм международного сотрудничества и отношений между государствами. Выход государства из режима нераспространения относится к той же проблематике, и требует серьезного рассмотрения, как, впрочем и появление на чужой территории иностранных военных баз…

В итоге, политический пруд «сдетонировал», что выразилось в целом каскаде возмущенных заявлений представителей белорусской оппозиции, считающей появление российской авиабазы свидетельством продажи России белорусского суверенитета. Естественно, если бы вместо российской базы появилась бы база НАТО, то белорусский суверенитет только бы окреп. Любопытно то, что по оппоненты режима как-то гораздо прохладнее, по сравнению с темой авиабазы, отнеслись к вопросу о ядерном статусе республики, что в целом позволило поставить несколько вопросов:

1. Почему именно сейчас в Западной Беларуси потребовалось открывать новую российскую базу?

2. Является ли появление в белорусском небе российских истребителей-перехватчиков свидетельством старта процесса перевооружения белорусской армии?

3. Чем обусловлена столь эмоциональная реакция белорусской оппозиции в отношении перспективы размещения в республике российской авиабазы?

4. Чем обоснованы столь жесткие угрозы официального Минска выйти из системы Будапештского меморандума?

5. Возможно ли появление на территории Беларуси российского или даже белорусского ядерного оружия.

1. Прежде всего необходимо отметить, что Россия постепенно, но неуклонно укрепляет свою оборону. Во всяком случае, после 2008 года что-то не слышно о желающих проверить федерацию на прочность. Можно много критиковать бывшего министра обороны России в плане коррупции, но в целом реформу, которую связывают с его именем, постепенно меняет лицо армии и флота.

Войска насыщаются новой техникой, повышается их боеготовность. Естественно, учитывая особенности современной войны, модернизации ВВС и ПВО придается первостепенное значение. Однако, важнейшее для безопасности основных российских мегаполисов западное направление с каждым годом внушает все большее беспокойство. Победные заявления белорусского руководства о силе белорусской армии и уверения, что кроме «мощного» белорусского ПВО до самой Москвы ничего нет, вызывает только усмешки, так как небо российской столицы обеспечивает целый корпус ПВО, имеющий на своём вооружении не только истребители-перехватчики, но и ЗРК С-400.

С белорусским надуванием щек еще можно было как-то мириться, если бы не встал вопрос о завершении формирования единой системы ПВО Союзного государства. До настоящего времени единое командование данной системы не сформировано. По отдельной информации Минск продолжает настаивать на назначении на данную должность белорусского генерала, что, естественно, блокирует проблему. Невозможно себе представить ситуацию, чтобы российские генералы подчинялись белорусскому…

Но это все мелочи. На самом деле, все гораздо хуже. Итогом политики администрации А. Лукашенко в военной сфере стало то, что за последние 20 лет белорусское ПВО просто развалилось. Своеобразным тестом стал шведский «плюшевый десант», во время которого иноземная легкомоторная авиация летала над крышами домов юго-западных микрорайонов Минска (4 июля 2012 г.). О наличии в небе над столицей республики чужих самолетов командование белорусского ПВО, как и президент РБ, узнали из Интернета.

Сложившаяся кризисная ситуация в системе ПВО Союзного государства стала нестерпимой. Свято место пусто не бывает, и если данный сектор неба не прикрыт, то контроль над ним будет обязательно перехвачен. Если белорусская сторона, чьи обязательства закреплены в ОДКБ и СГ РБ и РФ, не может отвечать за данный конкретный участок общего оборонного пространства, а как мы убедились летом прошлого года, белорусское руководство не в силах контролировать небо над собственной столицей, то такую ответственность должна возлагать на себя другая сторона - партнер по военному блоку или союзным соглашениям.

Понятно, что вопрос о войне не стоит, так как война между НАТО и РФ в реальности может быть только ракетно-ядерной и в этом плане белорусский «плацдарм» никак себя проявить не сможет. Определенными, но ограниченными возможностями по перехвату ракет обладает только ЗРК С-400, который, во-первых, пока не получил столь необходимую ему ракету (скоро получит), а во – вторых, его размещение в Беларуси до настоящего дня не планируется. Назначенные же к размещению в РБ самолеты (Су-30 или Миг-31) реально закрывают воздушное пространство республики на западном направлении, чего и добивается Россия.

Планируемая база будет российской, но белорусская сторона не останется в накладе, так как получит 4 дивизиона С-300. В России они постепенно заменяются на С-400. Можно ли считать, что с получением данных ЗРК начинается модернизация белорусских вооруженных сил? Это ответ на второй вопрос.

2. А. Лукашенко как раз и хотел бы, чтобы открытие в Беларуси российской авиационный базы рассматривалось, как начало подобного рода модернизации, заявив 26 апреля, «что касается авиационной базы, речь идет о поставке в наши Вооруженные Силы — в какой форме, мы будем договариваться: база или мы в существующие белорусские части поставим российские самолеты–истребители — этот вопрос обсуждается. Но сегодня нужны пару десятков самолетов, а мы покупаем только советские, ныне российские, самолеты Су–27 и МиГ–29, нужны такие или более современные самолеты, чтобы обеспечить неприкосновенность границ нашего государства»( http://www.sb.by/post/146972/). В данном случае, А. Лукашенко касается нескольких проблем:

- поставка в белорусские авиационные части современной техники российскую сторону не устраивает, так как опыт последних двадцати лет продемонстрировал, что белорусы в любом случае не в силах прикрыть западное направление (то керосина мало, то китайцы детали просят);

- А. Лукашенко заявил, что ему нужны двадцать новых самолетов. Действительно, такое количества истребителей, в общем, позволило бы прикрыть белорусское небо. К примеру, четыре Миг-31 (истребитель-перехватчик) контролируют воздушный фронт в 750-850 км. Однако, Су-30, к примеру, стоит от 85 до 100 млн. долларов. Двадцать самолетов обойдутся в 2 млрд. долларов. Естественно, таких денег у Минска на оборону нет и, с учетом специфики проводимой в Беларуси экономической политики, видимо никогда и не будет. Во всяком случае, при президентстве А. Лукашенко.

В данном вопросе белорусский президент может рассчитывать только на российскую благотворительность. Вот здесь и заложена главная проблема, которая касается не только военно-технического сотрудничества между Россией и Беларусью, но и всего комплекса взаимоотношений между партнерами по Союзному государству – это проблема доверия...

Отсутствие доверия превращает российско-белорусские отношения в минное поле. В жизни это проявляется в отсутствии как кредита для модернизации (стабилизации валютно-финансовой ситуации), годового нефтяного баланса, требовании Москвы подкрепить кредиты приватизацией, и т.д. и т.п. Весь переговорный процесс между Москвой и Минском пропитан взаимным недоверием. В этих условиях А. Лукашенко приходится играть тонкую игру, старательно демонстрируя, что между ним и Кремлем как раз полное и взаимное доверие.

Между тем, Кремль демонстративно игнорирует А. Лукашенко, не слышит его выпады-призывы, не критикует и не хвалит. А. Лукашенко используют, как антикварную мебель на очередных интеграционных саммитах.

Поставка современного оружия в белорусские вооруженные силы связана с целом рядом рисков, в основе которых и лежит глубокое недоверие к официальному Минску. Главный риск – перепродажа образцов оружия и связанных с ним технологий третьим странам (Китаю, Ирану, Венесуэле и т.д.). Москва не забыла и продажу А. Лукашенко в 1995 году тогда еще полностью секретного ЗРК С-300 в США. Минск, естественно, этот факт упорно не помнит.

Постоянно проводимые в белорусском медиа-пространстве пропагандистские кампании о некой «готовности» России поставить в Беларусь то ЗРК С-400, то ОТР «Искандер», а с 2012 года и современные боевые самолеты, говорят о том, что у Минска много заказчиков на перепродажу современного российского оружия. В Москве это учитывают.

Естественно, Минск может покупать российское оружие, которое ему с удовольствием продадут с солидной интеграционной скидкой, но в этом случае белорусские ВС получат экспортные варианты, с которых ничего не снимешь и не реализуешь в тот же Пекин. Уже второй год в Беларуси находятся 18 «индийских» Су-30к. Это почти те два десятка самолетов, о которых на прошлой неделе «тосковал» А. Лукашенко. Однако перепродать китайцам с них нечего и вопрос о судьбе этих самолетов так и не решен. В итоге у российского руководства сложилось мнение, что ПВО СГ не очень заботит А. Лукашенко. Он просто исступлённо ищет деньги, где можно и где нельзя.

Так что надежды белорусского руководства и провластного экспертного сообщества, что сейчас из России в Беларусь потечет новейшая техника остаются в разряде иллюзий. Кремлю проще в рамках ОДКБ разместить на территории Беларуси собственные базы. Целее будет…

А пока белорусские власти и командование вооруженными силами республики ломает голову, что делать с очередными парадами в текущем году, так как выставлять на них можно только подкрашенный утиль. Вот сейчас решают проблему с парадом к 9 мая…

3. Итак, с определенного момента Москве стало ясно, что А. Лукашенко нельзя доверять оборону даже части внешнего периметра Союзного государства. Но все-таки в основе решения о размещении на территории Беларуси российской авиационной базы находится задача обеспечения безопасности России. В данном случае Москва использует весь комплекс коалиционных соглашений и ее решение легитимно.

Если бы Беларусь вошла в состав НАТО, то и североатлантический блок имел бы полное право на размещение своих военных объектов в Беларуси. Так что это вопрос выбора самой Беларуси и её народа. Ведь на улице белорусской столицы что-то не видно демонстраций с требованиями вывода российских баз из страны и критикой военного сотрудничества с Москвой.

Возмущение белорусской оппозиции понятно. С появлением на территории Беларуси российских баз несколько иного порядка, чем загоризонтный радар и центр связи ВМФ РФ, ситуация с выводом страны из зоны влияния России усложняется на несколько порядков. Между тем белорусская оппозиция второе десятилетие позиционирует себя на Западе в качестве передового партизанского отряда, действующего против России.

Речь о Лукашенко тут не идет. С белорусским президентом оппозиции можно играть в выборы, строить между ним и Евросоюзом коммуникации, подталкивать евро-белорусский диалог – так как все это вполне укладывается в главную задачу – отбросить Россию все дальше на Восток. А. Лукашенко был абсолютно прав, говоря, что «Вот если бы я пригласил сюда базы НАТО, они бы (оппозиция – А.С.) молчали...»

Понятно, что Лукашенко в данном игре просто путается под ногами у Запада... Вот Москва и «укрепила» белорусского президента, чтобы не «маячил».

С другой стороны, белорусская оппозиция явно опаздывает. Чтобы резко повернуть белорусский геополитический вектор, если уж ей так хочется, надо было бы не к очередным выборам готовиться, а решать проблему недопущения А. Лукашенко участию в этих выборах. Или белорусская оппозиция думает, что кто-то из соседей республики будет ждать, пока они будут выбирать очередного «единого»? Оппоненты белорусской власти, да и сама администрация А. Лукашенко продолжают жить и работать в формате 1990-х годов, словно не замечая, что мир уже во втором десятилетии XXI века и ситуация вокруг Беларуси меняется кардинально. Пропаганда съела политику. Без остатка...

4. К разряду пропаганды можно отнести прозвучавшие на прошлой неделе угрозы Беларуси выйти из статуса антиядерного государства, зафиксированного 5 декабря 1994 года на саммите ОБСЕ в Будапеште. Присоединение РБ к Договору о нераспространении ядерного оружия было увязано с Меморандумом о гарантиях безопасности республики. Минск считает, что страны Запада нарушают данный Меморандум, подвергнув Беларусь «экономическим санкциям».

Стоит напомнить, что в Минске не в первый раз обращаются к Меморандуму, как к своеобразной международной индульгенции. В январе 2007 года в самый разгар российско-белорусского нефтегазового кризиса в Минске угрожали России, как подписанту Меморандума, принять против нее меры, так как она подняла цены на поставляемый в РБ природный газ. Однако в Меморандуме нет ни слова, что Россия должна бесконечно обеспечивать республику почти бесплатным газом.

Необходимо обратиться к тексту Меморандума. В нем, в частности, есть раздел, к которому как раз и апеллирует белорусское руководство: «(страны –гаранты обязаны – А.С.) воздерживаться от экономического принуждения, направленного на то, чтобы подчинить своим собственным интересам осуществление Республикой Беларусь прав, присущих ее суверенитету, и таким образом обеспечить себе преимущество любого рода".

Реальными экономическими санкциями против Беларуси можно было бы считать закрытие европейских рынков для белорусских нефтепродуктов и калийных удобрений. Но таких санкций нет и никогда не будет.

Если исходить из логики Минска, санкции направленные против белорусских трех десятков предприятий, необходимо считать действиями, направленными на подчинение Беларуси чужим интересам. В данном случае, запрет на деятельность «Белнефтехима» на американском рынке необходимо понимать, как подчинение Беларуси США? Визовые запреты являются угрозой белорусскому суверенитету? Сомнительно.

Дело в том, что в свое время автор этих строк был объявлен «угрозой национальной безопасности» и ему был запрещен въезд на территорию РБ на пять лет. Исходя из данной логики, получается, что ЕС и США считают двести с лишним белорусских чиновников, судей и олигархов угрозой своей безопасности и тоже не желают видеть их на своей территории.

С 2006 года из Республики Беларусь было депортировано более 100 россиян, т.е. против них были введены те же самые визовые санкциями. Получается, что белорусам можно, а их соседям нельзя? Неужели России пришло время обращаться к Меморандуму для того, чтобы упрекнуть в введении против нее визовых санкций со стороны страны, которой требовались гарантии безопасности в случае ее отказа от ядерного оружия. Бред, скажет читатель, но ведь именно столь бредовую формулу и защищает официальный Минск.

Кто-то может возразить, что визовые санкции не относятся к санкциям экономического порядка. Однако на прошлой неделе в среде белорусских экспертов прозвучало заявление, что визовые санкции против белорусских олигархов носят как раз экономический характер, так как стимулируются Россией (!), которая руками западных санкций расчищает себе поле для приватизации, естественно, «лакомых кусков» белорусских производственных активов. В общем, Березовский отдыхает…

Версия интересная, но как всегда не до конца продумана, что является ахиллесовой пятой АП РБ и выходцев из этой структуры. Во-первых, по идее, если благодаря западным санкциям у белорусских олигархов сокращаются возможности для их операций на Западе, то как раз им сейчас и надо сосредоточиться на рынках родной страны и приступить к приватизации, на которой так настаивала России при подготовке условий предоставления кредита АФ ЕврАзЭс в 2011 г.. Не об этом ли говорил А. Лукашенко 19 апреля, призывая хранить деньги в Беларуси, а не на Кипре? Может быть сам белорусский президент стимулировал визовые санкции против собственных олигархов, призывая столь своеобразным инструментом к конкуренции с российским бизнесом?

Во-вторых, стоит напомнить некоторым так называемым экспертам, что белорусские олигархи высшего, так сказать разряда, подверглись визовым санкциям за то, что они на самом деле являются «кошельками» А. Лукашенко. Их задача – оперировать деньгами «семьи» на мировых рынках. Эти люди и их капиталы никогда не смогут составить конкуренцию российскому бизнесу, так как за их спиной стоит белорусский президент, который имеет иные, гораздо более дешевые возможности для недопущения приватизации государственных активов.

Эксперты и лоббисты, которые сейчас активно бьются за снятие визовых санкций с белорусских олигархов, на самом деле воюют за финансовые ресурсы правящей «семьи». И вполне возможно - воюют осознанно…

5. Все разговоры о появлении на территории Республики Беларусь ядерного оружия относятся к разряду шовинистического бреда. У Беларуси нет возможности для создания ядерной бомбы.

Строится Белорусская АЭС, но, во-первых, она еще не достроена, а во-вторых, станция будет под российским технологическим контролем. Кроме того, за нее еще и рассчитаться необходимо (строится в кредит), прежде чем начать что-то «химичить» на реакторах. Неужели кому-то захочется повторить «успех» Чернобыля.

Власти могут сделать «грязную бомбу» из запасов радиоактивных материалов, хранящихся в республике, но эта «мусорная бомба» может быть только средством самоубийства белорусского народа, так как доставить ее куда-либо невозможно, у РБ нет носителей для ядерного оружия.

Ядерное оружие требует создание целой отрасли для его обслуживания. Ведь даже боеголовки необходимо испытывать… Но в случае обнаружения попыток Минска создать ядерное оружие, республика будет подвергнута просто лютым санкциям, сопоставимым с настоящей блокадой. К это блокаде несомненно присоединиться и Россия…

Заявления о том, что сама Россия рано или поздно введет на территорию РБ ядерное оружие являются провокационными, так как означают выход России из системы Будапештских соглашений 1994 г., фактически создавших безъядерную зону между блоком НАТО и РФ. Сомнительно, чтобы Россия пошла на конфликт по этому поводу с США, Великобританией и Францией.

Кроме того, некоторым белорусским «экспертам» стоит помнить, как таблицу умножения, простую политическую формулу: лучшим гарантом отсутствия на белорусской территории российского ядерного оружия является сам А. Лукашенко. Пока он сидит в кресле президента, никакого оружия массового поражения Беларуси не увидеть, как своих ушей. Александру Григорьевичу, по идее, даже лук со стрелами в руки давать нельзя. Всех лягушек в своем политическом болоте перестреляет.

А. Суздальцев, Москва, 29.04.13

0

117

Размышления о будущем

«Долго стоящий, да окопается» (окопный юмор)

В программной раскладке московского провайдера АКАДО канал 123 зарезервирован за «Беларусь ТВ». Переключив вечером на данную кнопку, можно посмотреть программу «Панорама». Это интересно и занимательно…

Стоит сразу отметить, что интерес к просмотру в данном случае исключительно профессиональный, так как на фоне почти тысячи телевизионных каналов АКАДО белорусский выглядит ремейком известного канала «Ностальгия», где можно посмотреть «Новогодний огонек» 1960-1980-х годов, «Клуб кинопутешествий» и запись программы «Время» с неизменным Л.И. Брежневым.

На «Беларусь ТВ» место Леонида Ильича прочно занимает Александр Григорьевич, а в остальном псевдоновостной ряд остается в стиле позднего советского застоя или современной Северной Кореи - бесконечное ликование народа на фоне каскада признанных во всем мире побед и успехов, которые назло многочисленным внутренним и внешним врагам творит воодушевлённый и трудолюбивый народ под постоянным и незаменимым руководством заботливого и проницательного президента. Все это, естественно, происходит на фоне непременной зависти соседей.

Белорусское телевидение,
которое в последние два года ощутимо деградировало, при известных ограничениях можно считать своеобразным индикатором состояния не столько страны, так как оно рассказывает о Беларуси в стиле кинофильма «Кубанские казаки», но в большей степени уровня адекватности руководства.

Естественно, было бы ошибкой полагаться исключительно на белорусское ТВ, но телевизионный «индикатор» свидетельствует, как, впрочем, и иные индикаторы социально-экономической и политической ситуации в стране – статистика и опросы(с понятными недоверием), наблюдения и интервью, а также реакции внешних сил на внутренние и внешние процессы, происходящие в стране, что Республика Беларусь находится в стадии политико-экономической стагнации. Причем сомнительно, чтобы высшее руководство страны понимало размах проблемы.

В конце 1980-х гг. такое политическое и социально-экономическое состояние огромной, но уже исчезнувшей страны назвали «застоем». Очень быстро данное слово стало политическим термином, символизирующим определенную стадию существования, как политического режима, так и общества.

Застой представляет из себя своеобразную точку бифуркации в политике и экономике конкретной страны, символизирующую агонию прежней политико-идеологической системы и деградацию экономики, задыхающейся без структурных экономических реформ.

1. С одной стороны, исчерпаны все материальные ресурсы старой экономической системы, испробованы все, включая административно-репрессивные, формы и методы стимулирования экономического роста. В этих условиях еще может продолжаться экстенсивной рост, формально может увеличиваться ВВП, что, тем не менее, не сказывается положительно на жизненном уровне населения, а скорее даже снижает его, так как инвестиции в экономику оказываются в ловушке отраслевых лоббистов и амбиций политического руководства (в конце 1990-х годов склады в СССР оказались забиты новейшим по тем временам оборудованием, целыми заводами, которые так и не были введены в строй). Постепенно экономика начинает напоминать терпящий крушение воздушный лайнер – он почти летит над взлетной полосой, но у него уже отвалился хвост, дымят двигатели, из салона вываливаются кресла с людьми. Нарастают внешние долги, появляется вал трудовой, а затем гражданской миграции… Катастрофа неминуема.

В принципе, в таком состоянии сейчас находится экономический потенциал КНДР. Сравнение ситуаций в двух странах по понятным причинам страдает известными ограничениями и условностями, но все-таки сейчас в мире только КНДР и РБ объективно наиболее близки, так как проходящие в них политические и социально-экономические процессы можно хотя бы как-то сопоставить. Итак, в Беларуси рабочие еще ходят на работу (главное не опоздать и отметиться на проходной), а затем работают на склад, так как продукция не пользуется спросом. В этом экономическом кризисе белорусские власти, как всегда, обвиняют Россию и Евросоюз.

По белорусской традиции, официальные оправдания властей являются полуправдой или полуложью (кому как нравится). Дело в том, что российская экономика действительно находится на пороге рецессии, для которой есть объективные и субъективные причины, но предрецессионная стадия пока не сказывается на импорте. Российский импорт не сократился, а скорее всего, в условиях ВТО, переориентировался, что для белорусской экспортной экономики оказалось крайне болезненным явлением. О том, что в условиях вступления РФ в ВТО, у белорусских экспортеров появятся проблемы, в последние два года в Беларуси не говорит только ленивый. А. Лукашенко не раз обращался к этой теме, но все только закончилось разговорами.

Понятно, что МАЗ – лучший грузовик на планете и автопром Европы, Японии и США, не говоря уже о России, могут только завидовать минским автомобилестроителям. Словам белорусского президента о том, что белорусскую продукцию «рвут из рук» и «выстраиваются в очередь» за ней можно даже охотно верить, цитировать и повторять утром перед завтраком, но это вопрос веры… Любая религия заканчивается тогда, когда в ее храмы не идут люди и не приносят пожертвования.

Действительно, европейская экономика в стагнации, но Евросоюз не является потребителем белорусских телевизоров, самосвалов, мебели, обуви, велосипедов, часов или молочных продуктов. Традиционно европейские рынки благосклонно принимают из РБ углеводороды… и только
. Более того, поставка белорусских нефтепродуктов в Евросоюз за первый квартал 2013 года даже подросла.

Так что проблема затоваривания складов не в том, что «российский рынок просел» или на поставках сказывается «сезонность», а в том, что «просел» белорусский промышленный потенциал. Он не востребован.

Дополнительным свидетельством данного уже видимо необратимого процесса является то, что национальный белорусский рынок частично формируется административным путем. Белорусская продукция (к сожалению, частично это уже относится и к продуктам питания) не отвечает потребностям населения, которое частично перешло на самообеспечение импортными товарами. Проблема в том, что страна не изолирована от соседей, люди инстинктивно подтягивают свой потребительский формат к центрально-европейскому и российскому стандартам и все больше внимания обращают на соседские рынки. Вот тут уже можно говорить о практически полном совпадении с ситуацией в КНДР, где солидная часть населения живет китайской контрабандой или работает кустарным образом на Китай.

Итак, солидная часть белорусской экономики сейчас работает вхолостую. Понятно, что такая ситуация, согласно заявлениям высшего руководства страны, видимо в очередной раз подтверждает «правильность» экономической политики администрации А. Лукашенко. Возможно… Ведь рабочие получают умеренную заработную плату и не выходят на улицу с плакатами строить баррикады. С другой стороны понятно, что зарплата не имеет ничего общего с производительностью труда и экспортом.

В КНДР рабочие тоже ходят на работу, где, как и в Беларуси, им необходимо обязательно отметиться на проходной (административный фетишизм – нечего по улицам шляться). Весь рабочий день работяга сидит у неработающего станка, так как производить не из чего, да и нет смысла, так как на столь допотопном оборудовании можно выпускать ретро-продукцию, которая выглядит экзотикой на фоне того, что поставляет находящийся буквально «за забором» Китай. Естественно, об экспорте и речи нет.
Тут уже вовсю идут процессы деиндустриализации. ..

Понятно, что и в Беларуси, и в КНДР, а в свое время и в СССР времен застоя большая часть предприятий выполняло и выполняет не производственную, а скорее социальную функцию, о чем, как о достижении говорят в проправительственном белорусском экспертном сообществе. Но работа на склад во втором десятилетии XXI века означает только то, что деиндустриализация набирает ход и власти не могут её затормозить.

В этих условиях попытки властей остановить распад индустриального потенциала республики планерками и угрозами в адрес Совета министров и МИДа, которые, засучив рукава, должны подобно коробейникам, носиться по мировым рынкам и сбывать трактора, выглядят экзотично. Никакой настоящий хозяин не будет содержать производство, которое производит никому не нужную продукцию. Авторитарный лидер же, озабоченный только своим имиджем и сохранением власти, будет искать дотации и подачки, чтобы все оставить как есть…

2. С другой стороны, социально-экономический блок руководства страны дезориентирован, так как задача сохранения власти в руках правящей группировки, какой бы монопольной партией или структурой она бы не прикрывалась, резко сужает возможности выбора радикальных мер, выводящих социально-экономические процессы из замкнутой петли застоя. Использование формулы «все, что хорошо для удержания власти – в интересах страны и народа» в тактическом формате приводит к расхождению интересов правящей группировки и населения, а в стратегическом плане к неизбежной потере власти. Вопрос только во времени. Но вопрос о доверии остается главным. Он лежит в основе легитимности любой власти, не говоря уже о президенте, претендующем на пятый срок. Потеря доверия населения опять таки неминуемо ведет к усилению силовой компоненты власти. Вакуума не будет.

Это процесс идет. Меньше доверия – больше репрессий… В итоге, национальный лидер, который полтора десятка лет назад вызывал массу симпатий, неуклонно превращается в символ репрессий, насилия, произвола и какого-то животного садизма. Жестокость становится одним из символов государства, ей гордятся, ей бахвалятся. Угрозы и публичные истерики превращаются в постоянный фон политической и административной деятельности.

Проблема в том, что все эти истерики уже никого не пугают, так как за спиной А. Лукашенко ничего нет и это очень хорошо известно. У него нет ресурсов, денег, стабильной власти, безусловной поддержки населения… Он побирается у кремлевской стены и одновременно «строит глазки» Европе... И он продолжает безудержно себя расхваливать и кокетничать, причем зачастую перед самим собой, как перезрелая политическая кокотка, т.е. вести себя, как типичный авторитарный лидер в преддверии ухода в историю. Поэтому все его грозные заявления и «последние предупреждения» вызывают улыбку в стиле юмористических телепередач, где его образ уже давно и прочно прописался.

В этом как раз и заключаются зримые приметы застоя и начавшегося распада, так как в первую очередь эти процессы начинают сказываться на власти. Больной, безжизненный Л. Брежнев и пришедший ему на смены после двух полуживых наследников (Андропов и Черненко) суетной и болтливый М. Горбачев символизировали вырождения советского режима.

Это нам сейчас, по пришествию времени кажется, что советский строй рухнул сам по себе. Стоит напомнить, что он пользовался поддержкой не только огромного партийно-советского аппарата, мощных силовых ведомств, но и солидной части населения, которое было уверено, что в основе строя лежит «здоровое начало» и надо только обратить внимание на «ошибки», а нерадивых исполнителей – чиновников заставить трудиться. Однако, забегая вперед, стоит напомнить, что все эта поддержка не была реализована, когда режим стал рушиться… даже в момент путча октября 1993 г. Причина проста – власть стала пожирать сама себя.

…Адольф Гитлер любил собак и считал, что его овчарка Блонди понимает его лучше любого из его близких и свиты, что потом не помешало ему в итоге отравить своего питомца, чтобы проверить эффективность яда…

Титаник

Исполнительную вертикаль выстраивает руководство страны – создает структуру, набирает и отбирает людей, обучает их, настраивает, оплачивает, лечит, обеспечивает некими благами и привилегиями, призванными компенсировать этим людям упущенную прибыль, которую он могли получить, работая не на государство, а на себя, обеспечивает им старость и, когда это необходимо, безопасность. При одном условии: если этот аппарат не достается ему от предшественников, что тоже не проблема... Глава государства за долгие годы своей власти именно в аппарате чиновников создает образ своих мыслей, целей, намерений и планов.

И вот происходит момент, когда руководство страны начинает подставлять свой аппарат, ловко направляя на него недовольство населения. Глава государства начинает травить собственную вертикаль, сдавая людей, воспитанных в преданности к нему и обученных исполнять его пожелания. Фактически их начали сбрасывать за борт, чтобы облегчить правительственный «Титаник». В общем, не нашлось места в лодках… Это верный признак того, что «пробоина» в правительственном «корыте» огромна и власть суетится и ищет, чем был заткнуть дырку. В ход идет все, в том числе и люди, которые, естественно, самый расходный материал. Так было в последние годы СССР (травля партаппарата, избрание директоров и т.д.), так сейчас в Беларуси и Северной Корее.

Доколе…

Министр вооружений третьего рейха А. Шпеер вспоминал, что во второй половине 1944 и в начале 1945 года А. Гитлер много времени уделял рассматриванию огромного макета перестройки своего родного года Линца. Включал подсветку, фантазировал, как восторженные гости города будут ходить по улицам, созданным или перестроенным в соответствии с его, фюрера, представлениям о современной архитектуре.

Находясь на краю могилы, Гитлер инстинктивно пытался вернуться в ту сферу, в которой он чувствовал себя профессионалом. Буквально шестым чувством он понимал, что будущего у него нет, цели его фантазий недостижимы и ему ничего не остается, как свои силы он пытался черпать из прошлого.

Обратим внимание на встречу А. Лукашенко со студентами Белорусского государственного аграрного университета. Белорусский президент говорит, что «все поля в резиденции в идеальном порядке, кошу, чтобы поддерживать форму. Ну и у меня своя же ферма - козы, овцы, коровы, и поэтому отчасти сам должен обеспечивать кормами животных… Если приедете ко мне в резиденцию, то увидите штабеля дров. Минимум два-три раза в неделю рублю дрова, пока косить нечего. Это очень хорошая нагрузка. Рублю дрова, немного себе оставляю для бани, а остальное - отдаю людям, проживающим рядом в деревнях». Перед нами не просто образец лжи, так как реальная жизнь белорусского президента не представляет какой-то тайны, а скорее диагноз.

У белорусского президента хватает хлопот: у него немало проблем с сыновьями-дочерями; он мучается опасениями, что его «отравят, как Чавеса»; он никому не доверяет и инстинктивно ощущает невероятную ненависть к себе даже от ближайшего окружения. Но в этой жизни, конечно, нет коров, коз и овец, которых А. Лукашенко в своей фантазии пасет и доит в свободное от управления государством время, а навоз разбрасывает по «идеальным полям», окружающим его резиденцию. Стоит только посмотреть на Дрозды со спутника (http://binged.it/18njy5B), чтобы убедиться, что никаких там полей нет и в помине, как, впрочем и ферм, отравляющих воздух в резиденции. Есть газоны, кусты и лес.

В данном случае, зная образ мыслей белорусского президента, который, как традиционный авторитарный деятель, всегда будет пытаться заискивать перед аудиторией, можно было бы считать, что А. Лукашенко пытается выдать себя за «своего». Классическим примером является его вошедшее в историю заявление на встрече с ветеранами Великой отечественной войны, что и его отец погиб на войне. Однако «коровы и овцы» - это нечто более важное. Это символ той жизни, в которой А. Лукашенко чувствует себя уверенно, чем в той сфере, где он должен принимать решения…

Белорусское общество, политический класс, да и высшая номенклатура должны со всей ответственностью понимать, что А. Лукашенко давно и серьезно болен.
Состояние его ухудшается. Ему уже не угнаться за тем же В. Путиным, который смог 5 часов в прямом эфире отвечать на вопросы страны.

Развязка этой почти двадцатилетней истории может наступить в любой момент.
Ведь А. Лукашенко не какой-то Кащей Бессмертный. Между тем, механизма преемничества (передачи власти) в стране нет и не будет.

Видимо имеет смысл посмотреть на расстановку политических сил, оценить внутренние ресурсы и уровень внешнего влияния, чтобы составить несколько сценариев неудержимо накатывающего на эпоху Лукашенко пока непрозрачного будущего. Будущего Беларуси без Лукашенко.

Продолжение следует

А. Суздальцев, 05.05.13, Москва

0

118

Размышления о будущем. Часть 2.

Есть баррикады, по одну сторону которых – пусто. (Станислав Ежи Лец)

Обиды

Президент Республики Беларусь А. Лукашенко так и не вышел на лед завершившегося в Сочи любительского хоккейного турнира. Интересно то, что, несмотря на укоренившуюся в спортивном мире республики примету («если президент присутствует на матче, белорусы обязательно проигрывают»), отсутствие А. Лукашенко не спасло команду президента РБ от позора. Сочинский турнир со всей очевидностью продемонстрировал, что любительского хоккея в Беларуси нет, а есть традиции махинаций с составом команды и организации договорных матчей по принципу «Ну дайте Батьке забить, что вам жалко, что ли?». Сейчас «забили» самому Батьке...

Проблема, конечно, не в «агрессивном Александре Медведеве (президенте КХЛ), как считает белорусское телевидение, а в том, что белорусы в России настолько привыкли к исключениям и уступкам в свой адрес, что когда их «ставят в строй», то сразу возникает каскад обид и скандалов.

Это очень важный признак фрагментированного политического класса – постоянные обиды и взаимные претензии. Примеров, как внутренних, так и внешних, можно привести массу. На российском векторе: обида А. Лукашенко на руководство РФ, которое не удовлетворяет его постоянно растущий валютно-ресурсный аппетит, обида белорусского политического класса на Россию, которая с одной стороны поддерживает белорусскую экономику, не давая ей окончательно развалиться, опасаясь еще больших кризисных расходов на Беларусь в рамках уже существующих интеграционных проектов, а с другой стороны, использующую Беларусь для решения своих экономических и военно-стратегических задач. Кроме этого, обида общества на Кремль, который «не убирает Лукашенко», обида населения на то, что его обманули в 1994 году и загнали в коридор безысходной нищеты, заставляющей людей покидать свои дома в поисках достойной заработной платы за рубежом и т.д. и т.п. По другим векторам еще скучнее. В общем, какая-то глобальная обида, живущая в политическом классе на психологическом уровне блокирует развитие политического рынка.

Революция

Хотя принято говорить о связке «обида - месть», в реальности обида – синдром, в общем-то, пассивный. Дело в том, что не рискуют обижать тех, кто сильный или сильнее, а слабость, как правило, провоцирует нанесения обид.

Обида очень мало стимулирует к действию (мести), вызывая скорее политическую демагогию, безудержную комплиментарность в свой адрес, и многочисленные претензии к властям и внешним силам. В результате Беларуси, ее народу и политическим силам, включая власть и оппозицию, все оказываются «должны» – Россия, Евросоюз, США и т.д. На фоне то ухудшающегося, то улучшающегося социально-экономического положения населения в контексте господства иждивенческих политических и социальных ожиданий, говорить о народном восстании или революции («когда у народа лопнет терпение»), не приходится.

Но и здесь не все безнадёжно, так как есть своеобразный политический феномен, характерный для застойных авторитарных режимов – народное сопротивление. Но о нём стоит поговорить несколько ниже…

Как свергается авторитарный режим

Авторитарный режим свергается на пике политического резонанса различных политических сил в период завершения периода полураспада властной структуры.

Период полураспада авторитарного режима – это как раз то состояние политической и социально-экономической жизни, что и рассматривалось в первой части. Проблема в том, что в белорусской ситуации нет ничего позитивного. Это необходимо объяснить. Дело в том, что авторитарный режим не сваливается на голову сам по себе. Его невозможно насильно насадить, во всяком случае, надолго. Современный авторитаризм, как правило, пуповиной связан с аграрно-индустриальной стадией развития общества. Отсюда, к примеру, бесперспективность авторитаризма в России. Российское общество давно вышло из аграрно-индустриальной стадии и авторитарные методы руководства страной не востребованы её политическим классом.

В Беларуси все сложнее: общество и политический класс остаются в рамках аграрно-индустриальной стадии. Авторитарной модернизации, по примеру Тайваня и Южной Кореи, Беларусь так и не дождалась. Возможно, белорусское руководство понимало, что если оно воспользуется практически идеальными условиями конца 1990-х – начала 2000-х годов и проведет быструю и широкомасштабную модернизацию, то режим окажется в роли собственного могильщика. Стоит только вспомнить судебные процессы над южнокорейскими диктаторами.

Вместо модернизации строили ледовые дворцы, резиденции, покупали самолеты и составляли финансовую базу «семьи». Когда необходимость модернизации стала очевидной, когда оказалось, что уйти от нее невозможно, то организовали пропагандистскую кампанию, призванную создать впечатление, что Беларусь вступила в стадию модернизации.

Важнейшим условием свержения авторитарного режима является потеря им легитимности.
Как правило, это объективный процесс, так как основой авторитаризма являются несменяемость власти и декоративность выборов. Общее недоверие к любым, возможно даже относительно честным выборам, буквально разрушает электоральную легитимность. Бесконечная череда президентских сроков просто съедают имидж главы государства, востребованного народом.

С разрушением легитимности в Беларуси все в порядке. Рушится на глазах. Гораздо сложнее с правящей группировкой. Есть несколько условий, необходимых для свержения режима и связанных с ситуацией внутри самой власти. Прежде всего, мы должны видеть внутренние конфликты, наметившиеся расколы правящей элиты. Появление внутренних «отступников» и «предателей», которые выходят на внешние силы (только внешние!). Важнейшим индикатором можно считать получение силовыми ведомствами статуса политических игроков.

В нашем случае для анализа внутренней ситуации в правящей группировке РБ не хватает информации. По косвенным признакам понятно, что верхушка власти не едина, в ней есть различные мнения и даже противоположные геополитические ориентации. Силовые ведомства не дружат друг с другом и борются за доступ к ресурсам. Нестабильность политики и эмоциональные всплески главы государства осточертели большей части правящей элиты

Элита озабочена сохранением и преумножением уже появившихся состояний и стабильности политической ситуации. Ей хочется легальности, свободного передвижения по миру, приема в сливки европейского общества, гарантий для будущего детей и наследников. Враг этой мечте – Александр Лукашенко со своей маниакальной привязанностью к креслу президента и постоянными угрозами и выходками в духе повести М.Е. Салтыкова-Щедрина «История одного города». Все устали… Людям хочется покоя и стабильности. Им хочется зайти в кабинет с уверенностью, что не вылетишь из него через пару часов, да еще с наручниками, а спокойно закончишь рабочий день. Им не хочется краснеть перед семьями, когда те видят на экране, как их дорогому человеку тычут в лицо и обещают «посадить». Понятно, что А. Лукашенко ненавидят, и многие из его окружения думают, что они «справились бы лучше».

Естественно, важным условием для свержения режима должно являться народное сопротивление в стиле площади Тахрир или набегов киргизского плебса на комплекс правительственных зданий в Бишкеке. На фоне непризнания итогов выборов эти факторы могут привести к варианту «цветной революции». Но для этого необходима боеспособная оппозиция, не являющаяся структурной по отношению к авторитарному режиму, ориентированной на борьбу, а не на «скрытое» сотрудничество в различных формах.

Все эти внутренние условия должны сочетаться с согласованным давлением со стороны внешних сил, способных создать своеобразный внешнеполитический вакуум вокруг авторитарного режима, блокирующий попытки запустить механизм «маятникового движения». Примером такой блокады можно считать согласование позиций США и России в отношении судьбы режима Бакиева в Киргизии.

Однако стоит сразу отметить, что внешние силы, естественно, могут подталкивать или стимулировать формирование внутренних условий, но крайне осторожно. В этом случае, как правило, экономические и геополитические интересы доминируют. Так что выборы не признаются, но посольства остаются и президенту вручают верительные грамоты новые послы. Торговля идет бойко, а санкции носят демонстрационный характер.

В рамках данной, очень упрощенной парадигмы, можно обвинять в поддержке режима как Россию, поставляющая в Беларусь дешевую нефть, так и Евросоюз, радостно покупающего за столь нужную А. Лукашенко конвертируемую валюту белорусские нефтепродукты. Естественно, ЕС и не помышляет о закрытии энергетических рынков для импорта белорусских углеводородов, что, однако, не очень беспокоит белорусскую оппозицию…

В итоге, можно констатировать, что пресловутого политического резонанса, при котором режим может быть уничтожен, в Беларуси пока не наблюдается.

Зато есть белорусское общество, которое в той или иной степени довольно А. Лукашенко, а также есть политический класс, который воспринимает авторитаризм как нечто естественное. До сих пор в Беларуси популярны мнения, что «сильная рука» обеспечит и безопасность и благосостояние. И ничего, живут, а некоторые даже неплохо…

Кому при Лукашенко жить хорошо?

Многим. Многие, воспользовавшись созданной при первом президента РБ квартирной пирамидой, обзавелись за годы его власти жильем, да не одним. Солидная часть населения, веря официальной пропаганде, уверена, что А. Лукашенко сдерживает коммунальные расходы и рост цен на продукты питания. При этом большинство жителей республики продолжает истово верить в то, что вокруг, а тем более в России, живут еще хуже…

Банкиры, обслуживая финансовые потоки «семьи», практически освобождены от изнурительной конкуренции и качают деньги с каждого привлекаемого кредита, с каждой тонны и кубометров поступающих в страну углеводородов.

Олигархат, выступая в роли доверенных лиц «семьи» в финансовой и бизнес-сфере, защищен всей мощью государства, что позволяет ему и себя не забывать.

Директорат, с легкостью отбив во многом декоративный натиск приватизации 2011 года (приватизационные обещания А. Лукашенко в преддверии получения кредита ЕврАзЭс), продолжает окутывать государственные предприятия сетью фирм-однодневок, высасывающих ресурсы, поступающие на поддержание госсектора.

Силовики ориентируются исключительно на получение от государства различного рода бонусов и привилегий, демонстрируя готовность выполнить любой приказ «семьи».

Более-менее здравомыслящая часть белорусского общества, понимает, что А. Лукашенко выполняет крайне сложную и политически бесценную для современной Беларуси роль попрошайки – скандалиста, вытягивающей из России столь необходимые для выживания Беларуси ресурсы и обеспечивающий доступ к российскому рынку. Творчески перемежая шантаж с мольбами, белорусский президент в реальности кормит страну за счет соседней державы и её народа (дотации, как правило, ложатся на российский бюджет). Необходимо отметить, что и политический класс Беларуси и население прекрасно понимают за чей счет банкет, но даже самим себе признаться в этом не могут.

Однако здесь тоже возникает политико-психологическая проблема. Автор этих строк в конце 1980- годов (1988-1990) имел возможность пообщаться со значительным количеством представителей белорусского общества. Абсолютное большинство было уверено, что в случае получения Беларусью независимости, республика «заживет». Эти иллюзии на политическом плане проявились очень быстро. Беларусь первая ввела собственные деньги («зайчики»), раньше Литвы, Латвии и Эстонии обзавелась таможнями в стиле «к нам вези, от нас – не вези»…

С 1991 по 1994 год высшее руководство страны фактически обкрадывало Россию, используя экономические рудименты советской эпохи, включая еще принимаемый в Москве советский рубль, но в целом иллюзии постепенно развеялись. Жить стало не за что…

Дилемму «как выжить, чтобы за белорусскую экономику отвечала Россия, но при этом Беларусь осталась суверенной и независимой» взялся решить А. Лукашенко («запущу заводы») при помощи долгоиграющей интеграции, годами меняя обещания на реальные ресурсы.

И это многих устроило.

Но с годами выросли аппетиты, захотелось жить, по меньшей мере, как в Польше, а не в Болгарии. Получаемая из России финансовая, ресурсная и поддержка стала привычной и планируемой. И зачем тогда А. Лукашенко? И так Россия все поставит… Неблагодарность народа – фактор, который должен учитывать любой правитель…

Население Беларуси не готово к реформам, не принимает и не примет тяготы с ними связанные. А свержение режима в любом случае такого рода реформы, которые давно прошли «менее удачливые соседи», «завидующие белорусам», делает неизбежными. Продвинутая часть белорусского общества понимает, что реформ не избежать, но им хочется, чтобы за них заплатил кто-то другой и реформы прошли как по волшебству: проснулся утром, а на месте Минска новый Манхеттен и все на «Мерседесах»… А соседи опять завидуют-завидуют…

А. Лукашенко этими фантазиями как раз и играет…

И все-таки, остается масса вопросов:

- почему внешний фактор не является ведущим в процессе ликвидации белорусского авторитарного режима?

- присутствует ли на внутреннем политическом поле серьезный противник правящего режима?

- роль политического форс-мажора и его последствий для будущего Беларуси?

- кто заменит А. Лукашенко?

И это ещё не все…

Продолжение следует

А. Суздальцев, Москва, 12.05.13

0

119

Размышления о будущем. Часть III

В шесть лет я хотел быть Колумбом, в семь - Наполеоном, а потом мои притязания постоянно росли. (Сальвадор Дали)

Преамбула

Кремль отправил в отставку Владислава Юрьевича Суркова. Это долгожданное для кого-то событие оказалось стартом для масштабной политической интриги, которая сейчас на наших глазах активно разрастается в среде российского политического класса. Столь знаковая отставка в высшем руководстве России не могла не вызвать весьма противоречивых откликов в странах – соседях федерации. СМИ Украины, Казахстана, Грузии, Молдавии не только откликнулись на новость из Кремля, но активно ее прокомментировали. Молчит только Минск…

Это тем более любопытно, что белорусские государственные печатные и электронные средства массовой информации обычно очень активно реагируют на кадровые изменения в Кремле и российском Белом доме, злорадствуя над судьбой тех российских чиновников, которые в бытность нахождения на своих постах сталкивались за столом переговоров с белорусскими просьбами-требованиями. Между прочим, стоит кое-кому напомнить, что Приходько вернулся… Да он и не уходил далеко. А вот по поводу судьбы В. Суркова Минск как воды в рот набрал…

Данное наблюдение напрямую относится вопросу: почему внешний фактор не является ведущим в процессе ликвидации белорусского авторитарного режима?

Где найти Беларусь?

Это исключительно болезненная тема для белорусского общества, так как она связана с местом и ролью Беларуси на политико-экономической карте, как собственного региона, так и остального мира.

Действительно, Республика Беларусь для основных своих соседей – России, Украины, Польши является относительно небольшим государством. К примеру, по площади республика равна Свердловской области. Близок и размер ВВП Екатеринбурга и Беларуси. Не более того…

Для Литвы, Латвии и Эстонии Беларусь даже в период авторитаризма имеет важное региональное значение. Беларусь всегда активно использовала стагнацию в балто-российских отношениях, стараясь заместить Москву в тех секторах взаимоотношений с балтийскими государствами, которые Россия по политическим причинам оставила. В итоге, российская нефть ушла из Вентспилса, чтобы потом туда вернуться уже в виде белорусских «растворителей». Но Балтия - это единственный вектор, где влияние Беларуси носит объективный и относительно долговременный характер, пока, во всяком случае, не наладятся отношения балтийских стран с Москвой, что вряд ли возможно в обозримом будущем.

По остальным векторам Беларусь остается объектом политики своих соседей. Ее роль на региональной и международной арене минимальна и страна оказывается в колонке мировых новостей исключительно благодаря эксцентричности своего президента.

Беларусь является экономическим карликом, односторонним потребителем технологий. Современная наука отсутствует. Ресурсы ограничены и большей частью, за исключением одной-двух позиций, интересны только для внутреннего рынка. Инвестиционный потенциал незначителен. Внутренний рынок, между прочим, очень небольшой и бедный, к тому же перекошен постоянными попытками административного регулирования.

Государственный промышленный сектор, занимая монопольное положение в экономике, неуклонно деградирует без новейших технологий и инвестиций, теряет рынки, работает на склады. В тоже время, несмотря на массу ограничений, внутренний рынок затоплен импортом.

Основную часть конвертируемой валюты страна зарабатывает перепродажей российского сырья с минимальной переработкой. Нет и какой-либо экономическо-технологической специфики, позволяющей надежно удерживать какие-либо, пусть и небольшие, сектора мирового рынка.

Транзитный фактор, который является природным богатством Беларуси, в XXI веке благодаря политическому режиму во многом потерял свою значимость. Переговоры по поводу строительства второй очереди газопровода «Ямал-Европа» без белорусской стороны продемонстрировали современный транзитный статус республики.

Страна далека от роли региональной культурной столицы. Национальная культура потрясающе провинциальна, находится на фольклорном этапе, который использован уже на 300%, что заставляет выпускать на международную арену исполнителей с номерами, за которыми не ощущается страна - с арабскими мотивами, музыкальным копирайтом, ставкой на эротику, т.е. с тем, что привычно для клубов «золотой молодежи» и стриптиз-баров.

Имидж Беларуси, как не прискорбно это писать, все больше ассоциируется с одной стороны с казино и масштабной проституцией, а с другой - жестким авторитарным режимом, политическими заключенными, масштабной зависимостью от России, постоянными международными скандалами. Страна интересна, как последний заповедник социализма, условный аналог Северной Кореи в Европе.

Признать эту данность белорусам сложно, если вообще возможно. По традиции, такого рода оценки вызывают шквал обвинений автора в том, что он «не любит Беларусь», «в России еще хуже» и т.д. Что на это можно сказать: в России, естественно, еще хуже, там вообще народ на улицах мрет и закусывает мертвечиной. И все хотят перебраться в Беларусь. Но нас все-таки в данном случае волнуют не жуткие картины в распавшейся и нищей «Рашке» (с некоторых пор это слово заняло прочное место в русском языке, практикуемом в Беларуси), а процессы, протекающие в Беларуси. Вряд ли кто найдет возможность помешать нам высказывать мнение по этой теме.

Возвращаясь к проблеме международного позиционирования республики, мы должны понимать, что, естественно, гражданам республики хотелось бы, чтобы их страна, её влияние и значимость ощущались далеко за пределами Беларуси, что нормально. Родиной, конечно, хочется гордиться, что, опять -таки естественно… Но это сложный процесс, который требует десятилетий упорного труда, стимулирования медленного роста авторитета и уважения соседей.

Однако, молодому политическому классу, включая правящую группировку, как правило, не терпится… Отсюда попытки переписать историю, объявить врагами тех, с кем столетиями были вместе и в горе, и в радости, дабы приватизировать чужие достижения. В этом же арсенале поиски белорусских корней у известных в мире представителей науки, искусства, бизнеса, мировой политической элиты.

К примеру, в последнее время в Беларуси раскрутили пропагандистскую кампанию вокруг российского космонавта Олега Новицкого, которого преподносят исключительно в статусе «нашего космонавта». Это, безусловно, ставит определенные вопросы перед Россией, гражданином которой Новицкий является. Стоит напомнить, что именно в России, по идее, космонавту и дальше строить свою уже космическую карьеру. Но с другой стороны, если Новицкий в интерпретации белорусских СМИ является «первым космонавтов суверенной Беларуси», то пусть Беларусь и запускает его в космос...

Это не шутка. Стоит обратить внимание на следующий материал: «Беларусь и освоение космоса» ( http://www.belta.by/ru/articles/dossier … i_603.html), где на полном серьезе, с цитированием белорусского президента, утверждается, что «мы запустили свой спутник», «Беларусь стала космической державой», «готовы уже сами изготавливать спутники». Видимо, есть на чем Новицкому летать и с родных белорусских космодромов…

Между тем, второй год ждем появления новых белорусских спутников, которые, как заявлял А. Лукашенко, уже заказали целый ряд стран и Беларусь готова их производить. Кроме того, в статье отмечается, что «22 июля 2012 года Беларусь с космодрома Байконур в Казахстане успешно запустила собственный космический аппарат, благодаря чему стала космической державой и полноправным членом клуба космических держав» (там же). Беларусь использует Байконур для запуска своих ракетоносителей? Но именно так надо понимать данное утверждение. Между тем на фотографиях изображена российская ракета… Как она туда попала? Может мимо пролетала?

В вышеуказанном материале ни одним словом не упоминается Россия, благодаря которой и был создан спутник для Беларуси, который выведен на орбиту российской ракетой.

Как уже не раз отмечал автор этих строк, космической державой может считаться только та страна, которая имеет свои носители. Беларусь не имеет своих ракет. Новицкий летал в космос на российском космическом корабле, в статусе российского космонавта, поэтому все кампании в формате «наш космонавт» сродни мелкому воровству чужой славы и чужих достижений.

Беда в том, что история с «белорусским» космонавтом начинает напоминать аналогичные истории с пресловутыми «белорусскими» экспедициями в Антарктиду – в составе российских антарктических экспедиций, на российских исследовательских судах, на российских станциях на ледовом континенте.

Есть и иной пример. Во время последнего визита белорусского президента в Армению, А. Лукашенко как бы случайно обронил: «Мы строим АЭС». Весьма важное заявление, подразумевающее, что РБ является одной из немногих стран в мире, имеющих развитую ядерную отрасль, позволяющую сооружать современные мощные атомные станции. Между тем, таких стран в мире совсем немного – США, Франция, ФРГ, Япония и Россия. Китай может строить станции невысокой мощности. Видимо А. Лукашенко «забыл», что АЭС в РБ строит Россия на деньги российского кредита. В общем, привирают и приворовывают…

Интересно, что когда такие вопросы со стороны России поднимаются, то с белорусской стороны звучит традиционный ответ: «Ну, что вам жалко… Сколько той Беларуси, не обеднеете…».

А. Лукашенко, не желая приватизации белорусских промышленных предприятий российскими корпорациями, не может себе отказать в приватизации… самой России. Во время своих зарубежных визитов, он зачастую высказывается от лица России, российского руководства, рассчитывая искусственно, за счет соседнего государства, поднять имидж как своей персоны, так и «своей» Беларуси.

Над этим можно смеяться, но на самом деле привлечение такого рода методов свидетельствует о том, что политический режим, как и часть белорусского общества на самом деле испытывают сложные психологические комплексы, связанные с самоидентификацией и определением реального международного потенциала своей страны. Не только у населения, но и у руководства присутствуют завышенные представления о роли Беларуси на международной арене.

На самом деле?

В реальности, все значительно хуже. Беларусь и белорусская проблема является неотъемлемой составной частью современного политического поля Европы. А. Лукашенко выступает в роли политического регионального «джокера». В нужный момент Запад его использует в качестве оружия против России (2008-2010 гг.) или Россия, введя Беларусь в интеграционные проекты, фактически перехватывает политическую инициативу (2010-2013). В общем, А. Лукашенко в колоде и политическая росийско-европейская игра была бы без него неполной. Как только одна из сторон начинает проявлять политическую волю к разрешению белорусской проблемы, так другая немедленно бросается на помощь А. Лукашенко, чтобы восстановить статус-кво.

И Евросоюз и Россия решают в Беларуси свои проблемы и добиваются выполнения собственных целей. Проблема только в экономических и политических издержках. И Брюссель и Москва считают, что эти издержки зашкаливают и А. Лукашенко «требует не по чину». Но не более… Проблема в том, что вывести «джокера» из политической колоды означает только одно: надо брать на себя ответственность за судьбу этой страны и народа. Запад, как выяснилось после украинской оранжевой революции и прихода к власти в Киеве оранжевой коалиции, на подобные жертвы не способен. Сейчас Брюссель требует свободы Юлии Тимошенко.

Между прочим, даже теоретически задачи перед ЕС на белорусском направлении, стоят очень масштабные: заменить Россию в качестве спонсора (10-12 млрд. долларов), начать процесс приема Беларуси в Евросоюз (вперед Турции, Украины и Сербии), развернуть структурные реформы, обеспечить работой население республики и т.д. и т.п. Справедливости ради необходимо отметить, что у ЕС есть опыт таких преобразований в странах Балтии, особенно в Латвии.

У России проблем не меньше: А. Лукашенко обходится все дороже, его режим все больше приобретает черты отвратительной разлагающейся властной вертикали, белорусский президент объективно является угрозой для дальнейшего развития евразийской интеграции и блокирует отношения ТС с ЕС. Но замена А. Лукашенко может втянуть Россию в сложную, длительную и бесперспективную международную склоку, где среди участников окажется Польша, ЕС, США и еще Бог весь кто. Попутно придется разбираться с ожесточенной схваткой за власть в Минске. Успех не гарантирован, а Россия заинтересована в суверенной и крепкой республике между Москвой и НАТО, входящей, к тому же, в ОДКБ.

При всех проблемах с А. Лукашенко, перед Москвой сейчас не стоит задача, поставив свои интересы в Беларуси под угрозу, заняться конструированием революции. Есть более насущные задачи, реально угрожающие безопасности федерации.

Итак, внешние силы не будут провоцировать в Беларуси смену власти. Никому это не надо, так как убытков от данной операции будет явно больше, чем прогнозируемой прибыли. Причина на поверхности – страна не очень интересна и не стоит тех политических инвестиций, которые в нее необходимо вложить. Лучше было бы, если бы А. Лукашенко сидел тихо и не морочил Востоку и Западу голову по примеру Ким Чен Ына. .. Вот и откупаются от А. Лукашенко. Правда, в последние годы, Россия требует в качестве гарантий кредитов проведение в республике приватизации. Принцип простой: нет приватизации – нет кредитов; нет, к примеру холдинга на базе МАЗа и КАМАЗа – нет нефти на второе полугодие в большем объеме и т.д. Минск, естественно обижается. Понятно, что просто так, под обещания А. Лукашенко, получать кредиты и нефть как-то веселее…

Но, если…

Другое дело, если бы в Брюсселе и Москве вдруг обнаружили, что в Беларуси ситуация резко обострилась и на пороге в Минске революция или номенклатурный мятеж. Вот тут внешние игроки мгновенно развили бы собственные белорусские стратегии, пытаясь взять ситуацию под свой контроль. Получилось бы это сделать? Это зависит от размаха надвигающихся событий.

На самом деле набор такого рода событий небольшой:

- спланированная и хорошо организованная революция;

- народный бунт, который может спровоцировать сама власть;

- номенклатурный переворот;

- мятеж силовых ведомств.

Есть самый интересный вариант, связанный с неожиданным политическим форс-мажором (инсульт, кирпич по голове и т.д.). Это случай потребует отдельного исследования с одновременным выдвижением сценариев.

Итак, как автор уже отмечал в предыдущих частях, спланированной и организованной революции ожидать не стоит. Условия для нее не созрели, и ее никто не готовит.

Народный бунт, как ни странно, теоретически возможен
и сценарий такого рода событий не является тайной. Власти хорошо представляют психологию белорусского народа и стараются не давать повода для того, чтобы МТЗ или МАЗ вдруг бросил работу и устремился в центр белорусской столицы. Понятно, что в этом случае к рабочим этих двух самых больших белорусских предприятий мгновенно присоединяться рабочие большей части предприятий столицы. В центре рабочие встретят силы Народного сопротивления, составивших основную массу демонстрации 19 декабря 2010 г., что обеспечит критическую массу уже поистине народной силы. Никто этих людей «пятой колонной» не назовет.

Для власти подобный сценарий будет означать смертельную угрозу, так как сил остановить такую массу людей у нее не хватит, хотя, конечно, будет сделана попытка подтянуть внутренние войска. Но времени на это не будет…

Останется только одно: стрелять в народ. А. Лукашенко не раз угрожал прибегнуть к оружию для того, чтобы отстоять свою власть. Но вот тут не все прозрачно. Понятно только то, что человек, который непосредственно на месте потребует открыть огонь, обречен. Власти мгновенно свалят на него вину и сдадут на растерзание.

Кроме того, не факт, что приказ о применении оружия будет массово исполнен. Самоубийц все-таки немного. И самое главное: применение оружия против народа на улицах означает только то, что власть потеряла мандат на управление страной, так как пуля не является методом административного и правового регулирования политических и социально-экономических процессов в стране. Скорее можно говорить о перспективе начала гражданской войны.

Анализ действий белорусского руководства в сфере внутренней безопасности позволяет утверждать, что власти учитывают предлагаемый выше сценарий. В стране создан эффективный силовой блок, внутренние войска подготовлены до уровня карателей, активно работают спецслужбы. Но самое главное то, что власти всеми силами стараются не провоцировать ситуацию, не давать повода, чтобы рабочие вышибали заводские ворота. Какие при этом используются методы, в данном случае мы не рассматриваем, но мы должны учитывать прочно устоявшееся в народе чувство страха.

Вывод пока однозначный: не выйдут рабочие. Будут терпеть.

Если не считать форс-мажор, то остаются мятеж силовиков и номенклатурный переворот. Вот тут возможны нюансы...

Продолжение следует

А. Суздальцев, Москва, 19.05.13

0

120

Размышления о будущем. Часть 4.

Невелика штука предсказывать будущее; вы лучше попробуйте разгадать настоящее! (Хуго Штейнхаус)

«Сынок»

Китай ввел против КНДР экономические санкции. Их, конечно, нельзя назвать полномасштабными, оборвавшими отношения между двумя странами, но, тем не менее, они оказались весьма болезненными, так как относятся к обслуживанию северокорейских счетов в китайских банках. Однако введённые санкции оказались очень эффективными. Фактически Пхеньян оказался вне мировой финансовой системы, что может обрушить его и так слабую экономику.

В руководстве Северной Кореи тяжело воспринимают «удар в спину» от «братского Китая». Стоит напомнить, что КНР для КНДР играет ту же роль, что и Россия в отношении Беларуси. Однако молодой «сынок» Ким Чен Ын, оказавшись без валюты, быстро смекнул, что изображать из себя мирового лидера не стоит и пора прекратить развлечения с ракетами, которые еще на прошлой неделе корейцы, размахивая флагами и напевая песни о Великом маршале, с энтузиазмом топили одну за другой в Японском море.

Ракеты гробить тут же перестали, в Пекин отправили солидного переговорщика… В общем, «сынок» оказался на решительное дело слабоват. Одно дело капризничать и перед всем миром куражиться, а другое дело, когда могущественный сосед просто и понятно рекомендует «заткнуться» и не мешать очередному этапу дипломатического вальса между Вашингтоном и Пекином.

Стоит напомнить, что «папа» Ким Чен Ир, не говоря уже о «дедушке» Ким Ир Сене, были на порядок осторожнее и знали пределы своих возможностей. Тем более, что Ким Ир Сен находился под опекой не только Китая, но и могущественного в то время Советского Союза.

Но, справедливости ради, надо сказать, что перед Ким Чен Иром не стояли столь остро задачи легитимизации своей власти, как перед его наследником. Развязывая международный кризис, молодой лидер оглядывался на своё престарелое, но исключительно амбициозное генеральское окружение, которое в духе турецких янычаров вполне могло в случае необходимости внести коррективы в северокорейские традиции унаследования власти. Речь идет, конечно, о номенклатурном перевороте – патентованном средстве смены власти на излете очередной авторитарной диктатуры.

Переворот

Возможен ли в Республике Беларусь переворот? Теоретически он возможен, как при любом авторитарном строе, так как само создание авторитарного режима обычно проходит через слом конституционных и правовых норм, действующих в государстве до момента появления на политическом Олимпе очередного властолюбца. Иными словами сам авторитаризм – это, по сути, результат государственного переворота, что открывает двери для череды такого же рода неконституционных смен власти... Всегда найдутся люди, которые посчитают, что если можно Х, то почему тот же путь закрыт для них – многочисленных Y. Так и формируются цепочки «Алиев – Бакиев» и т.д.

В данном случае очень любопытно наблюдать за любым главой авторитарного режима, который в конце своего нахождения у власти, как правило, теряет чувство осторожности. Происходит какой-то внутренний психологический перелом. Если, в начале своего «романа с властью», авторитарный лидер действует, как правило, как «на цыпочках» и тратит огромные ресурсы и силы на сохранение власти в своих руках, более-менее реалистично понимая и представляя свои интеллектуальные и психологические возможности, то к завершению «царствования», он все больше полагается на некую мистику, начинает твердо верить в свою богоизбранность и твердую поддержку со стороны населения.

В качестве примера стоит вспомнить конец псевдо коммунистического и одновременно националистического режима румынского диктатора Н. Чаушеску. Когда 22 декабря 1989 года ему пришлось бежать на вертолете, а затем на автомобиле из восставшего Бухареста, то «Отец Родины» (фантазия у диктаторов, как видим, явно ограничена) и «полноводный Дунай разума» твердил, что «надо ехать на заводы, к рабочим». Можно только представить, что бы с ним сделали, к примеру, румынские шахтеры, стоило бы появиться «Гению Карпат» у ворот какой-нибудь шахты…

Полная уверенность авторитарного лидера в собственной популярности, уважении со стороны народа и мировых элит, тем не менее, как правило, сочетается с расцветом всевластия спецслужб и государственного аппарата, т.е. со страхом народного восстания. Однако здесь совершенно естественным путем возникает сложная проблема для правящей группировки: силовой блок, включая, естественно, спецслужбы, на определенном этапе начинает обслужить исключительно себя, тратя основные силы и ресурсы на защиту своих интересов, отодвигая указания авторитарного лидера на второй план. Это является одной из особенностей авторитарного режима – всевластие спецслужб и силовиков на этапе распада режима стимулирует крах системы.

Есть интересная закономерность – при свержении авторитарного режима, а они практически все были уничтожены еще при жизни их создателей (тоталитарные режимы, как правило, более долговечные, так как опираются на универсальную идеологию – веру и созданный культ), никакие силовики и спецслужбы неограниченных властителей не спасают. Примеры КГБ, Секуритате, Штази весьма красноречиво демонстрируют бессилие этих структур в момент смены режима.

Но еще до смены режима, вместе с естественным ходом распада авторитаризма, у силового блока обязательно появляется искушение заняться продажей его лидера. Голову диктатора готовы обменять на сохранение накопленной собственности, освобождение от ответственности, за право беспрепятственно покинуть страну, вывезти семьи и финансовые ресурсы или, что не редкость, самим стать у власти. Это логика жизни и против этого ни одна диктатура не нашла решения.

Белорусский авторитаризм не представляет из себя, что-то уникальное и не имеющее аналогов в мировой истории и, судя по тому, что А. Лукашенко фактически подчинил весь силовой блок своему сыну Виктору, в среде высшей белорусской власти есть неплохой политолог или у белорусского президента исключительно развит инстинкт самосохранения. Однако, даже постоянные перетасовки в силовом блоке обычно не спасают от угрозы неожиданного и, как правило, исключительно жесткого переворота. Более того, «кадровые революции» в силовом блоке не только не снимают угрозу мятежа, но наоборот, как правило, его стимулируют.

В чем причина? Власти сами готовят и наполняют силовой блок обученными и желательно дерзкими профессионалами, которые должны обеспечить их безопасность. Парадокс в том, что чем более эффективен силовой блок, тем сильнее его интересы будут расходиться с политическим режимом. Умные и толковые силовики, как любые амбициозные мужчины, обязательно будут выстраивать собственную политическую траекторию, которая объективно должна расходиться с интересами правящей группировки.

Можно пойти по иному пути и комплектовать силовой блок исключительно пустоголовыми функционерами, но в этом случае о безопасности режима можно забыть.

Есть еще один путь: правящая «семья» должна делиться с силовиками своими доходами, формируя фактически феодальную систему. Но, в этом случае, власти очень быстро столкнуться с тремя проблемами: получателям «доли» всегда будет «мало» и они будут подозревать власть, что она скрывает от них доходы; разборки неизбежны, так как, допустив силовиков к «пирогу», авторитарный лидер уравняет себя с ними, превратившись в «первого среди равных», что будет стимулировать мысли о ротации; прекратятся какие-либо кадровые перемещения, т.е. силовой блок станет чем-то вроде мамлюков, а политическая система начнет сползать к формату сегуната, окончательно выйдя из-под контроля правящей «семьи».

Выхода нет. В любом случае силовой блок готов защищать правящий режим до известного предела. Опыт показывает, что в момент свержения/ликвидации авторитарного режима именно переход на другую стороны силовиков завершает острую фазу кризиса и глава государства, мгновенно став бывшим, бежит из страны. Если успеет…

Бунт номенклатуры

Номенклатура, как и силовики, представляют главную опору авторитарного режима, но и здесь сейчас сложилась весьма сложная ситуация, когда чиновничья верхушка, частично уже успев стать реальными олигархами, жаждет покоя и стабильности. Все устали от постоянных истерик и кадровой чехарды, угроз «разорю» и «посажу». Надоели открытые склоки с Европой и США и закрытые скандалы с Россией. Надоело идти на доклад к президенту, предварительно подписав завещание, убрав возможные улики и перепрятав деньги…

Но номенклатура никогда не славилась смелостью, зато она известна склонностью к предательству. Безусловно, вероятность мятежа резко увеличивается, если недовольство верхушки силового блока совпадает с «уходом» высшей номенклатуры . Это очень любопытное зрелище, если, конечно, можно его так представить – словно на гладкий кафель падают две крупные капли молока и сока. Капли растекаются по поверхности, словно большие морские звезды, чьи ручейки – щупальца расползаются по всем направлениям, сталкиваясь друг с другом и перемешиваясь. Молоко и сок постепенно сливаются в одно озеро ненависти. Так формируется номенклатурный заговор.

Любопытно то, что в определенный момент такой заговор выходит на поверхность, его перестают скрывать, о нем говорят в СМИ и на кухнях, но власти ничего сделать не могут, так как теряют контроль над номенклатурой и силовиками. В принципе, это уже не заговор и не бунт, а ползучий, как правило бескровный переворот . Он может протекать несколько месяцев.

Одним из примеров такого явления можно считать процесс постепенного отстранения от власти М. Саакашвили. Ведь вряд ли кто сейчас скажет, что президенту Грузии удастся сохранить в своих руках власть, так как он попал в тот самый политический резонанс, о чем мы говорили в предыдущих частях. Но такой вариант возможен только тогда, когда в силу ряда объективных и субъективных обстоятельств на первый план выдвигается новый политический лидер.

Лидер

Общепризнанный лидер, способный взять на себя смелость бросить вызов режиму, вызывает, как правило, самые серьезные споры. По традиции на эту пока виртуальную фигуру навешивают массу обязательств – от проевропейского выбора и мгновенного и полного перехода на белорусский язык до отказа от всех долгов и кредитов. Однако при этом забывается, что роль нового лидера ограничена только свержением старого режима. Не более того… Но вряд ли кто скажет, что это мало.

Откуда, из какой политической группировки, движения, или структуры может появиться такой лидер? Вот этот вопрос как раз не вызывает больших проблем. Лидер появится из номенклатуры (небольшая вероятность) или силовиков (большая вероятность), т.е. он появится из самой авторитарной власти, будет порождением её и даже своеобразным наследником. Главный его лозунг «Стабильность и безопасность» будет принят населением и политическим классом, его поддержит армия и силовые ведомства. Но куда денется оппозиция?

Оппозиция

Политической спецификой белорусского политического поля является его фантастическая раздробленность на изолированные сегменты, чем, естественно пользуется власть, которая получает возможность напрямую или косвенно контролировать ситуацию в каждом сегменте.

Сегмент политической оппозиции дезориентирован сам и попутно дезориентирует политически активное население страны. Находясь под идеологическим влиянием этнического национализма, оппозиция буквально цементирует устои режима, который, в свою очередь не без успеха демонстрирует свою приверженность к суверенитету и государственному национализму. Стоит напомнить, что именно националисты фактически обеспечили победу демагога Лукашенко в 1994 г. Белорусские националисты – одна из основных и объективных опор правящего режима, его последний резерв и рубеж отступления.

Между прочим, стоит напомнить, что одновременно быть националистом и демократом невозможно. Поэтому все сентенции о национал-демократических силах абсурдны, так как, опираясь исключительно на титульную нацию, «национал-демократы» в случае прихода к власти, в лучшем случае приведут Беларусь к государственно-националистической модели Казахстана, где власть исключительно у казахов, не являющихся, между прочим, самой большой национальной общиной, а остальные должны неустанно и лучше публично скандировать, что их предки когда-то пришли на землю казахов и являются только гостями.

Заблудившись между трех берез этнического, бытового и государственного национализма, белорусская оппозиция не в силах взять на себя лидерство в борьбе с режимом, так как объективно является его составной частью. Постоянный обмен лозунгов между режимом и оппозицией является признаком того, что они если не сиамские близнецы, то идеологические попутчики.

В итоге, белорусская оппозиция больше ненавидит Москву, чем Лукашенко. Осень 2010 года, когда А. Лукашенко буквально согнулся под натиском Д. Медведева, а белорусская оппозиция кинулась участвовать в выборах, ликуя, что «выборы проходят в почти демократических условиях», продемонстрировала, что ждать от оппозиции борьбы с режимом бессмысленно. Это только бизнес… Стороны, якобы противостоящие друг другу, жалуются друг на друга своим геополитическим покровителям, требуя ресурсы и призывая внешние силы прийти и/или сохранить власть в руках одних или передать её другим.

Что мешает?

Можно ли утверждать, что условия для номенклатурного переворота созрели. Можно, но надо отметить, что созрели, прежде всего, внутренние условия. Пока внутренние и внешние условия в резонанс не вошли. Более того, они могут в него и не войти, что, однако, не снижает риски для правящего режима.

Поводом для запуска цепной реакции смены режима может оказаться на первый взгляд совершенно несущественное событие в политической жизни республики. Тогда, как уже отмечалось выше, папка с надписью «Беларусь» мигом перекочует из ящика стола прямо под яркий свет настольной лампы во многих президентских апартаментах – начиная с Кремля и заканчивая Овальным кабинетом в Белом Доме.

Но пока белорусская тема живет в мире бесконечных обсуждений, заявлений и петиций к сильным мира сего, а также провокаций и лжи. Как призраки появляются некие большие номенклатурщики и генералы, чтобы тут же рассеяться в авторитарном мраке. Зондируют, а вдруг… Все зыбко, продажно и лживо…

Известный английский историк Эндрю Робертс описывал нечто похожее в период с 1939 по 1944 год. В частности он указывает на то, что заместитель министра иностранных дел Великобритании сэр А. Кадоган, активно работающий с закрытыми источниками информации из фашистской Германии, однажды заявил: « Как обычно, немецкая армия хочет, чтобы мы спасли ее от нацистского режима».

Приводится также пример с известным деятелем нацистского режима Гёрделером, который в 1939 году обещал устранить Гитлера, но взамен требовал не только поддержать его притязания на власть, но и отдать Германии Данциг, колонии и выдать кредит в 500 миллионов фунтов стерлингов.

В те же годы Невиллу Чемберлену в Германии мерещились «гитлеровские якобиты» а лорд Галифакс жаловался: «Немцы хотят, чтобы мы делали за них их же революцию» (прямое цитирование: Роберст Э. Смерч войны, - М: АСТ, 2011, с. 628). Ничего не поменялось: белорусам очень хочется, чтобы кто-то за них делал их революцию.

Тогда что остается? Форс-мажор или, проще говоря, кирпич на голову.

Это тоже вполне вероятный исход, но за ним открывается настоящая политическая бездна. Заглянем в нее…

Продолжение следует

А. Суздальцев, Москва, 26.05.13

0


Вы здесь » ДИСКУССИОННЫЙ КЛУБ НОВОСТЕЙ » В Беларуси » Что говорит из Москвы Андрей Суздальцев?